Суперсерия 1972 года, несмотря на ее итоговый результат, стала знаковым событием для всего советского хоккея. До стартового свистка в первом матче сборных СССР и Канады в успех команды под руководством Всеволода Боброва не верили даже на родине. Кулуарные обсуждения предстоящей встречи с родоначальниками хоккея как среди обычных болельщиков, так и в кругу высших чиновников, чаще всего заканчивались одним и тем же выводом — если сборная избежит тотального разгрома, то это можно считать успехом.
Однако национальной команде удалось удивить весь мир. Первый матч закончился тотальным уничтожением канадцев со счетом 7:3. Во второй встрече парням с кленовым листом на груди удалось взять реванш. Но в следующих трех матчах они никак не могли закрепить этот успех — одна игра завершилась вничью, а еще две вновь остались за представителями Советского Союза. Канадцы перевернули ход противостояния, взяв три матча кряду и в конце концов оказавшись сильнее по сумме восьми встреч. Несмотря на итоговое поражение, сборная СССР может занести историческую дуэль себе в актив — никто и близко не ожидал от нее такой игры.
Ввиду всего вышесказанного, неудивительно, что у большинства хоккеистов советской команды воспоминания о Суперсерии 1972 года носят позитивный характер. Но только не у форварда Евгения Зимина.
Поначалу казалось, что этот мини-турнир будет удачным для форварда «Спартака». Именно он забросил первую шайбу сборной в том противостоянии — в первом матче Евгений с передач Якушева и Шадрина ответил на голы Эспозито и Хендерсона. А ближе к концу встречи он оформил дубль. Само собой, такое начало вдохновило игрока. Зимин с нетерпением ждал второй встречи и был готов к новым подвигам.
«Михайлов называл ту серию войной? Правильно. Очень грязный хоккей. Но это не «война систем», как преподносили в Советском Союзе. Если б канадцы проиграли серию — их бешеные заработки оказались бы под вопросом. Вся денежная система НХЛ сдвинулась бы! Их считали богами в хоккее, и вдруг такое разочарование. После первой части, в которой канадцы уступили, Эспозито в Ванкувере извинялся перед нацией по телевидению: «Мы выкладываемся не на сто, а на двести процентов! Но у русских такая сильная команда, что пока ничего не можем сделать». Они нас били, еще как! Чуть зазевался — так врезали, что ноги кверху. Хорошо, мы были готовы, играли до этого с канадскими любительскими командами. Уже знали: отдал пас — не расслабляйся! Кто-то подъедет и ударит», — рассказывал олимпийский чемпион.
Во втором матче Зимин продлил результативную серию, отдав голевую передачу на Александра Якушева. Но на этом путь Суперсерия для Евгения закончилась. Всему виной — аппендицит.
«Защемило бок, ноет и ноет. Выпил таблетку, ненадолго отпустило. Потом снова! В Москву прилетел, тут же в больницу. И выясняется — отросток 12 сантиметров, вот-вот рванет! По тончайшей грани прошел! Был бы в сборной другой врач, неизвестно, как все повернулось бы. Заглушил бы боль таблетками — и на лед. А Олег Маркович Белаковский бережно к хоккеистам относился, если какая-то жалоба — не рисковал. Мало ли что? Надо проверить…», — вспоминал нападающий.
Возможно, именно голов Зимина не хватило сборной СССР для того, чтобы удержать преимущество в противостоянии с родоначальниками хоккея. Так это или нет, мы уже не узнаем никогда.