За это поэт презирал себя!
Михаил Юрьевич Лермонтов был непростой и очень своеобразной личностью. Несмотря на то, что в своих великих произведениях поэт придерживался гуманистических, человеколюбивых взглядов, в жизни он часто действовал довольно жестоко.
К окружающим Лермонтов относился свысока и порой даже презрительно. Он любил жестко подшучивать над близкими друзьями, а всех девушек считал распутными и откровенно пользовался ими ради самоудовлетворения.
Поэту безумно нравилось завоевывать красавиц: разжигать в них интерес, а затем бросать или еще хуже — намеренно рушить их свадьбы:
«Веселая холостая жизнь не препятствовала ему посещать и общество, где он забавлялся тем, что сводил с ума женщин, с целью потом их покидать и оставлять в тщетном ожидании; другая его забава была расстройство партий, находящихся в зачатке, и для того он представлял из себя влюбленного в продолжение нескольких дней; всем этим, как казалось, он старался доказать самому себе, что женщины могут его любить, несмотря на его малый рост и некрасивую наружность», — утверждала писательница Евдокия Ростопчина в письме Александру Дюима от 27 августа/10 сентября 1858 года.
Лермонтов, вопреки сегодняшним представлениям, и правда не был красив собой. Его внешность скорее отталкивала, чем привлекала, за что он и получил унизительное прозвище «Маешка».
Но как же тогда поэту удавалось соблазнять женщин? На самом деле очень просто: прекрасно разбираясь в женской природе, Михаил Юрьевич намеренно шел на подлость, чтобы завладевать сердцами красавиц. Ниже — его главный секрет соблазнения:
«Я бываю теперь в свете… для того, чтобы меня узнали, чтобы доказать, что я способен находить удовольствие в хорошем обществе: а!!! Я ухаживаю и вслед за объяснением в любви я говорю дерзости; это еще меня немного забавляет, и хотя это не совсем ново, по крайней мере редко встречается! Вы подумаете, что за это меня попросту выпроваживают… ну нет, совсем наоборот… женщины так созданы; я начинаю держать себя с ними самоувереннее; ничто меня не смущает — ни гнев, ни нежность: я всегда настойчив и горяч, а мое сердце довольно холодно; оно бьется только в исключительных случаях: не правда ли, далеко пошел… и не думайте, что это бахвальство: сейчас я самый скромный человек — к тому же я знаю, что это не подымет меня в ваших глазах», — писал поэт в письме дворянке Марии Лопухиной.
Эта девушка приходилась поэту другом. Ей он отправил наибольшее число писем в своей жизни. Как правило, послания поэта носили тон исповеди. В письмах Лопухиной Лермонтов часто раскаивался в своих грехах и искал понимания и успокоения. С этой целью, как раз он и поделился собственными секретами соблазнения:
«Я это говорю потому, что только с вами я отваживаюсь быть откровенным. Это от того, что вы одна умеете меня жалеть не унижая, ибо я сам себя уже унижаю; если бы мне не были известны ваше великодушие и ваш здравый смысл, я бы не осмелился сказать то, что я сказал. И, может быть, оттого что вы когда-то утешили очень сильное горе, возможно и сейчас вы пожелаете рассеять милыми словами холодную иронию, которая неудержимо проскальзывает мне в душу, как вода просачивается в разбитое судно. О! как я хотел бы вас снова увидеть, говорить с вами: потому что звук ваших речей доставлял мне облегчение», — признавался в письме поэт.