— Послушай, Гиви, я тебе один умный мысль скажу! — прошептал один дракон другому. Они сидели на магистральной трубе отопления, поочередно поднимая лапы, чтобы не обжечься. На улице стоял жуткий мороз, и только горячая труба спасала от обледенения их потрепанной веками чешуи.
— А, можешь тут не шептать, — ответил второй дракон. — До ближайшего дома три километра. А судя по снегу, тут ни один человек не ходил с начала зимы. Гавари нормально. — Он положил ненадолго шею на трубу и тут же одернул ее. — Хороший труба, теплый. Только весь рот болит и язык чешется.
— Вай, Гиви, а зачем зубами стекловату с трубы снимал? Патерпел бы немного, я бы пачистил ножом своим.
— Холадна был очень. Тарапился. Сваего огня давно нету. — Он попытался выдохнуть пламя из пасти, но вырвались лишь несколько искр. — Греться нечем! Уголь кончился еще летом. А нефть сейчас савсем дефицит стал. Так что там у тебя за мысль умный, Вазген?
— Видишь трубу, Гиви? — Вазген постучал когтем по трубе на которой они сидели.
— Канечна вижу, я сижу на ней!
— Я знаю, где праходит такой же, только газовый!
— Газовый труба теплее, что ли?
— Падажди, не перебивай, когда старший гаварит. — Вазген сделал машистый жест лапой. — Газ это как нефть! Даже сильнее и чище! Никакого дыма!
— Это же газ, Вазген! Как мы его пить будем? Ты пробовал пить воздух?
— Э, не умничай! Газ в трубе жидкий идет! Дырка в трубе зубами прокавыряем и будем пить. Патом пробка поставим, каждый день можна будет прилетать. Никто не заметит!
— Как газ может быть жидким, Вазген?
— Вот ты баран, генацвале! Его специально жидким делают, чтоб па трубе шел. Там можно два дырка прокавырять, трубочка от кактеля паставить и пить-кайфавать! Сначала холодна будет немнога, патом нормальна будет!
—Пачиму холадна будет?
— Не знаю. Кагда газ из труба выходит, холадна делает всегда. Палетели, кароче! Всю жизнь на трубе сидеть будем мерзнуть? Мы драконы или сабаки бездомные? Палетели!
Через два часа они уже сидели на газовой магистрали и перекусывали толстый металл трубы.
— Зря ты, Вазген, последнего джина Махаррама скушал в Месопотамии. Сейчас бы алмазные зубы ваабще не памешали!
— Я испугался тогда! Столько дыма! Такой голос страшный!
— Вай, он даже ничего сказать не успел! Скушал его, когда только из лампы выходить начал. Ладно, давай грызть! Савсем мала осталось.
Через несколько минут газ под давлением начал брызгать из прокусанной дырки. Мгновенно охлаждаясь при испарении, он тут же заморозил кусок трубы.
— А сейчас, что делать нада? — спросил Гиви
— Пей давай, пака жидкий идет!
И они начали подставлять пасти, наполняя себя ледяным пропаном, пока не раздулись, как лягушки!
— Вазген, а сейчас что делать? — спросил через закрытую пасть Гиви.
— Не выпуская газ, Гиви! Надо чтоб он впитался в кровь! Держись!
— Мне холодно, и меня сейчас разорвет!
— Терпи, Гиви! Мы драконы или таксисты?
— Кажется, газ впиталась весь! — протянул Гиви. — Наверх больше не хочет, но живот балит сильна еще!
— Нада еще немнога патерпеть! Патом папробуем выдахнуть агонь!
— Ой, там у меня вайна в живате! Папробую я. — Гиви открыл пасть и начал щелкать зубами, высекая искру. — Не идет чета.
— Ты напрягай себя! — выдавил Вазген и сам напрягся изо всех сил.
— Может нада больше искры? Халодный он очень, — сказал Гиви и заискрил так, что воздух вокруг дракона засверкал.
— Мне кажется, газ не туда идет! — прокричал Вазген и громко изо всех выпустил газ не совсем оттуда, откуда планировал.
Газ мгновенно вспыхнул, взрывая вокруг воздух и отбрасывая драконов друг от друга. При этом тут же вспыхнула щель на трубе, откуда фонтаном брызгал пропан. Тут не выдержал лежавший на земле и опаленный Гиви и выдал такой взрыв из заднего отверстия, что трубу порвало пополам. Это в свою очередь вызвало еще больший взрыв, который отбросил обоих драконов на километр от эпицентра. Куски металла трубы, как пули, пробили крылья драконов, разрывая в клочья перепонки, пока их туши кувырком летели в сторону Большой Медведицы и северного Волопаса. Оба орали то ли от страха, то ли от боли. Проклятия сыпались на армянском и грузинском одновременно. В конце концов, они грохнулись почти рядом, переломав кости крыльев. Оба скулили, переходя на вой, но продолжали жить.
— У меня пукан разарвала, Гиви! — прохрипел Вазген
— Ты мне в лицо пукнул! — ответил Гиви. — Теперь не пойму, что на нем. Или мой чешуя обгорел или твойудобрение.
— Гиви!
— А?
— А и Б сидели на трубэ, А упал, Б пропал, кто остался на трубе?
И они в один голос рассмеялись.