Он не приехал.
В ту ночь лед впервые сковал реку своими рваными объятьями. Острые края новорожденных февральских льдин перемежались со старым рыхлым, неподчиняющимся морозу, снегом. Сломана целостность. Внутри. Сидя в машине, она разглядывала огни моста. Несмотря на поздний час, суета проезжающих машин в подсознании невольно сливалась в единый непрекращающийся фоновый шум.
Внезапный порыв, прорвавшийся через приоткрытое водительское окно, мысленно перенёс ее на край, за ограждение. Каждой клеткой она ощущала вибрации моста. В детстве, по нему проходил трамвайный маршрут, потом его отменили, как и ее юность, но рельсы, вместе с памятью о тех солнечных днях, остались. Она вновь услышала знакомый звук звонка. Тепло бесконтрольно просачивалось сквозь петли пальто.
Если лететь вниз спиной, чтобы не дать себе возможности думать, ты чувствуешь, как удаляешься от всего, что сковывало цепями грудную клетку, не давая расправить плечи, но, ожидая вдох, ты будешь способен только на затяжной выдох в крик. Это освобождение. Если лететь лицом вперёд, то встречный ветер обожжет раскаянием и невозможностью отменить это действие. Ты не так смел, как думал. Страх накроет с головой. Неминуемое приближение белого льда - это наказание за неполноценно прожитую жизнь.
Подняв стекло, она молча закрыла блокнот.
В тот вечер впервые не родилось ни строки.
Февраль 2020
А. Борзова