Рассказ (8 эпизод)
«Думать надо было»
Начало тут 👇
Два последних месяца были самыми сложными, спускаться в землянку стало совсем тяжко. Без Михаила Иринка попасть в их импровизированный дом самостоятельно не могла. Правда, мужчина озаботился и уже в середине последнего месяца переделала лестницу, она в итоге заняла много места, но спуск стал удобнее. Ира уговаривала себя, что надо просто дотерпеть до рождения малыша, потом будет легче.
Ждали они мальчика. УЗИ Ира делала в Геленджике ещё в середине срока. Молодая женщина наблюдалась у врача в городе и рожать планировала в роддоме. И хотя рядом хватало знатоков, которые рекомендовали домашние роды Иринка от этой затеи отказалась. Как-то с врачом ей было надёжнее.
Мальчик появился на свет в первых числах декабря. Ира благополучно родила, как и планировала, в роддоме. Назвали малыша — Яромир.
И вот теперь наступили настоящие трудности. Малыша нужно было постоянно купать. А наносить в землянку воды, нагреть её до нужной температуры, да ещё и чтобы она не остывала быстро, это надо было ещё постараться. И вот Иринка вдруг оценила многие блага цивилизации, такие как туалет в доме. Тёплый и рядом. Особенно, когда она находилась в землянке с малышом одна, это оказалось очень актуально.
Михаил старался и помогал с сыном как мог, но быть всё время рядом не всегда имелась возможность. Ему надо было записывать новые песни, ездить в точки, где его диски и кассеты продавались. И хотя зимой с продажами было затишье, но всё таки его внимание к этому вопросу требовалось.
Трудности и его напрягали, он старался сделать вид, что всё хорошо, но в себе копил недовольство. Внимания ему от Иринки стало много меньше, а вот требования возросли. Это совсем не радовало. Ему казалось, что он теперь заброшен и совсем не любим. И вроде, головой он понимал, что забот с малышом стало много, а в условиях такого не простого быта, тем более, но обидно было.
И тут Иринка вдруг заметила однажды:
— Миш, а у меня же есть земля, целый гектар. Там у меня, на родине. Давай поедем туда, построим дом, родовое поместье, чтобы Яромир рос на своей земле.
Михаил нахмурился. И вроде бы предложение было здравое. Учитывая, что пел он песни именно об этом. О родовых поместьях, о том, как хорошо жить на своей земле, растить детей почти в райских условиях (так по крайней мере мечталось). А тут, когда поступило предложение от любимой женщины, матери его сына, он вдруг испугался данной перспективы. А то, что Иринка предлагала правильно злило ещё больше. Он чувствовал себя не в своей тарелке, замкнулся и несколько дней ходил хмурый. Поначалу просто злился, а учитывая то, что Ира его не доставала этим вопросом и просто терпеливо ждала, он злился ещё больше. Потом успокоился немного и задумался, почему не готов принять такое предложение.
И сначала он вроде бы себе аргументировал, что землю не он выбрал, а Ира, что ему надо своё найти, но в какой-то момент вдруг осознал, что он не хочет уезжать в незнакомое место, где он никто. Его там никто не знает, а тут он местная знаменитость, бард, автор песен. Тут он понимал, как может зарабатывать, правда, для строительства дома это было маловато, но всё таки. Поняв это он испугался и на скромный новый вопрос в этом направлении от Иринки он вспылил, заявив:
— Я никуда сейчас не поеду. Всё. Точка.
И услышав такой ответ Иринка вдруг поняла, что это действительно точка. Михаил не хотел в поместье, а она хотела. Проснувшись на следующий день утром она осознала, что видела Михаила совсем не таким, каким он был на самом деле. Она судила по его песням, а по факту он просто попал с ними в струю анастасиевского движения и нашёл тут заработок. Ей, казалось всё таки, что он искренне писал о самой идее, а вот сам о земле явно не мечтал.
Вздохнув, она стала потихоньку готовиться к отъезду вместе с сыном. Через неделю Михаил должен был поехать по своим песенным делам и Ира решила воспользоваться ситуацией.
Продолжение
