- 2 мая 1986 после суточного дежурства мне сказали, что срочно нужно явиться к управлению в городе Луганск - вспоминает Виктор Пасечник. «Утром я сел на автобус и приехал, там был не один, сотрудники всей области сидели в зале. Нам сообщили, что надо ехать в Чернобыль, тогда настроение ухудшилось, но не один мускул моего лица не выдал меня, я четко сознавал, что это приказ. Не было даже времени на раздумье ехать или оставаться дома, мы просто выполняли свой долг…»
– Было ли мне страшно?, – переспрашивает Виктор Павлович, и сразу отвечает на свой вопрос – твердым «Нет, я даже не мог представить, что со мной будет!»
– 3 мая мы выехали в Киев, а 5 мая уже были в городе Полесское, рассказывает Виктор Павлович. На улице было очень тепло и светило весеннее солнышко, о какой опасности мы могли думать? Мы были совсем молодые. По прибытии на место службы нам рассказали правила поведения на территории и время дежурства, когда я услышал, что буду стоять на КПП 12 часов через 12, тогда я очень обрадовался, что не намеренно взял с собой два фотоаппарата. У меня будет время для любимого дела… Еще моей задачей было проведение пропускного режима на КПП и недопущение вывоза из зоны ЧАЭС зараженного оборудования.
– Мы дежурили и проверяли транспорт, патрулировали город, охраняли от мародеров дома, магазины, машины, пытались по максимуму сохранить все то, что покинули местные жители.
– Людей всех эвакуировали. Очень поражала безлюдная территория. Было впечатление, что время остановилось. Кроме домашнего скота и собак, на улицах никого не было. Местные оставили все на своих местах, иногда даже казалось, что мы сходим с ума… Особенно запомнилась природа и зеленые леса.
- После дежурства я договаривался с командиром и ходил фотографировать все, что видел, все что поражало… За три месяца пребывания в зоне отчуждения, я очень мало отдыхал, в свободное время фотографировал и показывал снимки. Однажды даже встретили сотрудников военной прокуратуры, которые забрали мой аппарат, думали, что журналист. Был очень большой скандал.
– Когда вернулся в Рубежное уже был приказ, и я сразу получил звание старшина милиции, хотя был сержантом. Я продолжал свою работу по охране общественного порядка. Самочувствие было хорошее, меня ничего не беспокоило. Я тогда и представить не мог насколько жестоко прикажет нас этот, на первый взгляд, совсем не страшный визит в зону отчуждения. Мы были очень молоды, а как известно, мы не ценим здоровье, пока оно есть. Не всегда одевали всю нужную защитную одежду. Об этом пожалел я только тогда, когда понял, что теряю сознание во время несения службы. Командир сразу отпустил меня на больничный, я долго с ним спорил, а потом узнал о смерти ребят, с которыми дежурил и подружился. Я испугался, я совсем молод, не хочу умирать. Сейчас мне 56 лет, я пенсионер у меня отличная жена, воспитываю двоих детей, имею внуку от старшей дочери, мечтаю о внуке. Наслаждаюсь каждым новым днем, занимаюсь любимым делом. Я не герой, я просто выполнял приказ!», – улыбаясь, говорит Виктор Павлович.
Руководство Рубежанского отдела полиции отмечает, что сегодня неизменным остается глубокое уважение к людям, которые закрыли собой мир от атомного бедствия, которое вырвалось из четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС.
– «Ваш подвиг невозможно переоценить. Желаем всем участникам ликвидации последствий аварии на ЧАЭС неистощимой энергии, крепкого здоровья и благополучия», – отметил начальник Рубежанского отдела полиции подполковник полиции Сергей Паращенко.
Ликвидация последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции дала беспрецедентный опыт практического взаимодействия всех служб Министерства внутренних дел в течение длительного срока действия в экстремальной обстановке.
Они боролись не только с мародерами и грабителями, появившимися в опустевших городах, но и с разрушительной для своего здоровья силой радиации. Авария на ЧАЭС – это огромная боль народа. Мы всегда должны помнить об этом, потому что забывающий прошлое обрекает себя на повторение ошибок в будущем.