Архитекторы, приезжавшие работать в послевоенный Калининград, сталкивались с очень сложной профессиональной дилеммой. Даже после чудовищной бомбежки английской авиации в августе 1944 года, артиллеристских обстрелов и уличных боёв апреля 1945 года, в Кёнигсберге оставалось еще много зданий, которые не только можно, но и должно было восстановить - требовался жилой фонд и школы. Беда была лишь в том, что немецкий архитектурный стиль в корне не соответствовал советскому. Не мог архитектор, хотя ему (возможно) и хотелось, оставить то, что ассоциировалось с «форпостом прусского милитаризма». Поэтому пришлось соединять несовместимое.
Для того, чтобы увидеть самый показательный пример нам придётся отправиться в район пересечения улиц Вагоностроительная и Радищева.
На небольшом пятачке можно лицезреть ансамбль из двух архитектурно взаимодополняемых зданий, в которых поздний модерн (или по-восточно-прусскому – югендстиль) трансформируется в сталинский классицизм. Да, история любит сарказм: в Кёнигсберге этот район, называемый Ратсхоф, считался пролетарским, здесь, как ни в одной другой части города, находили отклик лозунги социалистов.
В 1909-1910 годах, на углу Арндтштрассе и Виберштрассе, по проекту архитектора Папендика и под руководством Ганса Мантойфеля, возводится многоэтажное здание новой народной школы для мальчиков и девочек, которому дали имя легендарного уроженца Кёнигсберга, мецената, поэта, политического и военного деятеля Иоганна Георга Шеффнера.
Того самого, который в 1809 году подарил городу своё имение, на месте которого был открыт Ботанический сад Кёнигсбергского университета, спонсировал строительство часовни над захоронением своего друга Иммануила Канта, а после окончания войны с Наполеоном установил на холме Гальтгарбен (самая высокая точка Замландского п-ова, близ современного пос. Переславское) памятник-крест народному ополчению, погибшему в борьбе за освобождение Пруссии и Европы от «корсиканского дьявола».
Сильно расчлененное строительное сооружение в распространенном тогда стиле позднего модерна лежало под мансардной крышей. Два фронтона, расположенные в самых высоких частях, выходили на обе улицы. К угловой части примыкал тракт гимнастического зала, что вместе с другими корпусами школы, придавало объекту форму латинской буквы U. Портал снаружи и колонны внутри несли барельефы работы Вальтера Розенберга.
Школа была рассчитана на 16 классов, имелись помещения для рисования и пения. Стоит отдельно отметить помещения для занятий по труду. Они были обустроены современным оборудованием, которое предоставил крупнейший в Восточной Пруссии вагоностроительный завод Штайнфурт. В ряде источников я встретил фразу «стали спонсорами», но скорее всего хозяева предприятия, расположенного по соседству, сделали вложение в будущее, прекрасно осознавая, что судьба большинства учеников будет связана с работой в их цехах, поэтому поспешили заложить в них необходимые навыки с детства.
В этой части города в апреле 1945 года шли ожесточенные бои с применением танков. Здание пострадало, но новый советский город остро нуждался в школах, поэтому было принято решение о начале работ по восстановлению объекта, а чтобы удовлетворить чаяния партии, придали строению черты сталинского классицизма.
Красивая островерхая крыша в итоге стала плоской и ровной, фасад получился симметричным и прямым, на входе поставили портал с высокими колоннами. «Оживляя» монументальность, в качестве декора воспользовались медальонами с изображением глобуса и книг.
Для того, чтобы школа не выделалось на фоне остальных строений улицы, где еще прослеживался «кёнигсбергский дух», соседнее здание «отретушировали» в том же стиле – в доме напротив фасад дополнили пилястрами и прочими элементами сталинской архитектурной эпохи.
На том страдания не закончились. После того, как здание в 2007 году получило статус объекта культурного наследия местного значения, директор учебного заведения, которое расположилась в его стенах сразу после реставрационных работ (с 1 сентября 1954 г.), вспомнил об исторической личности, именем которой названа школа. Была предложена идея по установке мемориальной таблички в память об Иоганне Шеффнере, что вызвало скандал с требованием чтить память своих героев, а не немецких. В итоге на стене школы разместили памятную доску Герою Советского Союза гвардии сержанту Тулену Кабилову, которая, кстати, и раньше здесь была, но при мэре Савенко отчего-то её демонтировали.
© Дмитрий А. Галлис
(Проект «Познавая Пруссию»).