Русско-шведская война 1788—1790 годов — один из тех конфликтов, которые веками закрепляли «традиционную» для Запада позицию. Всякий раз, когда Россия ослаблена, нужно стараться оттяпать от нее кусочек.
Как всегда, первая кровь была не на нас. Но шведские власти в своей подлости и лжи превзошли самих себя. По указке короля Густава III часть войск переодели в русскую униформу и устроили инсценировку перестрелки на границе. Это помогло монарху заручиться поддержкой парламента — риксдага — и начать так называемую оборонительную войну. Им двигали реваншистские настроения. Хотелось вернуть территории, утерянные в ходе нескольких русско-шведских войн. Впрочем, не решился бы он на такую подлость, если бы не поддержка Великобритании, Голландии и Пруссии. А главное — ослабленность России войной с Османской империей.
Впрочем, поначалу у захватчиков ничего не получалось. Это стало позором для Густава III и показало, что в одиночку его страна не способна нам противостоять. Несмотря на двукратное преимущество в численности войск по всей сухопутной линии фронта, интервенты в первый же год войны покинули нашу территорию.
Впрочем, основные боевые действия проходили на море. Наглость Стокгольма доходила до того, что десантные корабли в ходе Красногорского и Выборгского сражений пытались захватить Санкт-Петербург, однако переоценили свои силы.
Впрочем, неудачи были и у нас. Так, 9 июля 1790 года, в ходе второго Роченсальмского сражения, из-за неверной стратегии русский флот потерпел сокрушительное поражение. Только это и спасло Швецию от потери независимости. И 14 августа ровно 233 года назад был подписан Верельский мирный договор. Переговоры были непростыми, Густав III наглел и требовал часть земель в Финляндии. А главное, исполнял поручения своих хозяев из союзных стран — требовал заключить мир с Турцией. По обоим пунктам Екатерина II ответила отказом.
Впрочем, недолго продержался этот досадный для нас результат. В наполеоновские времена вынужденная вступить в войну со Швецией Российская империя взяла сокрушительный реванш. Но это уже совсем другая история.