В лесу чего только не случается. Репертуар звериного театра. Часть 3

­

Сказки дедушки Ралота Александр Ралот, стихи Николай Дик

Продолжение. Начало читайте в номерах за 28 июля и 4 августа. На следующий день. Опушка леса, неподалёку от нашей дачи.

Мы в театре, на поляне.
До спектакля пять минут.
Внуки, шустрые «гуляны»,
как зайчата, там и тут.
Что поделать – непоседы.
Вой сигнальный, и пора
внукам сесть поближе к деду…
Ждёт спектакля детвора
***

Признаюсь честно, я трижды пожалел, что взял детвору с собой на предстоящий лесной спектакль. Ни Маша, ни Егорка не желали тихо сидеть на поваленном бревне, носились по поляне с сачками, пытаясь поймать бабочек, чтобы потом их снова отпустить на волю. А ещё им хотелось найти и подружиться с зайчатами и выяснить у них страшную тайну: почему в других регионах длинноухие летом серые − зимой белые, а у нас на Кубани они одного цвета круглый год? Лишь третий по счёту вой шакала − театрального администратора, угомонил непосед. Дети уселись рядом со мной и на всякий случай прижались как можно ближе. А информация знакомого галчонка Гоши, подрабатывающего конферансье лесного театра, о том, что в спектакле использованы материалы из жизненных ситуаций, однако, совпадения с присутствующими здесь людьми − чистая случайность, и на их месте могли бы оказаться и совсем другие человеки, − привела внучат в восторг и они дружно зааплодировали, призывая пушистых и пернатых зрителей немедленно последовать их примеру. Минуту спустя две шустрые белочки отодвинули в сторону занавес, сплетённый из веток, и перед взорами присутствующих открылась:

Картина первая. Оживлённая трасса, разделяющая лес пополам

А на сцене – трасса, шины. Лес вокруг… и сущий срам: вылетают из машины банки-склянки – всякий хлам. Кто в лесу ненужный мусор за неряхой уберёт? Лес не место для закусок, знайте это наперёд! *** Мальчик и девочка, опустив окно автомобиля, высунулись наружу. − Дед, смотри. Там на обочине лисы. Целых две. Самые настоящие, рыжие. − И совсем не боятся машин. Не убегают, не прячутся! − Ой, глядите, что они делают? Надо же! − Они за нами, то есть, людьми, мусор убирают! − Смотрите, смотрите - одна пакет из-под сока с земли подобрала. − А другая банку пустую в зубах тащит. − Деда, да остановись ты! Давай им поможем. − Стыдно-то как. Зверям приходится за чистотой природы следить, - перебивая друг друга, галдели дети. Пожилой водитель, остановил импровизированное транспортное средство, и косолапо обойдя его, переваливаясь с лап... то есть с ноги на ногу, поковылял в сторону улепётывающих со всех ног уборщиков: − Да постойте вы, рыжие! Я вас не трону, наоборот, извинения хочу принести за всех нас двуногих, бесшёрстных. Ну, что поделать, такие вот мы неряхи.

Картина вторая. Лесная чаща

Негде мусор на поляне прятать – вот ещё беда! И запомните, земляне, эту трудность навсегда. А на сцене две подружки, мусор прячут и ворчат: - Банки-склянки не игрушки ни для лис, ни для волчат. *** − Алиса, как ты думаешь, этого мусора хватит, чтобы выдворить их из норы? − спросила первая лиса вторую, выплёвывая алюминиевую банку и переводя дух. − Эх. Варвара. Были бы мы с тобой немного крупнее. Задали бы им хорошую трёпку и не пришлось бы нам таскать с обочины в лес всякую человеческую дрянь. − Хватит болтать, подруга. Надо спешить, пока этих чистюль нет дома. Не ровен час, припрутся, увидят, какие подарочки мы им принесли, и зададут незваным гостям, то есть нам, хорошую взбучку. Полетят от рыжих шкур клочья. Алиса подхватила свою ношу и посеменила к видневшейся вдали просторной барсучьей норе.

Картина третья. Сухая, обустроенная многокомнатная нора

И барсук, и лис, и волки
роют норы для семьи.
А бродяги в эти норки
прячут баночки свои.
Знайте, люди, за собою
вам нельзя сорить в лесу.
Летом жарким и весною
охраняйте красоту.
***
− Муженёк, ты как хочешь, но я отсюда ухожу! Немедленно! Лапы моей в этом гадюшнике, то есть, я хотела сказать − свинюшнике, не будет! Прости меня, гадюка Нагайна, ты тут совсем ни при чём, и обидеть тебя я уж точно не хотела.
Жирный Барсук почесал затылок, попытался носом вытолкать из прихожей дурно пахнущие остатки человеческой упаковки. Но поняв, что одному ему это будет не под силу, тяжко вздохнув, согласился с супругой:
− Ты права, дорогая. Два раза эту гадость выгребал и закапывал, больше не буду. Пошли в глухую чащу. Выроем новую нору, лучше этой. И заживём, как и прежде, в чистоте и уюте!
И чета барсуков, семеня друг за другом, побрела сквозь заросли подыскивать себе новое место обитания.
Увидев это, лисята Алиса и Варвара пустились в пляс, приговаривая:
− Надо немедленно сказать Галке, что у нас новоселье! Пусть все приходят, но только после того, как мы всю эту человеческую дрянь отнесём куда подальше и закопаем!
***
Лесные артисты вышли на поклон. Михайло Потапович старался больше всех и кланялся так, что его мохнатая морда упиралась в землю.
− Егомашдед, − обратилась ко мне Машенька, − выходит, если бы люди не мусорили, то лисы не смогли бы выселить барсуков?
Я открыл рот, чтобы возразить, но меня опередил Егорка:
− Эти рыжие такие хитрющие. Они всё равно нашли бы способ нору захватить. Но выбрасывать мусор, где попало, нельзя. Потому что лес, прежде всего звериный, а уже потом немножко наш!
Продолжение читайте через неделю.

Автор Александр Ралот