Глава 42.
- От вашего Лени, кажется. Получи, Алечка! Вот еще "Учительская газета" для Зинаиды Григорьевны. Я уже к вам тогда не буду заходить. Потом спрошу у нее, как там Леня? Я ведь замуж за него выйти мечтала. Не получилось. Вон куда его занесло, аж на Дальний Восток! - погрустнев, сказала Раиса, потягивая письмо Але.
- А письмо-то не с Владивостока, тёть Рай. С какого-то города не выговорить, из Таджикистана, - разглядывала конверт девочка.
Алька с письмом в руке, как с флагом, понеслась домой, не разбирая дороги. Собаки отстали от нее, видя, что веселой и доброй подружке не до них.
- Бабулечка, письмо! Давай, открывай скорее!
Девочка протянула конверт Варваре Петровне, моющей кастрюлю на кухне. Бабушка вытерла мокрые руки, разорвала край у конверта.
- Что пишет дядя Леня?
- Да, погоди ты, егоза! Дай прочитаю.
- А что это вы без меня читаете ? Давай, мать, читай вслух, - подал голос Григорий Семенович, заходя в дом.
А писал старший лейтенант Леонид Григорьевич Денисов, что в мае собирается в отпуск на родину, что приедет не один, а с невестой Галей. Что сейчас он служит в Кулябе, их часть перевели в Таджикистан.
- Вот как! Интересно! К Васиму на родину прямо-таки!
- Может быть, он к папе сьездит в гости, - высказала предположение Аля.
Зина пришла с работы усталая и расстроенная. В школе произошло ЧП. Во время четвертого урока к ней в кабинет вбежала встревоженная техничка:
- Зинаида Григорьевна! Беда! В пятом классе такое творится! Мальчишка из окна выпрыгнуть собрался! Учительница ничего с ним сделать не может.
Зина, сломя голову, через три ступеньки помчалась на третий этаж, где находился пятый класс. Картина, открывшаяся ей, могла повергнуть в шок кого угодно, только не её. Здоровенное школьное окно было распахнуто настежь, на карнизе стоял Вася Нустров, держась одной рукой за раму, и кричал, что все равно спрыгнет, чтобы учительницу в тюрьму посадили. В классе гулял ветер, ученики толпились у классной доски, учительница Ольга Николаевна уговаривала Васятку слезть с окна, трясла журналом, доказывая, что двойку не поставила. Парень был истеричный, с отклонениями в поведении, учителя с трудом его переносили, он постоянно срывал уроки. И вот сейчас додумался из-за двойки по ботанике выпрыгнуть из окна, дескать учительница его недооценила. Ольга Николаевна была неплохим человеком, но учитель из нее не получился. Она шла на поводу у детей, прощала им выходки. Ученики пользовались этим и "доводили" её, как сами выражались. А теперь вот ещё такая история.
- Что здесь происходит? - стальным голосом спросила Зина. - Зачем открыли окно? Кому-то жарко?
- Это он открыл, Васька Нустров! - загалдели ученики.
- Что ты делаешь на окне, Вася? Слезай, а то простудишься, да побыстрее. Я тоже не хочу болеть, замёрзла уже. Иди сюда! - Зина подошла к окну и протянула мальчишке руку. Тот, неожиданно для всех, наверное, и для себя тоже, подал ей свою, шагнул на подоконник и оказался в руках директора школы. Окно быстренько закрыли, а правонарушитель поплелся за Зиной в ее кабинет. После получасовой беседы он вернулся в класс и сидел, сложив руки, как шелковый до конца уроков. Учителю Ольге Николаевне за такой криминальный сюрприз предстояло отчитаться на педагогическом совете школы.
Придя домой, Зине хотелось одного: упасть и уснуть, а тут дочка с письмом. Усталость мгновенно прошла. Надежда, что письмо от Васима, растаяла быстрее, чем возникла.
- Это же прекрасно! Леня сто лет дома не был, а тут едет, да не один, а с невестой!
******
Март в Кабуле самый дождливый месяц. На подъезде к городку для советских спецов пошел проливной дождь.
- Ну, где твоя жара, Инсур? Как бы не простудиться, - говорил Васим, помогая водителю раскрыть и закрепить тенд над джипом.
- Летом увидишь сам. Но, если нас оставят в Кабуле, будет здорово. В прошлый раз я был в Джелалабаде. Вот там пекло, так пекло.
Подъехали к одноэтажному домику, стоявшему в ряду множества таких же. Их здесь называли виллами. Территория городка охранялась и была обнесена колючей проволокой. Жизни наших специалистов в то время ничего не угрожало, к ним относились вполне лояльно, но процветало воровство, святое дело для местных - украсть у приезжих, у них не убудет. Васим с Инсуром зашли в домик. Там их ждали два молодых парня, рядовые СА, назначенные помощниками и телохранителями наших советников. В домике было натоплено, в кастрюльке на плите прибывших ждал ещё теплый плов. В вилле было две комнаты, кухня и ванна с санузлом. В одной комнате разместились Васим с Инсуром. В другой - Фарид с Юсупом, оба солдата из Татарстана. Условия, можно сказать, царские. Когда рассвело и Васим вышел из домика оглядеться, он был поражен: за забором из колючей проволоки расстилалось поле покрытое алыми маками.
Весна в афганской степи была прекрасна. Правда, недолго цвела степь и предгорья. Уже в конце апреля, начале мая начиналась жара, солнце выжигало всю растительность. Сигнал подъехавшего джипа вернул Васима в действительность. Надо было ехать на встречу с товарищами по партии в Кабул. Васим много лет проработал в руководстве ВЛКСМ. Его задачей было создать в Народной республике Афганистан молодежную организацию по образу и подобию Комсомола.