Я был в раннем детстве крещеным, и родители мои тоже, но никто никогда в семье не говорил о Боге, не читал Библию и не ходил в церковь. Да и жили мои родители отнюдь не по нормам христианской морали-про это я писал в подборке Мое "счастливое"детство.
Общество воспитывало нас в атмосфере атеизма, поэтому серьезно к вопросам религии я подошел только будучи студентом истфака. Но воспринимал Веру в Бога не как особое состояние Души, а просто и четко, как нас учили тогда - что религия это часть нашей культуры и идеологическая надстройка, которая только уводит людей от действительности. Ну, помните, как в фильме -"Почем опиум для народа?"
И вот будучи формально христианином (раз крещен), а в душе атеистом, я должен был сотрудничать по долгу службы с представителями духовенства. И надо сказать, что это тесное общение меня верующим не сделало, хотя я стал чаще думать о Душе, о настоящей Вере, изучал Библию, но скорее как исторический документ.
Несмотря на огромный вал бумажной работы, находили время и на полезные дела: оказывали помощь молодёжным поисковым отрядам во время Вахты Памяти. Договаривались с представителями церкви, чтобы можно было по-христиански похоронить неопознанные останки погибших.
Именно наша группа многое сделала, чтобы вывести на чистую воду и запретить секту сатанистов в одном из районов области.
У нас сложились добросердечные отношения с руководством Брянской епархии РПЦ, мы помогали им (розыск похищенных религиозных ценностей из храмов всегда был в приоритете), а они-нам.
Наши сотрудники в то время направлялись в командировки в Шатойский район Чечни: налаживали там работу местных правоохранительных органов, несли службу по защите правопорядка, участвовали в боевых действиях против бандформирований.
Священнослужители постоянно присутствовали при отправке наших парней туда, духовно их поддерживали и материально в том числе, выделяя гуманитарку из своих запасов.
Иногда приходилось решать и очень непростые вопросы
Бывало так, что погибший при исполнении сотрудник был некрещеным, а родственники просили отпеть его в храме. И нужно было как-то убедить священников пойти на это, хотя по церковным канонам они это делать не должны были.
Целые многочасовые религиозные диспуты приходилось вести, "обрабатывая" священников. А что делать, генерал сказал: «Как хотите, а чтобы всех отпели, хоть сами там мертвыми лягте, а приказ чтоб был исполнен - ребята это заслужили. Они там погибли, а вы тут штаны по кабинетам протираете».
Мой начальник сам зас*ал идти этот вопрос решать, меня послал в епархию, я вооружился текстом Библии (пришлось штудировать по ночам) и все-таки задание выполнил - ребят похоронили по всем религиозным канонам.
На дворе стояло лето 1999 года. Нашей Группе по связям (ГСОГВиОО) руководство УВД поручило разработать и торжественно подписать Программу взаимодействия между Брянской епархией и УВД.
По предварительной договоренности подписание должно было состояться в здании епархии - резиденции Владыки (так почтительно именовали архиереев, возглавлявших церковную иерархию).
Я уже с утра суетился на месте. Все участники церемонии и приглашённые прибыли ближе к обеду, наши все в парадной форме, священники в рясах. Мы с отцом Петром – это личный секретарь и правая рука Владыки, ещё раз проговаривали процедуру: и для нас, и для них это было новое мероприятия и мы все разработали с нуля.
Когда гости собрались, всех пригласили в трапезную. Часто бывавший в епархии, кроме маленького кабинета, почти кельи, я ничего не видел в монастыре, а тут вдруг - огромное зал, чем-то напоминавший Палаты Кремля.
Посреди трапезной стоял длинный стол, укрытый белоснежной скатертью. Во главе стола - два больших резных кресла-престола, похожие на царский трон. Это были места для Владыки и нашего генерала.
Стол был уставлен яствами и был просто шикарным по тем временам продуктового дефицита.
Прибыл наш генерал с сопровождением - все начальники управлений и отделов. С другой стороны представители белого духовенства- благочинные (официально уполномоченные должностные лица из числа представителей православного духовенства, возглавляющее благочиннический округ (благочиние), надзирающее за окружными храмами и духовенством; протоиереи (настоятели храмов) и представители черного духовенства (монахи).
Всё было расставлено таким образом, чтобы напротив каждого офицера сидел представитель церкви. Так как хозяевами застолья были священнослужители, то и инициатива по ведению этого мероприятия принадлежала им.
Вначале Владыка произнес длинную речь о неисповедимости путей Господних, затем слово взял наш генерал. После обмена речами состоялось торжественное подписание документа. Жаль, не разрешили снимать и фотографировать это действо - не положено.
Потом прозвучал тост за здоровье Владыки и все встали и подняли свои бокалы. И тут я с ужасом обнаружил, что отец Пётр сидевший напротив меня налил по-дружески мне целый фужер водки!!! Я шепотом пытался ему объяснить, что я не пьющий, и вообще – то на службе, так сказать при исполнении. На что он с ухмылкой своим бархатным басом заметил: «Ты, сын мой, компанию нам не порти. За здоровье владыки – это святое!».
Пришлось выпить. Не успели закусить, как второй тост – за здоровье генерала. А я уже никакой. Опять шепчу Петру, а он опять по-отечески: «Не выпить за своего генерала, это ж почти грех, сын мой! Так что уж будь добр, сын мой, не омрачай нашего праздника и не огорчай меня». И я выпил ещё.
Потом тосты посыпались, как из рога изобилия, и я уже не помнил, сколько я пил и за что я пил. Пришло время расходиться. Все стали вставать из-за стола, обниматься и брататься на прощание, а я ног не чувствую. Ни встать-ни сесть.
Отец Пётр заметил это и быстро пришёл мне на помощь. Огромный, с рыжей бородой, как у викинга, он легко, как пушинку, приподнял меня со стула и придерживая почти на весу, повел к выходу. При этом по-отечески приговаривая: «Да, сын мой, слабоват ты ещё для службы то, а уж для нашей и тем более. Ну-ка, братцы, - обратился он к каким-то монахам, покажите офицеру нашу выучку!».
И тут на моих глазах один из монахов молниеносно взлетел на плечи двух других, и находясь в стойке, как на гимнастических брусьях, медленно вывел ноги в уголок и держал его минуты две!!! А потом также легко с улыбкой спрыгнул, сделав при этом кувырок.
От увиденного у меня отвисла челюсть. Удивлению моему не было предела. «Вы что, спортивной гимнастикой занимаетесь?» - спросил я совершенно ошарашенный. А отец Пётр тихо пояснил: «Просто у нас парни подготовленные. Это ж бывшие спецназовцы. Всякое в жизни испытали и смерть повидали. А снизошла Благодать Божья, вот в служители и пошли».
Кое-как окольными дворами, чтобы не попадаться в таком виде на глаза гражданам (я все-таки в форме был!), добрался до дома и сразу голову под холодную воду, чтоб жена не видела в каком виде я с работы явился. Приблизительно час мне понадобился, чтобы начать мало-мальски соображать. На всю жизнь запомнил это подписание - подобной пьянки у меня в жизни не было никогда!