Отрывок

Рыща под дождем старался отыскать в кромешной темноте отблески старой засаленой лампы. Именно здесь на улице Хернборн жил старый моряк, знавший ещё моего деда. Ноги еле тащили сапоги, которые стали больше походить на кожаные мешки с водой. Хлюпание казалось было слышно на целый квартал. Не знаю от чего, но страх и чувство что меня должно настигнуть что-то ужасное крепко засело внутри. Руки были холодны, скрестив их на груди, содрогающейся в конвульсиях, я старался поймать во едино всё своё существо. Словно лист, срываемый порывами ветра я едва держался чтобы не издать стон сквозь звякочущие зубы. Вот, наконец, справа был именно этот жалкий полуразрушенный дом. Не имея решительно никакого терпения я рывком открыл то, что с трудом можно назвать дверью и оказался в комнате. Прямо перед моими прищуренными глазами началось движение. В темноте я с трудом мог разобрать кто это и человек ли. Проведя рукой по лбу и откинув мокрые пакли я понял что это старый пёс. Лень издавать из своей скрипучей глотки лай, он тоскливо глядел в угол. Явно, давнишнее характерное для него состояние усталости не позволяло ему оценить гостя. Не смея шевельнуться и нарушить стоявшую тишину я врос в деревянный пол. После некоторых мгновений где-то за стеной послышался глухой кашель и снова наступила тишина. Значит кто-то тут всё - таки есть. Приподняв висевшую наискось ветхую штору я увидел её. Именно чёрные волосы, казавшиеся вобравшими в себя ведро воды блестели на полу. Невозможно было оторваться глядя на них. Глаза девушки были закрыты, а темные круги под ними напоминали случайно упавшие тени. Рядом с кроватью сидел старик и держал голову руками. Опершись на колени он казался спящим. Было неловко нарушать эту гробовую тишину, но оповестить о своём приходе всё же следовало. Рик, позвал я. Старик не приподнял головы, а вот у девушки с губ сорвался легкий стон который как раз и вернул в чувства истерзанного старика. Очнувшись, он с живым участием обратился к девушке:"Милая Элаиза тебе лучше?" Она чуть слышно, как будто и вовсе продолжала молчать, вымолвила лишь одно слово :"холодно" . Рик, метнув взгляд по всей комнате в поисках теплых вещей заметил фигуру напоминавшую собой кусок мокрой материи. "Кто здесь?" - спросил с ужасом старик." Это я - Альберт, внук Томаса. Вновь наступило молчание. Тот факт, что меня здесь никто не ждал был очевиден. Неловко я отошел от дверного проема, зацепив ногой бутылку, зеленовато- черное содержание которой нарисовало на полу длинное птичье перо. Страшно глупо получилось, но я не сдался и продолжил свой путь к стене, где горкой была набросана старая одежда. Достав подобие шерстяной накидки, я приблизился к девушке. Элаиза лежала раскинув руки. Кисти судорожно сжали комки одеяла. Даже находясь в этом предсмертном состоянии она своей наружностью определённо никак не вписывалась в окружающую её убогую обстановку.