– Что стало решающим фактором ухода из клуба?
– Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Все же переходят из клуба в клуб, в этом нет ничего такого.
– Разин пытался уговорить тебя остаться. Какие аргументы он приводил?
– Я же там не один год отыграл. В каком-то плане мне хотелось там остаться. Я со многими людьми общался насчет продолжения своей карьеры. Просто так сложилось… Я даже не знаю, как это описать. Перешел и перешел.
– Андрей Владимирович даже сказал, что ему однажды показалось, что после очередной вашей встречи ему показалось, что ты подпишешь контракт на следующее утро.
– Возможно. Все бывает, жизнь – непредсказуемая вещь.
– Если не секрет, какие еще варианты продолжения карьеры у тебя были?
– Я не мог решать, потому что был ограниченно свободным агентом. Права на меня принадлежали «Металлургу». Мой агент занимался этими делами. Он сказал мне: «Отдыхай, Коль». Я и отдыхал. Общались по нюансам.
– И все же, был ли у тебя вариант с возвращением в НХЛ?
– Конечно, был, и я над ним думал. Просто так сложилась ситуация.
– Приведу цитату эксперта Леонида Вайсфельда: «Если бы он стабильно показывал то, что показывает фрагментами, то, конечно, играл бы в НХЛ». Согласен с этим?
– Есть в этом правда, что тут скрывать. Любой, думаю, если бы в каждом матче забивал и отдавал, мог бы там выступать. У меня есть опыт игры в Америке, и я хотел бы туда вернуться. Но пока что с этим не складывается.
Посмотрим, может быть, после двух лет в «Спартаке» я туда и вернусь. Но я сейчас сердцем и головой со своей командой. Что ж, буду стараться, чтобы потом Леонид Вайсфельд говорил про меня другие вещи (улыбается).
– Понимаешь, как стабилизировать свою игру?
– Есть задумка, попробую ее реализовать. Не все, конечно, от меня зависит. Хоккей – командная игра. Вот в теннисе, например, ты все сам решаешь. В хоккее же много разных факторов. Но мне хотелось бы играть ярче в каждом матче, – сказал нападающий «Спартака» Голдобин.
