Если ты трепетный и ранимый полицейский, то ты боишься уйти на более спокойную службу, потому что папа тебя убьёт.
Если на твоих глазах взорвалась машина с пассажирами, то ты впадаешь в переживания, страдания и депрессию, тебе нужен как минимум месяц для реабилитации. А тут вдруг бывшая сожительница просит найти её дочку.
И вот ты на каком-то острове, где, мучимый галлюцинациями, видениями и прочими кошмарными снами, должен объясняться со странными тётками.
У них там коммуна, или секта, или какой иной отшельнический клуб, все поселенки загадочные и неприветливые, помогать не желают, голову морочат. Причём тётки все феминистки, мужиков ненавидят и используют их только для размножения и тяжёлой работы. Бывшая невеста тоже темнит и жалуется на судьбу, называет тебя отцом девочки и просит помочь.
А ты, трясясь от страха и давясь антидепрессантами, должен шастать по всему острову в поисках того, что тебе померещилось. Ужас. Да ещё выясняется, что твою дочку собираются сжечь на костре. Такой ритуал производится для повышения урожайности зерновых и прочих культур.
Создатели фильма хотели предать анафеме язычество? Но наши древние предки никогда не приносили в жертву людей. Или это чёрная магия? Но почему именно полицейского следует предать огню? Почему не сжечь одного из осеменителей?
В общине поклоняются пчелам-женщинам, трудящимся и пролетаркам истинным, а приносить в жертву следует трутня, то есть самца, не пригодного вообще ни на что. Это происходит в день плетёного человека, божества данного острова.
Ага, догадывается зритель, трепетный полицейский ни на что не годится, вот за что его приговорили. Ну так-то и впрямь. Его открыто дурят, а он всё рвётся восстанавливать справедливость. Девочку он бросился спасать, а его самого-то и сожгли.
Мораль - не бойся папу и сваливай со службы, если тебе снятся кошмары. Пусть досидишь свой век в скучной конторе, а зато тебя не сожгут чокнутые бабы.