Чудотворцы — комедийный сериал, про который я слишком часто слышу “Ну, я забросил после первого сезона”. Согласна, первый сезон — просто пушка. Если вы не смотрели и его, вкратце напомню: Небесная корпорация управляет Землей (и всем известным нам миром). Бог ловит выгорание и решает устроить апокалипсис, а молодая и амбициозная сотрудница решает заключить с ним спор. Задача — свести двух людей, которые без божественного вмешательства точно не были бы вместе. Серии по 20 минут, легкий юмор — то, что нужно для уютного вечера.
Что происходит дальше
Во втором сезоне действие переносится в Средневековье, а в третьем — на Дикий Запад. Из него, как раз, завирусившийся мем с Редклиффом, танцующим vogue в блестящих штанах. И на этих сезонах многие зрители немного не поняли, куда делась небесная корпорация, при чем тут чудеса и вообще, как это смотреть. Хотя на Западе сериал набирает неплохие рейтинги.
Отсылки, отсылки и еще раз отсылки
Дело в том, что в новых сезонах создатели сериала смогли выработать свой подход к сторителлингу и обратились к пародийному жанру. Если в первом сезоне мы смотрели классическую комедию, очень хорошо скроенную по всем правилам жанра, то начиная со второго мы видим пародию в духе “Очень страшного кино”, когда собираются отсылки на уже существующие памятники культуры. В частности, поп-культуры. Второй сезон еще балансирует на стыке жанров, а вот третий уже уверенно делает шаги в сторону пародии. Там мы видим отсылки ко всем известным вестернам: “Хороший, плохой, злой”, “Двенадцать разгневанных мужчин”, “Бледный всадник”, даже “Быстрый и мертвый”, но в основном выбор пал на классические “макаронные вестерны”, которые в шестидесятых и семидесятых штамповала Италия.
Четвертый сезон — уже полностью погружает нас в поппури всех постапокалиптических шедевров. Там и “Безумный Макс”, и “FallOut”, и “Терминатор”, и даже “Дивергент”. Создатели сериала сделали шаг навстречу зрителям и дали им уже знакомый контент, политый соусом из классических комедийных сюжетов: кризис в супружеских отношениях, босс-идиот, встреча выпускников.
Главная черта четвертого сезона — новое прочтение уже знакомых сюжетов
Почти как фанфики. И это отличный способ заново расположить к себе зрителя. Давайте будем честны, мы любим то, что нам знакомо. Нам нравится пересматривать “Пятый элемент” или “Гордость и предубеждение”, а спойлеры на самом деле не приносят боли. Даже наоборот — подогревают интерес. И в этом элементе знакомства кроется секрет успеха большинства фантастических сюжетов, не только комедийных.
Что-то знакомое должно оставаться вечным. Бросаться в глаза и вызывать ностальгию. Как, например, надпись “варить до готовности”, которую встречаешь на упаковке макарон в далеком цифровизированном будущем. Или Лукашенко, все еще остающийся президентом Белоруссии в 3023 году.
Знакомый элемент становится парадоксом — основанием шутки или комедийного момента. Парадокс в комедии — это не когда вы встречаете свою версию из прошлого или будущего, а когда есть объект, который существовать не должен в текущих реалиях, но он все равно есть. Как попытки заставить женщин рожать в мире, где они могут сами выбирать, в какой последовательности развивать карьеру, семью и заниматься своим образованием.
Спуститься с небес на землю
Еще один способ создания хорошего комедийного эффекта, кроме отсылок и парадоксов, это практическое применение фантастических элементов сеттинга. Причем, практика спускается на утилитарный уровень. Например, нарезать лук или побрить ноги лазерным мечом. Это тоже создает сильный парадокс: в одной его половине — фантастический элемент, в другой — использование не совсем по назначению.
Как этот прием применяют “Чудотворцы”:
- Используют “Матрицу” из одноименного фильма как инструмент для семейной терапии
- Спасают залитого водой терминатора с помощью мешка с рисом
- Вызывают на смертельный поединок председателя ТСЖ
Все эти приемы помогают органично погрузить зрителя в дивный новый мир, который перед ним создает автор. Немного комедийных элементов помогут создать динамичное повествование, а отсылки и знакомые объекты сработают как маяки для эмоций. И тогда читатель (или зритель) будет отталкиваться в своей фантазии от знакомого, чтобы двинуться в сторону неизведанного.