За всю историю существования НАТО Москва четырежды в 1954, 1983, 1991 и 2002 годах рассматривала возможность вступления в Североатлантический альянс для построения единой системы безопасности Евразии, которая исключала бы войны и разделительные линии, гарантируя столь желанный устойчивый мир.
Все заявки были отклонены:
- во-первых, из-за нежелания допускать СССР/Россию к решению вопросов безопасности в Западной Европе;
- во-вторых, несмотря на рекламацию НАТО, как исключительно мирного союза, не противоречащего Уставу ОНН, явно прослеживалась его антисоветская/антироссийская направленность. В случае вхождения СССР/России в альянс идея его существования потеряла бы всякий смысл .
Как пророчески скажет Вячеслав Молотов:
- Мысль о создании военных группировок, противопоставляющих себя прежде всего Советскому Союзу, напоминает антикоминтерновский пакт, приведший к развязыванию Второй мировой войны. Нет оснований сомневаться в том, что судьба Североатлантического пакта будет не лучше, чем судьба антикоминтерновского пакта.
Исходя из этого, попытки 1954, 2002 и с большими оговорками 1991 годов смотрятся логично. Они были продиктованы целями дипломатической риторики. Для Москвы оба варианта являлись приемлемыми: как согласие, так и отказ.
В случае согласия: НАТО изменило бы свой агрессивный антисоветский характер, а в случае отказа: СССР получал право создать свой собственный блок в противовес Североатлантическому альянсу и возможность обвинять западные правительства в стремлении к развязыванию новой войны.
Другое дело попытка вступления в НАТО 1983 года от Юрия Андропова в самый разгар войны в Афганистане - третьей необъявленной войны между СССР и США после Кореи и Вьетнама, когда между двумя сверхдержавами было достигнуто стратегическое равновесие, основанное на доктрине гарантированного взаимного уничтожения.
Попытка Генерального Секретаря ЦК КПСС кажется не логичной, если не понимать, что Андропов был ярым противником Китая.
В 1956 году китайские власти болезненно отнеслись к осуждению культа личности Сталина и по своей сути являлись сталинистами, считая, что СССР продал и предал идеалы коммунизма. Тогда как Андропов Сталина не любил.
В период стратегического равновесия в холодной войне, отношения с Китаем резко ухудшались. Кульминацией стала ночь на 2 марта 1969 года, когда китайские войска заняли остров Даманский на Амуре. 5 марта одновременно в трех ведущих советских газетах – «Правда», «Комсомолка» и «Красная звезда» - публикуется одинаковая заметка «Антисоветская истерия в Пекине», которая подвела черту советско-китайской дружбы. О китайской угрозе стали петь и писать все – от Высоцкого и Окуджавы, до Евтушенко и Амальрика.
Андропов являлся главным идеологом антикитайского проекта. Будучи в должности председателя КГБ даже сочинил стихотворение «Письмо волжского боцмана Николая Попикова председателю Мао Цзэдуну».
- Пожалуй, закругляться вышел срок,
Да есть вопрос, где высказаться стоит.
Слышал я, что советский наш Восток
Тебя и днём и ночью беспокоит.
Все видятся тебе в твоих бредовых снах
Хабаровск и Чита, равнины Казахстана,
Туда, туда тебя толкает прах
Кровавого бродяги – Чингиз-хана.
... (отрывок из стихотворения «Письмо волжского боцмана Николая Попикова председателю Мао Цзэдуну»)
Андропов рассматривал коммунистический Китай врагом СССР, едва ли не большим, чем капиталистический США. Поэтому свое решение о вступлении в НАТО (будучи участником Варшавского договора и ведя войну в Афганистане) он аргументировал осложнением отношений с Китаем.
Однако, как показала жизнь, китайцы, осуждая Хрущева за отклонение с курса Сталина, были правы, разочаровавшись в советских лидерах, в частности, и в СССР, в целом. В 1983 году Советский Союз в НАТО не взяли. В 1989 году пала Берлинская стена, а чуть позднее распалась советская сверхдержава, занять место которой уверенно стремится Китай.