Англия. 1825 год.
Линда полностью отдалась мгновению. И позволила себе даже некоторые вольности: не противилась тому, что мистер Хелман прижал ее к себе чуть больше, чем того следовали приличия, глубоко вдыхала его чувственный мужской запах мяты и чистоты и даже отважилась чуть поднять глаза к губам... Его теплое дыхание щекотало лоб и волосы, и Линда не могла собраться с мыслями.
— Вы отлично танцуете, леди Линда.
Линда тут же смутилась.
— Когда вы успели это понять? За эту минуту вальса? – тихо спросила девушка.
— Еще до вальса, – шепнул ей Хелман.
Линда была уверена, что покраснела от головы до кончиков пальцев на ногах и чтобы скрыть это, чуть ниже опустила голову.
Хельман сам не мог понять, что же с ним такое. Эта девушка, похожая на мягкий зефир, пахла едва уловимым запахом ванили, и была так поддатлива в руках умелого партнера по танцам. Хелману тут же в голову полезли разные глупые мысли, которые, конечно же, лезть в голову приличному джентльмену не могли. Но кто сказал, что Хелман – джентльмен? И кто сказал, что он – приличный?
Хелман усилием воли выкинул всю эту чепуху из головы. Мягкая зефирка, которую он кружил по бальному залу, не могла за эти мгновенья так заинтересовать его. Наверное, следовало бы навестить поскорее любовницу в Лондоне, которую он содержал уже несколько лет: молодую актрису, которая была хоть и талантлива, но с трудом пробивалась в театральной среде. Хелман помог ей. Что ж, может все же он джентльмен? Джентльмены же помогают дамам. Он усмехнулся.
— Мистер Хелман, вы что-то сказали? – спросила Линда, приняв усмешку за слова.
— Сказал, что надеюсь, в вашей бальной карточке еще осталось место и вы пообещаете мне еще один танец.
— Боюсь, что это неприлично, – вздохнула Линда с сожалением. Ее бальная карточка была совершенно пуста.
— Леди Линда, но для чего же нам жизнь, если мы хотя бы иногда не нарушаем приличия? – заговорщицки шепнул ей Хелман.
— Моя жизнь вся состоит из приличий и правил, и не могу сказать, что мне это не нравится, – заканчивая танец сказала Линда.
Хелман снова усмехнулся и взяв Линду под руку отвел ее к брату и его жене, которые уже стояли в зале.
— Граф Уэстхем, графиня Уэстхем, я возвращаю вашу сестру, – сказал Хелман и тут же растворился в толпе.
Линда лишь с сожалением оглянулась.
Джон внимательно смотрел на нее.
— Линда, дорогая, не откажи и мне в танце? – мягко попросил он и повел ее снова в круг танцующих.
— Джон, два танца подряд для старой девы – слишком большой подарок, – рассмеялась Линда. Настроение у нее было просто великолепным.
— Кто познакомил тебя с Ричардом Хелманом? – спросил вдруг Джон.
Голос его был мягким и добродушным, но Линду было не обмануть, она знала брата с самого его рождения: он явно был встревожен.
— Ммм... Джон, я не помню, вроде бы лорд Эдингтон, – соврала Линда, пытаясь быть убедительной. И ей это удалось.
— Ах, ну да. Как я мог не догадаться, – задумчиво ответил Джон.
— А почему ты спрашиваешь, Джон? Что-то... Не так- начиная переживать и сама спросила Линда.
— Как тебе сказать, дорогая... Мистер Хелман – человек не нашего круга.
— Что ты имеешь в виду? – глаза Линды округлились от удивления.
— Ричард Хелман когда-то жил на землях поместья Уэстхем. Его отец был врачом.
— Ах... – только и ответила Линда.
Немного помолчав, она продолжила:
— Но как-то же сын врача оказался у нас на балу?..
— Да, после войны с Наполеоном все встало с ног на голову. Хелман занимался поставками продуктов и медикаментов для армии, и, как говорят, безбожно разбогател. Более того, он – герой. Его награждал король Георг III.
— Но как? – изумилась Линда, – он же был совсем мальчишкой во времена войны?
— Да. Но таланты некоторых просыпаются рано, дорогая, – проговорил Джон и чувствуя, что танец быстро подходит к концу сказал, – будь осторожна, он разбил тысячи сердец. И молчи о нашем разговоре. Я увел тебя в танце, чтобы даже Луиза не знала о нем. Мне не хочется, чтобы кто-то акцентировал внимание на Хелмане. Даже моя жена.
— Конечно, Джон, – ответила Линда.
И они вместе подошли к столику с напитками. К ним приблизилась Луиза и Джон пригласил на танец свою жену.
Линда стояла спокойно и раздумывала над тем, что сказал брат. И все, в целом, становилось понятным: и поведение Хелмана, и его слова... Оставалось неясным только то, почему Линда так разволновалась в его присутствии. Может потому, что редко танцует?..
Ее мысли прервала вдруг бабушка.
— Линда, твой танец был прелестным открытием вечера, – сказала вдовствующая графиня.
Линда подозрительно уставилась на бабушку – что-то слишком ласков и великодушен был тон Анны Уэстхем.
— Спасибо, бабушка, – осторожно ответила Линда.
— Но забывай, дорогая, – продолжила бабушка, – ты – Уэстхем, а значит, ты – лицо этой семьи. Будь благоразумна.
И на этой ноте Анна Устхем пошла к другим гостям, оставив Линду недоумевать.
А Хелмана больше не было видно.
Ранее:
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Продолжение: Глава 9