Глава 5
Я еще раз хочу подчеркнуть, какой тяжелый, трудный и хлопотный труд выпадал на женщин деревни с этим льном, в том числе и моей маме-матери. А в тех семьях, в которых было много детей, было еще сложнее и труднее.
Как уже говорил ранее, в нашей семье было пятеро детей: старший брат — Кузьма 1911 г. рождения (я его называл браткой), был крепкого телосложения, физически очень сильным и смелым человеком (ловко боролся и хорошо дрался, был «королем» всей округи), имел хороший голос, любил много петь. Погиб он на фронте Великой Отечественной войны 18 февраля 1943 года, попал под бомбежку немецкой авиации, воевал он в артиллерии. Похоронен он на опушке леса в одном километре северо-западнее деревни Сашино, Гжатского р-на Смоленской обл.
Я его очень любил за смелость и доброту. Учиться в школу не ходил, почему? Я этого не знаю до сих пор, знаю только, что писать и считать он уже научился, будучи в юношеском возрасте, ходил в школу, где обучали взрослых, а потом я его учил в домашних условиях, как определять площадь земли в гектарах. Это ему было нужно при дележке лугов под покос травы. Уходя на фронт, у него осталось четверо детей, старший Николай Кузьмич, Валентина и двое маленьких близнецов, последние еще в маленьком возрасте умерли, а Валентина умерла лет тридцати, будучи замужем (вторым) тоже оставила двоих детей.
Николай Кузьмич, мой племянник, после службы на флоте в Балтийском море в деревню не вернулся, остался жить в Риге, где и проживает по настоящее время. Не хотелось бы писать мне о жизненном пути Николая Кузьмича, но это, я считаю, будет историческая несправедливость.
Родился Николай в той же деревне, где и я, его детство протекало так же в тяжелых и трудных условиях, большее время в детстве проводил в нашей семье (они жили отдельно, имея свой дом) у бабушки, т.е. моей матери, она его немного подкармливала, рос и воспитывался, как свой. Перед уходом на службу в Советскую армию он обучился сапожному ремеслу, стал сам зарабатывать деньги. Ему эта специальность пришла, как говорится, по душе. Он и до сих пор не расстается с этой профессией, только стал большим мастером своего дела в гор. Риге (принимает заказы и делает пошив модельной обуви — особенно для женщин).
Были у Николая и негативные явления в его жизненной деятельности, которым способствовала его мать — Матрена Алексеевна, но своевременное мое вмешательство в его жизнь помогло ему встать на правильный образ жизни (много было об этом разговоров и переписки, довольно-таки неприятных). Все уладилось положительно и все это позади.
Вторая родственница это сестра Александра 1916 года рождения, в школе также не училась, была очень симпатичной девочкой, поэтому она и замуж вышла так рано. Всю жизнь проработала на фабрике, откуда и ушла на пенсию.
Третий был брат — Алексей, 1919 года рождения, умер он девяти лет от кори. Об этом случае нужно рассказать более подробно. В 1928 году, зимой, в наш дом пришла болезнь — корь. Заболели им одновременно нас трое детей: Алексей, я и брат Сашка, с 1925 года рожд. Болели здорово и долго, медицинской помощи не было никакой, родители надеялись на судьбу каждого из нас. Но, несмотря на это, я однажды ночью услышал разговор между родителей.
А говорили они вот о чем дословно: «Пусть бы умер Егорушка, он худенький, его не так жалко». Эти слова меня так напугали и обидели, что долгое время я ни с кем не разговаривал, но вместе с тем стал кушать лучше. Со слов матери, я родился не дома, а в поле, мать какую-то работу делала там и вдруг роды. Родился слабеньким и щуплым, до трех лет мать меня кормила грудью из-за жалости ко мне, долгое время я не ходил на ногах. Вот поэтому они высказались так откровенно, кому жить, кому нужно умереть. Однако судьба распорядилась по-своему — старший Алексей умер, я с Сашкой остались живы. Первый раз в жизни увидел, как умирают люди.
Алексей попросил пить, мать ему подала воду или молоко, я не знаю, он приподнял голову и стал пить, но сразу же все пошло обратно, голова опустилась на подушку, потянулся и все, не сказал ни единого слова.