В отель заехала новая пара. Молодые, без детей, армяне. Она маленькая,тонкая, звонкая. Он приятный молодой мужчина невысокого роста.
Пара долго оглядывала бассейн, нас, контингент уже отдыхающих, оценивали, насколько комфортно им будет плавать среди везде снующих и громко кричащих детей. Спокойно выбрали лежак.
На первый взгляд они достаточно сдержанно вели себя друг с другом, не выражая явной нежности, даже общались между собой мало.
Вечером, проходя мимо второго корпуса, я случайно стала свидетелем телефонного разговора. Говорила девушка, явно нервничая, чуть приглушая голос, видимо не хотела, чтобы ее услышали.
Любопытство не порок, а большое свинство. Поддерживая это высказывание, я пошла на голос, сделав вид, что тоже разговариваю по телефону.
Я увидела ту молодую армянку, сидящую на корточках и курящую айкос. Она почти шептала: «Поверь мне, я очень скучаю. Мы тут всего на 5 дней и я вернусь». Потом она замолчала, активно слушая, руки ее нервно теребили футляр. «Ты же знаешь, что я думаю только о тебе, что для меня это не отдых, а мука» - не договорила она. И снова поджала губы, опустив глаза, и слушала. На том конце трубке уже кричали. И тут разговор заиграл для меня новыми красками. Она встала, развела руками и почти громко, сжав зубы быстро проговорила: «А что я сделаю, Саша? Я знаю, что она 5 августа. Родители активно подключились. Свадьба будет. И я ничего с этим не могу поделать. Слышишь меня? Перестань кричать, любимый. Послушай. И ты ничего с этим не будешь делать». Разговор был окончен.
Она встала, положила айкос в карман, развернулась, чтобы уйти, как сразу же столкнулась со своим мужчиной, который только что вышел из корпуса. «Ты куда пропала? Я тебя жду» - чуть нервно сказал он, заглядывая в глаза, пытаясь прочесть ее настроение. «Мама звонила» - отрезала она, быстро пряча телефон в задний карман, словно избавляясь от орудия на месте преступления. Он взял ее за руку и они ушли.
И такое бывает, - грустно сказала я вслух.