Когда Роберта Э. Ли попросили назвать величайшего солдата Гражданской войны, он ответил, что это: "Человек, которого я никогда не видел, сэр. Его зовут Форрест". Натан Бедфорд Форрест, безусловно, был необыкновенной личностью, героем американского Юга, который несмотря на все свои достижения и подвиги был обвинён в чрезмерной жестокости, связанной с захватом форта Пиллоу, и заклеймён расистским лидером, так как возглавил Ку-Клукс-Клан. Но не всё столь однозначно. Более того, в его истории есть и нечто большее, чем может показаться на первый взгляд.
Во время Гражданской войны Натан Бедфорд Форрест убил тридцать человек в рукопашном бою, под ним было застрелено двадцать девять лошадей, и он проявил себя как "волшебник в седле". Уильям Текумсе Шерман сказал: "Форрест - дьявол... Я прикажу им [двум его офицерам] собрать отряд и отправиться за Форрестом на смерть, если это будет стоить десяти тысяч жизней и разорит казну. В Теннесси никогда не будет мира, пока Форрест не умрет!"
Для федералов он мог быть "этим дьяволом Форрестом", как назвал его Шерман в послании Гранту от 6 ноября 1864 года, но для конфедератов в Теннесси и Миссисипи он был героем, воплощением всех достоинств южного джентльмена: бесстрашным, предприимчивым, преданным чести, неудержимым. Генерал Конфедерации Ричард Тейлор (сын президента Закари Тейлора) сказал о Натане Бедфорде Форресте: "Я сомневаюсь, что со времен Ричарда «Львиное Сердце» какой-либо полководец убил столько врагов своей собственной рукой, сколько Форрест".
Форрест родился 13 июля 1821 в семье кузнеца Уильяма Форреста в округе Бедфорд, штат Теннесси. Семья охотилась и занималась сельским хозяйством, а также сама шила себе одежду. Форрест проучился меньше года, так что формального образования он не имел, поэтому большую часть времени он помогал семье. В 1834 году Уильям Форрест с семьёй перебрался в Миссисипи, но уже в 1837 году умер, оставив вдову Мириам «Мадди» Бек и 12 детей практически без средств к существованию, если не считать маленькой фермы. С тех пор юный Натан, который был старшим ребёнком, стал обеспечивать семью и помогать младшим братьям и сёстрам.
Когда прошел слух, что Мексика вторгнется в Техас, Натан Бедфорд Форрест решил отправиться сражаться. К счастью или сожалению, воевать не пришлось, поэтому он вернулся домой и отправился на поиски работы. Это привело его в Хернандо, штат Миссисипи, где его дядя Джонатан пригласил присоединиться к своему бизнесу, который включал покупку и продажу лошадей и скота.
10 марта 1845 года четверо мужчин - плантатор по фамилии Мэтлок, два брата Мэтлока и надсмотрщик (Уильям, Джеймс, Джефферсон и Бин) - пришли на разборки с дядей Форреста. Натан, распознавший их злой умысел, вмешался. Он сказал им, что не стремится к драке, но если придётся, то готов оказать помощь дяде. Один из братьев выстрелил в Форреста, не критично задев его. В ответ Натан открыл ответный огонь из своего двухзарядного карманного пистолета, и каждый выстрел поразил двух Мэтлоков, оставив их ранеными. Когда патроны кончились, он взял у прохожего нож Боуи, благодаря которому ранил последнего Мэтлока и наблюдал за бегством надсмотрщика. Дядя Форреста был убит в перестрелке, а его убийца, Бин, был сдан властям Натаниэлем. После смерти дяди Форрест получил в наследство его собственность... включая 6 рабов.
Хотя Натан Бедфорд Форрест был ранен пистолетной пулей, его было нелегко одолеть. Ростом метр восемьдесят два, широкоплечий, мускулистый, с зачесанными назад темными волнистыми волосами и непоколебимыми переливающимися голубыми глазами, он, как вспоминал ездивший с ним Джон Аллан Уайет, "родился лидером людей, а не последователем людей".
В этом он тоже был южанином, ведь цивилизация на старом Юге основывалась на чести, а честь означала, что Натан Бедфорд Форрест был пунктуален в одежде, обращался с женщинами с почтением и следил за тем, чтобы люди следили за своими манерами. Он много работал, стремясь не только заработать деньги, но и заслужить репутацию уважаемого человека. Когда он стал миллионером (в основном благодаря работорговле), то по-прежнему оставался благородным джентльменом во всём.
Он был немногословен, за исключением тех случаев, когда сердился. Тогда его лицо вспыхивало, а тон становился грозным. У него был яростный, звериный нрав, он мог ругаться до посинения, но ненавидел непристойные выражения и сам никогда их не употреблял. Он не пил и не курил, а его развлечениями были скачки и азартные игры. Он не терпел беспорядка, вплоть до того, что если в его штабе не убирали, он делал это сам. Когда дело доходило до романтики, он был самым галантным и доблестным рыцарем. Возможно, он не читал "Айвенго", самую влиятельную книгу на Старом Юге после Библии, но рыцарство было укоренено в нем.
Летом 1845 Натан Бедфорд Форрест встретил девушку, которая вскоре стала его женой, но на тот момент она и ее мать Элизабет Монтгомери столкнулись с небольшой проблемой — их повозка застряла в грязи. Бедфорд подъехал и помог дамам, перенеся их через грязь, а затем вытолкнул повозку, колесо которой застряло в грязи. Двое мужчин на лошадях сидели рядом и наблюдали за происходящим. Бедфорд, по словам Эндрю Нельсона Лайтла, "сказал им, что они ведут себя неприемлемо и не могут находиться в присутствии дам, и что если они немедленно не уедут, он устроит им самую страшную взбучку в их жизни". Они решили не проверять это и ускакали. Вернув дам в их повозку, Форрест попросил разрешения встретиться с дочерью мисс Монтгомери — Мэри Монтгомери. Разрешение было получено, поэтому он явился на следующий день к ним в дом, застав в гостиной тех же двух людей, которых он прогнал минувшим днём. Отпугнув их вновь, он сказал Мэри, что желает на ней жениться. Ее дядя Коуэн Монтгомери, пресвитерианский священник, не одобрил этого. «Я знаю, поэтому она мне и нужна». Он действовал настойчиво и в итоге 25 сентября 1845 года они поженились. Через год, 28 сентября 1846 года, родился их сын — Уильям Форрест.
В 1847 году у семьи появилась дочь, а год спустя с мексиканской войны (24 апреля 1846 - 2 февраля 1848) вернулся раненый брат Натана по имени Джон, которому требовался уход и помощь из-за полученных травм. Новые потребности семьи и растущие деловые интересы Натана Бедфорда Форреста привели его в Мемфис, где он занялся работорговлей, в которой он настолько преуспел, что стал одним из ведущих работорговцев Среднего Юга. Натан покупал рабов в регионах, дабы перепродать их значительно дороже в Мемфисе. Например, 7 ноября 1852 года Форрест получил 775$ за раба по имени Джерри возрастом 35 лет. Дела шли полным ходом, и уже 1 февраля 1854 года Натан купил земельный участок и дом на улице Адамс-Стрит за 4 500$ в рассрочку. Помимо апартаментов для семьи, там было жильё для рабов и помещение для их демонстрации покупателям.
В 1850 годы цены на рабов быстро росли, и в 1857 году Форрест продавал их в основном за четырёхзначные суммы: 1400$ за женщину с двумя детьми, 1200$ за 30-летнего мужчину, 1300$ за служанку, 1250$ за 16-летнего мальчика, 1000$ за 20-летнюю женщину и 3575$ за пару с тремя дочерями.
Читая о работорговле 1850-ых годов, вы попадаете в мир, где брокеры рекламировали, что у них "постоянно под рукой лучший отборный ассортимент полевых рабочих, домашних слуг и работников на их негритянском рынке". Клиентам сперва приглашали "осмотреть их товар, прежде чем покупать в других местах" и предлагали продавать рабов, обещая, что они всегда получат "самую высокую рыночную цену... за хороший товар".
На Юге рабство было общепринятой коммерческой сделкой. Раба осматривали так же, как осматривают лошадь, которую хотят купить. Работорговец - или предыдущий владелец раба - был заинтересован в том, чтобы раб был сильным, здоровым и не имел следов от кнута или побоев. Рабы стоили дорого, и раб, который недоедал и плохо выглядел, не только плохо отражался на репутации предыдущем владельце, но и был не привлекателен для покупки. Плантаторы гордились своей честью и репутацией не меньше, чем любые другие южане, поэтому в их интересах было хорошо обращаться с рабами.
Будучи начинающим плантатором, Натан Бедфорд Форрест стремился быть безупречно честным и благонамеренным работорговцем. Конечно, невозможно обойти тот факт, что по нынешним меркам рабство является чем-то неправильным с моральной точки зрения. Но в рамках своего времени Форрест действовал так хорошо, как только мог. По словам его биографа Эндрю Нельсона Лайтла, "он никогда не разлучал семьи и всегда делал все возможное, чтобы найти и купить мужа и жену, если кто-то из них пропадал".
Если циники сомневаются в честности этого образа, им следует прочитать объявления Натана Бедфорда Форреста, которые придерживаются столь же патерналистской линии, обещая, что "чистота, опрятность и комфорт" "строго соблюдаются и обеспечиваются" в его работорговле. Более того, "лица, желающие избавиться от раба, могут быть уверены, что, оставив его у нас, он получит хороший дом". Именно этот патернализм позволял южанам говорить себе, что в то время как бессердечные капиталисты-янки обращались со своими рабочими с бессердечной бесчеловечностью, южане относились к своей черной "собственности" как к настоящим людям, которых нужно одевать, кормить, обеспечивать жильем и находить для них "хороший дом", и они никогда не могут быть выброшены на улицу.
К моменту избрания Линкольна деловые интересы Натана Бедфорда Форреста - от недвижимости до рынка рабов - сделали его миллионером. Теперь он был тем, кем стремился стать, - плантатором и уважаемым членом общества. С того дня, как он столкнулся с братьями Мэтлок, его всегда считали лидером. В Эрнандо, штат Миссисипи, он был констеблем, в Мемфисе - олдерменом. На всех должностях, которые он занимал, он был честен и пресекал коррупцию. В одном из случаев в Мемфисе он в одиночку спас человека от петли самосуда, пробиваясь сквозь толпу, дабы укрыть потенциальную жертву в тюрьме. Когда толпа собралась вокруг тюрьмы, угрожая ворваться внутрь, Форрест вышел, держа в каждой руке по шестизарядному пистолету, большой нож, пристегнутый к поясу, и сказал: "Если вы придете по одному, или десятками, или сотнями, я убью любого, кто попытается войти в эту тюрьму". На этом пыл толпы был исчерпан.
Когда началась Гражданская война 12 апреля 1861-го, Натану Бедфорду Форресту, как состоятельному человеку, было что терять. Он, как и большинство жителей верхнего Юга и многие жители нижнего Юга, надеялся на региональный компромисс. Но для него характерно, что когда Теннесси отделился, он последовал за своим родным штатом и записался рядовым (как и его младший брат и пятнадцатилетний сын) в Теннессийские конные стрелки капитана Джосайи Уайта.
Но Натан Бедфорд Форрест недолго оставался в этой должности. Местные влиятельные люди подали обращение губернатору, и вскоре Форрест стал подполковником, которому было поручено сформировать собственный полк конных егерей. Людям было предложено привезти собственных лошадей, снаряжение и оружие (предпочтительнее ружья и пистолеты), но для тех, у кого их не было, он купил 500 пистолетов Кольта, 100 седел и другие кавалерийские принадлежности, которые он ловко вывез (вместе с новобранцами) из официально нейтрального Кентукки и провез мимо носа федеральных сил.
Его первое крупное сражение произошло в Сакраменто, штат Кентукки, 28 декабря 1861 года. Его люди, проезжавшие через город Рамси по дороге в Сакраменто, были подбадриваемы кентуккийскими красавицами, которые призывали их идти вперед. Среди них, согласно отчету Форреста, была "красивая молодая леди, улыбающаяся, с распущенными локонами, развевающимися на ветру, верхом на лошади, [которая] встретила колонну как раз перед тем, как наш передовой дозор столкнулся с тылом противника, вселив силу в мою руку и зажег рыцарское благородство в моем сердце". Она не только зажгла в его сердце рыцарское благородство, но и рассказала Форресту, что ей известно о диспозиции федералов в Сакраменто.
Люди Натана Бедфорда Форреста бросились в атаку на врага, вступив сначала в перестрелку, а затем, с флангов слева и справа, в лобовую атаку, которая сломила федералов, отправив их в бегство через город. Один из солдат сообщил, что в самом начале боя "в Форреста было сделано не менее пятидесяти выстрелов" "за пять минут", и что Форрест, в свою очередь, должно быть, "убил 9 врагов". Форрест возглавил атаку на отступающих федералов и, сражаясь с пистолетами и саблей в руках, сразил еще по меньшей мере двух федералов и вывел из строя еще одного офицера в синей форме, который стал его пленником.
В бою он был неудержим и стремителен, или, по словам майора Дэвида К. Келли, это был "первый раз, когда я увидел полковника перед лицом врага, и, когда он подъехал ко мне в гуще боя, я с трудом мог поверить, что это тот человек, которого я знал несколько месяцев". Лицо Форреста раскраснелось так, что "оно имело поразительное сходство с раскрашенным лицом индейского воина, а его глаза, обычно мягкие по своему выражению, пылали напряженным взглядом пантеры, набросившейся на свою добычу. На самом деле, он был так же мало похож на Форреста из нашей столовой, как декабрьская буря похожа на июньскую тишину".
Следующее задание его солдат было в форте Донельсон с 11 по 16 февраля 1862 года, где Натан Бедфорд Форрест сразу же отличился, застрелив снайпера федералов. Но более серьезной проблемой было то, что федералы все крепче сжимали осажденный форт, стоявший на берегу реки Камберленд. Первый план, согласованный генералами Конфедерации Гидеоном Пиллоу, Джоном Б. Флойдом и Саймоном Б. Бакнером, заключался в том, чтобы пробить проход через правый фланг Союза. В ожесточенных боях, в которых под ним погибли две лошади, одна из которых была убита артиллерийским снарядом, Форрест и его люди проложили тропу, которая позволила бы армии Конфедерации уйти в Нэшвилл, но генерал Пиллоу отозвал конфедератов на исходные позиции.
В ту ночь генералы приняли решение сдать форт. Натан Бедфорд Форрест, испытывая отвращение, сказал генералам, что в их рядах еще много бойцов, и попросил у них разрешения вывести свою собственную команду, если это будет возможно. Форрест сказал своим людям: "Парни, эти люди говорят о капитуляции, а я ухожу из этого места… ". Он сказал одному солдату, который решил остаться со своими товарищами: "Хорошо; я восхищаюсь твоей верностью, но будь проклято твое суждение!" Большая часть его команды разделила его решение и ускакала в морозную ночь и на свободу 16 февраля 1862 года.
Натан Бедфорд Форрест и его сражались при Шайло с 6 по 7 апреля 1862 года, где Форрест был обескуражен известием о том, что его 15-летний сын пропал без вести, но нашёл его, охраняющего пленных солдат Союза. Когда Борегар решил отступить, Форрест был назначен в тыловую охрану, где сразился с солдатами Уильяма Текумсе Шермана при Фоллен-Тимберс 8 апреля 1862 года. В схватке с типичной бедфордовской яростью пламенный житель Теннесси набросился на федералов, прорвался сквозь их ряды и вдруг оказался отрезанным и окруженным голубыми мундирами с криками "Убейте его! Убейте его!" Один из федералов упер ствол винтовки ему в бок и нажал на курок, выпустив свинцовый шар рядом с позвоночником Форреста. Но Форрест лишь оскалился, схватил солдата и , прикрываясь им пробился сквозь федералов, отбросив солдата, как только оказался в безопасности. Правая нога Форреста онемела, а врачи, не смогли найти пулю в его спине.
Ему дали двухмесячный отпуск для восстановления. Он позволил себе только три недели и потратил это время на вербовку новых рекрутов с таким победным лозунгом: "Приходите, парни, если хотите повеселиться и убить несколько янки". Так и случилось, Форрест принял командование новым отрядом кавалерии, состоящим из выходцев из Джорджии и Техаса, которых он повел в рейды на территории Теннесси, где они научились его тактике нападения.
Шокировав позицию федералов своим внезапным появлением и короткой, смелой атакой, он требовал безоговорочной капитуляции. В противном случае, угрожая, он утверждал, что не может нести ответственность за последствия. Пока федералы обдумывали его требование, Форрест устраивал шоу со своими всадниками, которые постоянно подъезжали и отъезжали рысью, но одурачивали федералов, заставляя их думать, что это постоянно увеличивающееся число серых кавалеристов.
Он использовал эту тему яростных атак и азартного блефа на протяжении всей войны, и это имело решающее значение для его успеха, потому что его войска обычно были плохо оснащены. Чтобы получить достаточное количество оружия и боеприпасов, его люди должны были собирать их у федералов.
Хотя Натан Бедфорд Форрест был опытным налетчиком, он также был бригадным генералом (по состоянию на конец июля 1862 года). Но генерал Конфедерации Брэкстон Брэгг был склонен считать, что Форресту больше по душе набеги и вербовка, и поэтому вместо того, чтобы включить его в состав регулярной кавалерии, Брэгг постоянно предпочитал забирать солдат Форреста в армию и посылать Форреста собирать больше людей и участвовать в новых рейдах. Форрест по началу не возражал, но со временем он стал возмущаться тем, что Брэгг ограничил его возможности.
То, что Натан Бедфорд Форрест был агрессивным в своей тактике, не вызывает сомнений, но он также был реалистом и выступал против атаки на позиции федералов в Довере, недалеко от форта Донельсон, в феврале 1863 года, хотя ему приказал это сделать генерал Джозеф Уилер, уроженец Джорджии, кавалерийский офицер. Сама атака была неудачной - отчасти из-за агрессивности Форреста, заставившей его атаковать федералов, когда он думал, что они отступают, но это было не так. Лошадь Форреста, как это часто случалось, была убита, хотя Форрест, как всегда, выжил. После битвы он сказал Уилеру: "Я не желаю проявить к вам неуважение; вы знаете о моей личной дружбе к вам; вы можете забрать моё оружие, если потребуете его; но есть одна вещь, которую я хочу, чтобы вы внесли в свой рапорт генералу Брэггу - скажите ему, что я окажусь в гробу, если снова буду сражаться под вашим командованием". Но со временем Форрест снова стал служить под командованием Уилера.
В апреле 1863 года люди Натана Бедфорда Форреста, которых обычно преследовали (после их набегов), стали преследователями сами, идя по пятам отряда федеральных налетчиков под командованием полковника Абеля Д. Стрейта, который двинулся через северную Алабаму. Форрест и его 500 человек шли за 1700 солдатами Стрейта, но в какой-то момент показалось, что федеральный полковник превзошел Форреста, когда перебравшись через Блэк-Крик он сжег за собой мост. Однако как и в Сакраменто, помощь пришла от представительницы слабого пола. Девушка с соседней фермы окликнула Форреста и сказала ему, что знает другую переправу. Он подсадил ее к себе в седло (заверив ее мать, что вернет ее в целости и сохранности) и попросил ее провести его к броду, где его люди переправились, чтобы продолжить преследование федералов. Форрест оставил девушке (ее звали Эмма Сэсом) записку - официальную благодарность за ее службу.
Когда Натан Бедфорд Форрест наконец призвал командующего федеральными войсками сдаться, его люди применили старую стратегию блефа Форреста, создавая впечатление, что его отряд куда больше, чем есть на самом деле. Стрейт и его 1466 солдат в синих мундирах капитулировали, помимо которых ещё было 69 раненых и 12 убитых. Когда он понял, что люди Форреста уступали его солдатам в численности в несколько раз, то запротестовал и потребовал дать ему сражение, на что Форрест со смехом сказал: "Ах, полковник, на войне и в любви всё справедливо".
Быть лицом к лицу со смертью Форресту приходилось не только в бою. Однажды у Форреста вышло недопонимание с лейтенантом А. В. Гулдом, которого он поспешно обвинил в трусости и приказал перевести в другое подразделение. Гулд встретился с Форрестом в масонском зале в Колумбии, штат Теннесси, чтобы лично опротестовать приказ. Форрест тоже принял это на свой счет. Когда Форрест отказался пересмотреть свое решение, Гулд наставил на Форреста пистолет. Пистолет дал осечку, но пуля всё же попала в Форреста, который нанес ответный удар перочинным ножом (который он использовал подобно тому, как сегодня люди используют зубную нить), вонзив его в Гулда.
Гулд убежал и был принят двумя врачами, которые пытались остановить кровотечение; Форресту помог другой врач, который сказал ему, что выстрел в бок может быть смертельным. Форрест оттолкнул его и, спотыкаясь, вышел на улицу, поклявшись: "Ни один проклятый человек не убьет меня и останется жив". Кто-то попытался остановить его, сказав, что Гулд смертельно ранен. Но это не имело значения. Выхватив револьвер, Форрест ворвался к Гулду и его врачам. У Гулда еще оставалось достаточно сил, чтобы вырваться, он побежал по аллее и рухнул в кучу сорняков. Форрест подошел к нему, перевернул его сапогом и, казалось, удовлетворенный, ушел.
Рана Натана Бедфорда Форреста чудом не оказалась смертельной, поскольку пуля не задел жизненно важных органов. Гулду повезло меньше, и теперь, когда смертельная чаша весов перевесила в пользу Форреста, Форрест был полон раскаяния. Он сказал своим врачам, чтобы Гулду были предоставлены все возможности для лечения, которое Форрест оплатит. Но Гулд умер, по некоторым данным, не успев помириться с Форрестом.
Через две недели Форрест снова был в бою, прикрывал отступление армии Брэгга и был словесно атакован женщиной, когда он проезжал через её город: "Ты большой трусливый негодяй; почему ты не сражаешься как мужчина, а бегаешь как курица? Жаль, что здесь нет старого Форреста. Он бы заставил тебя сражаться".
Натан Бедфорд Форрест снова сражался и снова был ранен при Чикамоге (19-20 сентября 1863), еще одна пуля застряла у его позвоночника. Но хотя он нарушил свое правило воздержания и принял глоток виски от боли, он продолжил битву - более того, он остался в бою дольше, чем командующий генерал Брэкстон Брэгг. Когда федералы отступали, Форрест отправил через генерала Леонидаса Полка депешу Брэггу, в которой изложил то, что он видел отступление федералов, и посоветовал: "Я думаю, что мы должны продвигаться вперед как можно быстрее". Вслед за этим он отправил еще одну депешу, призывая поторопиться, потому что "каждый час стоит 10 000 человек". Его сообщения были поддержаны солдатом Конфедерации, который сбежал от федералов и был послан к Брэггу, чтобы передать информацию об отступлении Союза. Но Брэгг совершил неудачную атаку на отступающего неприятеля. Форрест после ворчал на Брэгга: "Для чего он проводит сражения?".
Наступление Брэгга на федералов было, по мнению Натана Бедфорда Форреста, в лучшем случае неубедительным, так ещё он послал Форресту - который теперь отбивался от кавалерии Союза - приказ о том, что его командование передается Уилеру. Это положило начало величайшей словесной перепалке в карьере Форреста. Он примчался в лагерь Брэгга, ворвался в его палатку и разразился проклятиями, которые закончились следующими словами:
«Я терпел вашу подлость столько, сколько намерен терпеть. Вы сыграли роль проклятого негодяя и труса, и если бы вы были хоть немного мужчиной, я бы надавал вам пощечин и заставил бы вас негодовать».
«Вы можете больше не отдавать мне никаких приказов, ибо я их не выполню. И я возлагаю на вас личную ответственность за любые дальнейшие оскорбления, которые вы попытаетесь мне нанести».
«Вы угрожали арестовать меня за неисполнение ваших приказов. Я осмеливаюсь сделать это и говорю вам, что если вы еще раз попытаетесь помешать мне или перейдёте мне дорогу, то это будет сделано ценой вашей жизни".
В итоге Брэгг пошёл на встречу Натану Бедфорду Форресту.
В начале 1864 года младший брат Натана Бедфорда Форреста был убит в бою, и Форрест, чтобы отомстить за его смерть, лично вступил в рукопашную схватку с врагом, причем так яростно, что его собственные люди решили, что он участвует в самоубийственном бою. К марту 1864 года Форрест стремился отомстить не только за брата, он искал возмещения ущерба за преступления против сторонников Конфедерации в Теннесси, совершенные войсками Союза или просоюзным ополчением. Среди предполагаемых преступлений были убийства (одним из таких преступлений было убийство офицера из команды Форреста, которого схватили во время поиска дезертиров, а затем, как утверждалось, пытали, убили и изувечили его), содержание под стражей без предъявления обвинения и вымогательство (вымогательство тысяч долларов у жителей южных городов). Натан Бедфорд Форрест направил ноту протеста командующему войсками Союза в Мемфисе и депешу генералу Конфедерации Леонидасу Полку. Но он также готовился к действиям. В апреле 1864 года он участвовал в самом противоречивом сражении в своей карьере - у форта Пиллоу, штат Теннесси.
Натан Бедфорд Форрест надеялся захватить форт, чтобы снабдить своих людей; он не ожидал особого сопротивления. Федеральные силы, защищавшие форт, состояли из чернокожих солдат (в основном освобожденных рабов) и теннессийцев, переметнувшихся на сторону Союза. Форрест не считал их солдатами, а последних считал предателями и ренегатами, которые терроризируют своих соседей, поддерживающих Конфедерацию. Его действия против форта были хорошо спланированы: он захватил передовые здания и окружил форт, который, однако, выходил к реке Миссисипи, где у федералов была канонерская лодка.
Люди Натана Бедфорда Форреста превосходили защитников форта (без учета канонерской лодки) примерно в три раза. Как обычно, он попытался убедить "синих кавалеров" сдаться и пригрозил, что если они этого не сделают, он не сможет отвечать за судьбу федерального командования. Но янки отказались - видимо, сомневаясь, что они действительно имеют дело с грозным Форрестом, - а защитники за своим бруствером даже уговаривали нападавших прийти и попробовать пленить их. Натан Бедфорд Форрест устроил своим миссурийцам, миссисипцам и теннессийцам состязание в том, кто первым сможет прорваться через федеральные линии. Форрест, что нехарактерно, не возглавил атаку сам. В тот день под ним уже была подстрелена одна лошадь (за ней последуют еще две), и, похоже, его могло беспокоить больное бедро.
Конфедераты прорвались через внешнюю оборону форта (ров и бруствер, а затем земляные укрепления), а затем ворвались в форт. Возникшая в результате этого перестрелка с конфедератами, стрелявшими в упор в федералов, переросла в бойню, когда синие мундиры бежали к реке в надежде присоединиться к канонерской лодке, которую огонь конфедератов загнал назад. В безумии и хаосе, вызванном приливом крови, людей, пытавшихся сдаться в плен, убивали. Но произошедшее не было организованным террором, хотя федеральная пропаганда позже пыталась представить это именно так, особенно ссылаясь на расовый критерий, обвиняя конфедератов в убийстве чернокожих солдат, которые понесли непропорционально большие потери. (58 из 262 чернокожих защитников были взяты в плен, как и 168 из 295 белых).
Но любой незаинтересованный взгляд на битву и трезвая оценка доказательств приводят к противоположному выводу. Хотя он не питал любви к "проклятым ниггерским полкам" и "проклятым янки из Теннесси", Форрест и его офицеры постарались как можно быстрее обуздать своих людей, как только поняли, что начавшееся сражение переросло в бойню. То, что Натан Бедфорд Форрест надеялся взять форт без кровопролития, очевидно из его требования о капитуляции. Любопытно, что Шерман, расследовавший инцидент, отказался от возмездия, хотя Грант разрешил ему сделать это, если бы факты оправдали его.
10 июня 1864 года Натан Бедфорд Форрест провел свое величайшее сражение, устроив засаду на федеральные силы под командованием генерала Самуэля Д. Стерджеса при Брайс-Кроссроудс и обратив гораздо более крупные силы Стерджеса - 8500 федералов против 3500 конфедератов - в отступление, причем Стерджес умолял: "Ради Бога, если мистер Форрест отпустит меня , я оставлю его в покое". Форрест не только разбил федералов, но и захватил 16 артиллерийских орудий, 176 повозок и огромное количества боеприпасов и оружия. Шерман был потрясен поражением Стерджеса, но отметил, что "Форрест - дьявол, и я думаю, что он заставил часть наших войск затаиться... Я прикажу им [двум федеральным офицерам] сформировать отряд и идти за Форрестом на смерть, если это будет стоить десяти тысяч жизней и разорит казну. В Теннесси никогда не будет мира, пока Форрест не умрет!".
К несчастью для Конфедерации, Натан Бедфорд Форрест не был отправлен в тыл Шермана в Теннесси и Джорджии; его оставили в Миссисипи, где он оставался дерзким налётчиком даже тогда, когда годы тяжелых кампаний начали сказываться на его здоровье. Он был снова ранен, на этот раз в ногу, в битве при Тьюпело (14-15 июля 1864), недалеко от Тьюпело, Миссисипи. Несмотря на разные слухи, Форрест выжил. Его присутствие, вернувшись из от врачей, оживило кавалерию Конфедерации.
Именно в этом, похоже, и заключалась роль Натана Бедфорда Форреста в последний год войны: оживлять боевой дух Конфедерации смелыми рейдами, такими, какой он совершил в Мемфис в августе 1864 года, в то время как границы страны уменьшались под наступающими армиями федералов. Генерал Ричард Тейлор более или менее передал ему эту обязанность, велев Форресту делать то, что он хочет, и докладывать только ему. Форрест, действуя теперь в Алабаме, захватил федеральный гарнизон (1900 человек) в Афинах в сентябре 1864 года, разрушил хорошо охраняемую эстакаду в Сулфур-Спрингс и доставил столько неприятностей, что Шерман направил 30 000 человек к командующему Конфедерации, чтобы "зажать Натана Бедфорда Форреста до смерти". Но Шерман признался, что "кавалерия Форреста преодолеет сто миль за меньшее время, чем наша - за десять".
Натан Бедфорд Форрест продолжил свои набеги на Алабаму и Теннесси, пытаясь пресекать снабжение федералов по рекам. Его люди захватывали федеральные суда снабжения и превращали их в импровизированные канонерские лодки для новомодных "пехотинцев Хосса" Форреста. Они обстреливали федеральные транспорты на реке и уничтожали склады снабжения. В Джонсонвилле, штат Теннесси, на реке Теннесси, 3 ноября 1864 года они нанесли федеральным складам ущерб на миллионы долларов. Он делал это в то время, когда по данным федеральной разведки он, переодетый, бродил по северу, готовясь, по словам одного из маршалов-провокаторов Союза, "захватить телеграф и железную дорогу в Чикаго, освободить там заключенных, вооружить их, разграбить город, перестрелять всех федеральных солдат и призвать к согласованным действиям со сторонниками Юга". Форрест не планировал разжигать восстание в Чикаго. Его планы были ближе к дому, как он с тоской сообщил своему артиллерийскому офицеру Джону Мортону: "Джон, если они дадут тебе достаточно пушек, а мне достаточно людей, мы могли бы смести старого Шермана с лица земли!".
Вместо этого Натан Бедфорд Форрест был отозван для участия в вторжении Джона Белла Худа в Теннесси, в ходе которого армия Конфедерации была разбита на куски, а затем отступила, прикрываемая Форрестом. Натан Бедфорд Форрест закончил войну в звании генерал-лейтенанта и до конца продолжал сражаться с врагом врукопашную. В сражении при Боглерс-Крик его атаковали и преследовали федеральные кавалеристы, которых он сдерживал, уклоняясь от выстрелов из револьвера, а также наносил сабельные удары.
Когда пришло время сдаваться, он отказался от мысли вести своих людей в Мексику (хотя позже, после войны, он рассматривал эту идею как возможное приключение в качестве наемников) или идти дальше на запад и продолжать борьбу. Он знал, что война окончена, хотя поражение было для него столь же горьким, как и для всех, кто носил серую форму повстанцев. В начале мая 1865 года, примерно через месяц после капитуляции Ли, он сказал одному политику: "Любой человек, выступающий за дальнейшее ведение войны, - это подходящий кандидат для психушки, и его следует немедленно отправить туда".
Он также сделал то, чего не ожидали его недоброжелатели. Перед окончанием войны он освободил своих рабов. Позже, давая показания в Конгрессе, Натан Бедфорд Форрест сказал, что в начале войны он собрал своих рабов и сказал им, что если они останутся с ним до конца войны, то он их освободит. Он был верен своему слову.
По его собственному признанию, война "изрядно потрепала его". Он чувствовал себя "полностью использованным, разбитым на куски, искалеченным". Его финансы были скудными. Он отказался от части своей земли, на которой больше не мог наводить порядок, и попытался обработать оставшуюся часть и вернуть в строй свою лесопилку. Он нанял недавно освободившихся чернокожих - за более высокую, чем стандартная, зарплату, согласно Бюро вольноотпущенников - и привлек к сотрудничеству нескольких офицеров Союза. Джентльмены в синем получили грубый прием, когда оставшийся в живых боевой конь генерала, король Филипп, всегда разъяренный при виде синих мундиров, попытался напасть на них. Один из офицеров Союза заметил, что неудивительно, что Натан Бедфорд Форрест приобрел репутацию самого дьявольского генерала: "Ваши негры сражаются за вас, и ваши лошади сражаются за вас".
Тем не менее, Натан Бедфорд Форрест столкнулся с перспективой быть судимым за измену (ему было предъявлено обвинение, но до суда дело так и не дошло) и за убийство. Суд по делу об убийстве все-таки состоялся, и Форрест был признан невиновным на основании самообороны. Он вмешался, услышав, как чернокожий полевой стрелок по имени Томас Эдвардс нападает на жену. Эдвардс пользовался дурной славой как обладатель буйного нрава, который нападал на женщин. Форрест ворвался в хижину Эдвардса и велел ему прекратить избивать жену. Эдвардс сказал, что никто не остановит его, а затем он схватился за нож. Форрест ударил его ручкой метлы, а когда это только подстрекнуло Эдвардса к нападению, генерал взял топор и нанес Эдвардсу смертельный удар.
По словам одного из офицеров Союза, работавшего в Бюро вольноотпущенников, Натан Бедфорд Форрест проявлял опасную снисходительность к своим вольноотпущенникам. Одно дело хорошо относиться к вольноотпущенникам - что, по его словам, Форрест делал в беспрецедентной степени, - но совсем другое - давать вольноотпущенникам либеральные кредиты и позволять им покупать и носить оружие. И действительно, пока Форрест ждал прибытия властей после драки с Эдвардсом, группа вооруженных вольноотпущенников, очевидно, окружила дом Форреста, хотя никаких дальнейших инцидентов насилия не произошло.
Однако насилие было обычным явлением в напряженной обстановке Реконструкции Юга, когда недовольные солдаты Конфедерации чувствовали себя лишенными своих прав, вольноотпущенники были опьянены своей новой свободой, а федеральные войска оккупировали Юг, исполняя законы, принятые радикальными республиканцами, контролировавшими Конгресс США.
Натан Бедфорд Форрест пытался жить в соответствии с советом, который он давал своим солдатам - подчиняться закону. Он подал прошение о помиловании президенту и направил свои силы на работу в различных сферах бизнеса, надеясь, что одна из них принесет его семье финансовую стабильность. Он также вступил и возглавил недавно созданный Ку-Клукс-Клан, чтобы, по его мнению, вернуть порядок на Юг.
Деятельность Натана Бедфорда Форреста в Клане неоднозначна, хотя бы потому, что он отрицал, что был его участником или имел о нем лишь общее представление, хотя часто считается, что он был избран его первым лидером "Великим Магом". По его собственному свидетельству, он не был членом Клана, но "симпатизировал" ему и сотрудничал бы с ним в противостоянии с радикалами Реконструкции.
Натан Бедфорд Форрест открыто считал Клан защитником прав южан от бесчинств радикальных республиканцев. Он публично сбрасывал со счетов сообщения о его преступлениях, считая их в основном неправдивыми. Он утверждал, что во главе Клана стоят бывшие офицеры Конфедерации, честные и дисциплинированные, чьей целью является не распространение анархии или мятежа, а сохранение порядка и мира. Если Лонгстрит считал, что нужно приспосабливаться к новому порядку, будучи республиканцем, то Форрест, что характерно, призывал к миру и повиновению, если только радикальные республиканские власти не будут заходить слишком далеко. Если, сказал Форрест одному репортеру, губернатор Теннесси отдаст приказ ополчению выступить против жителей штата и совершит "бесчинства", это будет равносильно объявлению войны; и если губернатор объявит войну жителям Теннесси, он будет воевать против него. Именно в этом свете Форрест рассматривал Ку-Клукс-Клан.
Среди бывших конфедератов было широко распространено мнение, что радикальные республиканцы не преследовали интересы Юга и не следовали Конституции. Радикальные республиканцы, по их мнению, использовали свою власть в Конгрессе, чтобы втоптать в грязь лицом бывших конфедератов, отказывая им в политических и гражданских правах и настраивая недавно освобожденных чернокожих в качестве избирателей для исполнения воли республиканцев.
Роберт Э. Ли, который, как и Натан Бедфорд Форрест, приводил доводы в пользу покорности и послушания, сказал сенатору США: "Политика, которая будет продолжать прострацию половины страны [и] отвращать жителей от правительства... ...представляется мне настолько явно неблагоразумной, что я не понимаю, как ответственные лица могут ее терпеть".
Натан Бедфорд Форрест заявил, что будет защищать жителей Теннесси от любых нападений радикалов, но он хотел уточнить: ".... Я говорил им, что они (радикальные республиканцы) пытаются создать беспорядки, а затем ускользнуть и натравить негров; но они не могут этого сделать".
По мнению и публичным заявлениям Натана Бедфорда Форреста, Клан не был расистской организацией - за исключением его происхождения, которое, как утверждалось, заключалось в защите белых женщин и детей от голодных, вооруженных, недавно освобожденных чернокожих, ищущих наживу на южных землях - он действовал против того, что творили на Юге радикальные республиканцы и их приспешники. Хотя Клан был печально известен тем, что занимался запугиванием, устрашением и угрозами вольноотпущенникам, когда не бичевал и не линчевал их, Форрест утверждал, что такой терроризм не был их целью. Он был организован для защиты южан от групп сторонников Реконструкции, которые "убивали и убивают наших людей". Он признался: "Были некоторые глупые молодые люди, которые надевали маски на лица и скакали по деревне, пугая негров; но были отданы приказы покончить с этим, и это прекратилось".
Независимо от того, возглавлял Натан Бедфорд Форрест Ку-Клукс-Клан или нет, его "Общий приказ" от 17 июля 1867 года гласил примерно то же самое: "Мы не враги неграм, пока они ведут себя хорошо, не угрожают нам, не нападают и не вмешиваются в наши дела". Он также отрицал, что Клан санкционировал какие-либо акты неспровоцированного насилия, совершенные от его имени, и фактически отвергал их как неправильные. Клану, заявил он, "запрещено делать эти вещи, и им предлагается запретить другим делать их, и защищать всех хороших, мирных, лояльно настроенных и законопослушных людей, будь то белые или черные". Когда Клан уже нельзя было контролировать как единую силу или, согласно некоторым мнениям, когда Форрест понял, что первоначальные замыслы Клана выполнены (противостояние Реконструкции), он был распущен в 1869 году. Сам Форрест свидетельствовал, что он помог ее расформировать. И, конечно, верно, что впоследствии он публично выступал за мирное сожительство людей всех рас.
Натан Бедфорд Форрест на самом деле хотел, чтобы на Юг приезжало больше чернокожих (в одном из своих коварных планов он думал, что Соединенные Штаты могли бы выкупить пленных африканцев и привезти их на Юг в качестве бесплатных рабочих). Он также давал показания в пользу импорта китайских рабочих. Когда ему возразили, что чернокожие рабочие не одобрят этого, он сказал, что проект, который он продвигал, получил поддержку как в виде финансовых подписок, так и в виде голосования акционеров среди чернокожих южан (и у него были цифры, подтверждающие это).
Натан Бедфорд Форрест умер в 1877 году. Всего за два года до этого он объявил себя христианином и стал членом пресвитерианской церкви. Он всегда поддерживал христианство в принципе, проявлял к нему интерес и верил в его нравственные учения, но только в конце жизни, когда он, азартный игрок, запер свои карты, а человек буйного нрава и слова старался держать в оковах и то, и другое. По его признанию, он чувствовал себя лучше от этого, и, как он говорил, "я слишком много видел насилия, и я хочу закончить свои дни в умиротворении со всем миром, как я сейчас в умиротворении со своим Создателем". Так он и сделал.
Проститься с Форрестом пришло огромное количество людей, в том числе сотни афроамериканцев. Газета Appeal писала, что только утром 31 октября к телу Форреста пришли 500 чернокожих. И никто из них ни сказал ничего плохого в его адрес. Похоронная процессия растянулась на три мили, гроб несли Джефферсон Дэвис, Джейкоб Томпсон, губернатор Теннесси Джеймс Портер и несколько членов бывшего эскорта Форреста.