Вампиры или подобные им существа встречаются в мифах всех народов. В России их также называют упырями или вурдалаками. Но что если во всех этих легендах скрыта правда?
Теории происхождения
В Восточной Европе вампирами называли оживших покойников, пивших по ночам кровь живых людей. Вампиром мог стать самоубийца, преступник или колдун, а также человек, которого постигла насильственная смерть. Кроме того, к вампиризму, согласно поверьям, могло привести рождение ребенка в «рубашке» (плодной оболочке), зачатие, совершившееся в определенные дни, отлучение от церкви или неправильное исполнение похоронных ритуалов.
Потенциальными вампирами считали и тех, кто появлялся на свет с зубами или хвостом (иногда такая патология случается). И, разумеется, укус вампира превращал в вампира и его жертву…
Как «вычисляли» вампиров и что с ними делали?
О вампирах говорили, что они не стареют, обладают сверхъестественной физической силой, не отбрасывают тени и не могут отражаться в зеркале. Верили также в то, что вампиры боятся чеснока и не могут войти в дом без приглашения.
Свидетельством присутствия в окрестностях вампира считалась гибель домашней скотины и людей, чаще всего близких предполагаемого вампира. При подозрении на вампиризм могилу вскрывали. Если мертвец выглядел как живой, то есть щеки у него были румяными, возле рта виднелась кровь, и так далее, то его старались уничтожить. Для этого нужно было отрезать усопшему голову, вбить в его тело осиновый кол или сжечь… Порой обходились более мягкими обрядами вроде повторного похоронного ритуала, обрызгивания святой водой или изгнания из мертвого тела нечистой силы (обряда экзорцизма).
Научные версии
Пожалуй, первую попытку дать научное объяснение феномену «вампиризма» сделал в 1725 году исследователь Майкл Ранфт в своей книге «De masticatione mortuorum in tumulis». Он написал, что смерти при контакте с «вампиром» могли происходить из-за того, что «контактеры» заражались трупным ядом или тем заболеванием, от которого страдал при жизни этот человек. Помимо этого, у впечатлительных близких «вампира», верящих в его «воскрешение», мог начаться бред, в результате чего им казалось, что умерший выходит из могилы, общается с ними и прочее.
Только во второй половине XX столетия была открыта болезнь под названием порфирия. Она встречается у одного на 100 тысяч человек, но при этом носит наследственный характер. При порфирии организм не может производить красные тельца, являющиеся основным компонентом крови. В результате в крови возникает дефицит кислорода и железа, нарушается пигментный обмен, и под воздействием ультрафиолета начинается распад гемоглобина – отсюда и миф о том, что вампиры боятся солнечного света…
Кожа у больных порфирией приобретает коричневый оттенок, истончается и на солнце покрывается шрамами и язвами. Из-за того, что кожа вокруг губ и десен высыхает и становится жесткой, обнажаются резцы, и создается эффект оскала, что порождает, в свою очередь, легенды о «вампирских клыках». Зубная же эмаль может стать красноватой или красновато-коричневой. Наконец, порфирики не могут есть чеснок, так как содержащаяся в нем сульфоновая кислота усугубляет недуг. В отдельных случаях заболевание сопровождается и психическими расстройствами.
Что же касается «живых» трупов, которые наблюдались при эксгумации, то это может быть объяснимо некоторыми особенностями разложения. Например, тело может разлагаться с разной скоростью, в зависимости от таких условий, как температура, влажность и так далее. В процессе разложения труп распухает от газов, а кожа становится более темной, изо рта и носа может течь кровь… Под влиянием разложения тело может и шевелиться, отчего возникает иллюзия, что мертвец двигается…
Наконец, существует психическое расстройство под названием «синдром Ренфилда», при котором больного тянет пить кровь людей или животных. Им страдали некоторые серийные маньяки, например, Петер Кюртен из Дюссельдорфа и Ричард Трентон Чейз из США.
Так что поверье о вурдалаках, встающих из могил по ночам – скорее всего, не что иное, как вымысел. Вампиризм как явление действительно существует, но это чисто медицинская проблема, в которой нет ничего мистического.