В конце XX века мир захлестнула эпидемия терроризма: захватывались заложники, самолеты, автобусы, гибли политики. Для борьбы с угрозой в Советском Союзе была создана группа специального назначения «А», известная сегодня как «Альфа». Ее бойцы неоднократно проводили блестящие операции по освобождению заложников, и в проекте «Люди «А» участники тех событий раскрывают подробности, как это происходило.
10 мая 1989 года в Саратове четверо заключенных во время прогулки захватили в заложники двух сотрудниц СИЗО и двух подростков, находившихся под следствием. В ходе переговоров с помощью милиции удалось освободить трех человек. Далее бандиты скрылись на микроавтобусе РАФ.
Позже они отобрали силой у местного жителя «жигули». Милиционеры организовали погоню, но обезоружить или ликвидировать преступников не удалось. Оторвавшись от хвоста, 11 мая беглецы ворвались в одну из квартир по улице Жуковского, взяли в заложники семью – супругов и их дочь. Выезды из города были перекрыты. Через несколько часов удалось узнать местонахождение террористов. В ходе новых переговоров те потребовали выкуп – водку, наркотики и самолет для вылета за границу.
Город стоял на ушах два дня – ни милиция, ни местные власти оказались неспособны справиться с арестантами и вынуждены были выполнять всех их требования. Для освобождения заложников в Саратов была отправлена группа «А». В этот же день на аэродроме Энгельса сел самолет с группой из 8 спецназовцев.
«Нас подняли по тревоге, сказали, что в Саратове захват заложников и они требуют самолет. Будучи еще в воздухе по пути на место, мы начали разрабатывать план по освобождению самолета с террористами. Позже нам сообщили, что самолета не будет, а заложники в квартире на четвертом этаже. Операцию с применением подвижных систем разработали за 6 часов. Это как в фильме, когда с верхнего этажа прыгают и через окна влетают в квартиры. Вот так мы и действовали» – рассказывает ветеран «Альфы», майор запаса Владимир Елисеев.
Предварительные тренировки проходили в деревне под Москвой, на базе дивизии Дзержинского. На полигоне находилось четырехэтажное разрушенное здание без дверей и окон, на котором спецназ отрабатывал все детали операции. Бойцы просчитывали свои действия до сантиметров – как правильно оттолкнуться, прыгнуть, чтобы мгновенно проникнуть в окно.
«Сложность была еще в том, что в квартире находилась молодая женщина и совсем маленькая девочка. Работать было гораздо сложнее – без светошумовых гранат, чтобы совсем не травмировать ребенка.
Поменьше шума, больше работали руками, ногами, ну и чуть-чуть покричали. Без этого тоже никак нельзя», – поделился подробностями Елисеев.
В ночь с 11 на 12 мая начался штурм. Снайперы наблюдали за бандитами с помощью приборов ночного видения. К тому моменту бандиты посадили на подоконник одного заложника, связав ему руки и пригрозив сбросить с четвертого этажа. Вдобавок они забаррикадировались изнутри, перекрыв проход разными бытовыми предметами вплоть до стиральной машины.
Так как было приказано брать противника живым, в автоматах спецназа были только холостые патроны. В четвертом часу утра 12 мая одна группа с крыши проникла в окна, вторая тараном выбила дверь в квартире. Все, что успели сделать террористы, – два выстрела, но пули застряли в бронещите. Вся операция заняла считанные секунды, заложники были освобождены, а беглецы арестованы.
Но через год офицеры группы «А» снова столкнулись с вооруженными бандитами. На этот раз в солнечной Абхазии.
В августе 1990 года 73 преступника, находящихся в изоляторе города Сухум, 12 из которых были приговорены к смертной казни за убийство сотрудников правоохранительных органов, захватили контролеров этого изолятора и 3500 единиц гладкоствольного нарезного оружия со склада конфискованного у населения вооружения. Если бы мятежники с этим арсеналом вырвались в курортный город в разгар сезона, последствия было бы даже страшно представить. Местные власти три дня скрывали информацию, но в итоге вынуждены были доложить обо всем в Москву.
Сначала арестанты требовали вертолет, потом БТР и в итоге согласились покинуть изолятор на автобусе. «Собрали нас по тревоге – у каждого был специальный пейджер, чтобы сразу прибыть по сигналу спецсвязи. Прилетели в Сухум 13 августа, поскольку местные правоохранительные органы ничего сделать не смогли. С нами еще был отряд «Витязь» дивизии Дзержинского, они в том числе занимаются бунтами в тюрьмах», – вспоминает ветеран группы, капитан запаса Александр Пятницкий.
Изначально «Альфу» не собирались использовать в качестве главных сил, приглашая их только как консультантов. Предполагалось, что основную роль возьмет на себя абхазское МВД. Тем не менее план действий начал разрабатываться еще в самолете по пути в Абхазию. Рассматривались разные варианты. В итоге решили, что автобус для террористов начинят пиротехникой, которая своим взрывом лишит их способности сопротивляться и при этом не причинит вреда заложникам.
«Наши коллеги сказали, что город буквально разделился на две части. Достаточно много местных сидело в этой тюрьме, и жители волновались за своих родственников и друзей. Уже рассказывали, что из Москвы прилетели головорезы, будет кошмар, такие слухи ходили», – отмечает Пятницкий.
По словам Владимира Елисеева, за забором изолятора буквально стояла половина Сухума. Всех людей отодвинуть широким кольцом возможности не было. Поэтому в этих условиях приходилось принимать решение и проводить операцию. Все осложнялось и бюрократической неразберихой.
«Мы два или три дня находились в ожидании разрешения на штурм, потому что дело серьезное, многие генералы боялись за свои погоны в случае провала. Отправляли план операции в Москву, они там думали, согласовывали, как это, насколько опасно – не опасно, давали добро», – пояснил Елисеев.
Подготовка прошла 14 августа, а 15 числа прокурор Абхазии, который должен был дать согласование, куда-то исчез. Пришлось звонить напрямую председателю КГБ Крючкову, который разрешил руководителю группы Виктору Карпухину действовать по собственному усмотрению.
Первому отделению группы «А» было предписано штурмовать микроавтобус РАФ с 11 заключенными и тремя заложниками. От идеи с вертолетом бандитов удалось отговорить, убедив их, что крыша изношенного здания изолятора не выдержит веса машины. Вторая группа спецназовцев за спинами милиции и переговорщиков должна была незаметно пробраться и проделать с помощью тротила проход с четвертого на третий этаж изолятора, где находились преступники, и взять под контроль третий и второй этажи. Третья группа «краповых беретов» должна была ворваться на первый этаж, взорвав боковую дверь.
Перед штурмом сотрудники группы «А» встретились с прорабом. Он сам участвовал в строительстве здания и рассказал о слабостях строения из-за расхищения цемента при его возведении. Поэтому мощность зарядов скорректировали, чтобы не обрушить всю конструкцию.
Штурм автобуса пошел не совсем по плану: сработал только один из двух зарядов, которые должны были остановить машину, и она отъехала метров на 15 дальше рассчитанного места. Эти секунды сыграли не в пользу спецназа. Следователи потом подсчитали, что за это короткое время заключенные сделали более 30 выстрелов, ведь оружия они захватили много – и тяжелое вооружение, и ружья, и пистолеты. Тем не менее бойцы по трое с трех сторон высадили окна – кто кувалдой, кто молотком и даже чугунной ножкой скамейки – и нейтрализовали преступников. Всего понадобилось 45 секунд.
Одновременно с захватом автобуса стартовал штурм самого изолятора: грянули взрывы у люка на третьем этаже, где работало второе подразделение группы «А», и у торцевой двери. Во втором случае «краповые береты» за проломом обнаружили решетку, быстро установили шашки с динамитом, еще один взрыв – и они проникли дальше. Бандиты встретили обе группы огнем, но молниеносная атака с разных направлений деморализовала их, и бой вскоре закончился, бунтовщики прекратили организованное сопротивление.
«У нас были спецсредства, в том числе такой интересный гранатомет, который выстреливает по два каучуковых шарика. Когда они попадают в закрытое помещение, то хаотично отскакивают ото всех стен. И люди просто не выдерживают и ложатся на пол, потому что бьют шарики достаточно сильно. Без выстрелов, благодаря напору и использованию данного оружия взяли изолятор», – делится Елисеев.
При этом штурм проходил словно в театре: все балконы окрестных домов были забиты людьми. Когда все закончилось, раздались аплодисменты, а позже местные жители встречали спецназ как героев, дарили им цветы, фрукты и вино. За сухумскую операцию бойцы получили государственные награды, руководитель группы «А» Виктор Карпухин был повышен в звании до генерал-майора.
Операция в Сухуме считается эталонной. Ее использовали как пример при обучении новых членов спецподразделений. Таким же образцом является и штурм квартиры в Саратове, и многие другие операции группы «А» советского периода. Только вот бойцы еще не знали, что впереди их ждали лихие 90-е, где уже «Альфа» станет одним из участников ключевых исторических событий.