Русская православная церковь на протяжении почти всей российской истории играла значимую роль в жизни общества и государства. С того момента, когда произошло крещение Руси – с 988 года.
Однако были периоды, когда светская власть церковь почти полностью задавливала. Во времена СССР – понятно. Хотя и там имели место «оттепели». Например, в годы Великой Отечественной войны Сталин обращался к священникам, беседовал с ними. И даже, в перспективе, церкви хотели дать определенные вольности. К большевикам еще вернемся.
Второй период – это 200 лет, начиная еще с петровских времен. Церковь жила без патриарха.
Чтобы понять, что это значило для страны, для государства, нужно начать со времен, когда на Руси были еще князья.
Например, можно рассказать про Василия Темного и митрополита Киевского и всея Руси Иону.
В 1448 году епископы выбрали Иону митрополитом. Однако был нюанс.
Утверждение
То, что русские епископы выбрали Иону митрополитом – этого было мало. Кандидатуру должен был еще и утвердить патриарх Константинопольский. Русская церковь была зависима от Византии.
Ионе нужно было ехать в Константинополь, но он никак не мог добраться до Царьграда. А, вернее, не хотел. Византия доживала своё.
В 1459 году Константинополь, византийский патриархат оказались под властью Османской империи. Русская православная церковь стала автокефальной – независимой. Митрополита теперь утверждали на основании мнения совета епископов и мнения князя.
Дальше – больше.
Иван Васильевич Четвертый Грозный стал именовать себя царём, а при его сыне Фёдоре появилось московское патриаршество. Этого активно добивался Борис Годунов. Первым нашим патриархом стал Иов.
В смутные времена патриарх Гермоген выступил против польских завоевателей. Это стоило ему жизни. Однако церковь показывала свою власть, готовность грудью стоять за народ, страну и государство.
А дальше получилось еще интереснее. Как известно, новым царём стал Михаил Фёдорович Романов – основоположник новой монархической династии. Как его выбирали – интересная тема, но не тема статьи.
А патриархом стал Фёдор Никитич Романов – Филарет. Он, как вы, наверное, знаете, был отцом Михаила.
То есть, светская власть попала в руки сыну. А церковная – отцу. Всё сошлось на одной семье, которая начала править страной, пережившей смуту.
При Петре
Пётр Алексеевич с ранних лет видел, насколько священнослужители могут быть влиятельными. У Алексея Михайловича, кстати, с патриархом Никоном был беспрецедентный конфликт. Пётр, зная, как всё сложилось, решил кое-что в «структуре власти» изменить.
Обращаю внимание на то, что патриарх Иоаким помогал будущему основателю Санкт-Петербурга в борьбе за власть с его сестрой Софьей.
Пётр Алексеевич, почувствовав свою силу, решил провести в России реформы – на западный манер, естественно. Патриарха Адриана это не устраивало. Но он нашел в себе терпение не конфликтовать открыто с Петром. Однако была там одна история, когда глава страны и глава церкви обменялись серьезными выпадами. Адриан отказался постричь в монахини Евдокию Лопухину – первую супругу царя. А Пётр Первый не помиловал стрельцов, хотя патриарх об этом просил.
Андриан ушел из этого мира в 1700 году. А Пётр сделал всё, чтобы нового патриарха не появилось. Степан Яворский стал местоблюстителем патриаршего престола.
В 1718 году император решил, что церковными делами должен управлять не один человек, как коллегиальный орган.
Россия была на подъеме. И Пётр Алексеевич со спокойной душой обратился ко Вселенскому патриарху Иеремии Третьему с просьбой благословить работу того самого коллегиального органа – Святейшего синода, который просуществовал на протяжении двух веков.
Первым президентом этого органа был Степан (Стефан) Яворский. Члены Синода назначались монархом, за ними присматривал обер-прокурор, которого допускали до обсуждения всех церковных вопросов.
Таким образом, Пётр Первый установил свою власть над церковью. И ситуация не менялась 200 лет.
Новая смута
Когда Николай Александрович Романов отрекся от престола, церковь перестала ежедневно молиться за него. Священники надеялись, что смогут изменить ситуацию, восстановить своё влияние в сфере решения государственных вопросов.
Но большевики не дали этого сделать. Есть мнение, что Ленин, хоть и не любил монархию, использовал опыт Петра Алексеевича в вопросах давления на церковь.