Мы побеседовали с осуждённым, который отбывает наказание в хозотряде Сергиево-Посадского СИЗО-8
Иван. Статья 158 УК РФ, часть 3, пункт «в». Если переводить на бытовой язык — кража в крупном размере. Иван попал в следственный изолятор в Сергиевом Посаде более двух лет назад и сейчас отбывает наказание здесь же, работая в должности оператора котельной. До освобождения осталось недолго, дома ждёт семья и друзья с идеями бизнес-проектов.
О совершённом преступлении Иван жалеет, говорит, оно того абсолютно не стоило — но что произошло, уже не изменить. О том, как живётся после того, как оступился, о доверии и о планах после выхода из учреждения он рассказал нам специально для цикла материалов об осуждённых и работниках ФКУ СИЗО-8 УФСИН России по Московской области.
— Чем вы занимались до того, как сюда попали?
— Я родился в Москве в 1990 году. Сначала учился в гимназии, потом — в кадетском корпусе. Далее начал получать образование на факультете зарубежной военной информации, но по ряду причин мне пришлось оттуда уйти. Отучился на повара третьего разряда, работал в сфере кинопроизводства. Знаю языки. Самый большой опыт работы у меня в транспортной логистике — порядка шести лет. Организовывал продовольственные поставки для крупных торговых сетей. До того как попал сюда, работал в одном из популярных интернет-магазинов. Там всё и произошло.
— Столько разных сфер деятельности и такая перспективная карьера могла бы вас ожидать… Что подтолкнуло на совершение кражи?
— Не знаю, как это назвать. Наверное, это погоня за лёгкими деньгами. Так случилось. Конечно, жалко. Конечно, обидно и досадно для себя, потому что ничем эта погоня хорошим не закончилась. Сумма ущерба чуть более двухсот тысяч рублей (долгая пауза — Ред. ). М-да…
— Чем занимаетесь здесь?
— Я работаю в котельной, получил профильное образование оператора котельной, сдал экзамены на переаттестацию, отучился на повара-пекаря. В мои обязанности входит контроль за работой котельной учреждения. Она газовая, стоит три котла, два водогрейных и один паровой. Нужно фиксировать все показания, датчики, за всем следить, вовремя производить обслуживание котлов, ремонтировать. Работа по сменам, по графику. Я ещё помогаю на складах, так сказать, продолжаю логистическое направление развивать (смеётся — Ред.), периодически в пекарне — это всё идёт мне в зачёт.
Если о быте, то я очень много читаю. Прочитал «Шантарам» Грегори Робертса, «Ацтек» Гэри Дженнингса недавно закончил. Пишу сам. Написал рассказ на конкурс в рамках празднования 200-летия Фёдора Достоевского. Нужно было придумать произведение на тему преступления и наказания, и за три ночи в котельной у меня родилась идея, за один день переписал в тетрадь. Краткий сюжет такой: супружеская пара, жили хорошо, но муж не хотел ребёнка и пичкал жену таблетками, которые подрывали её здоровье. Она об этом узнала, разозлилась и достаточно своеобразно его наказала за это.
— Как ваш настрой сейчас?
— Не всё потеряно, как говорится. У меня есть планы по развитию собственного бизнеса, связанного с перевозками. Остались друзья, остались хорошие знакомые, которые, в том числе, общаются и с моей семьёй. Не бросают. Меня ждут, и мы будем дальше развивать своё дело. Продуктовая логистика никогда не умрёт, эта сфера довольно стабильна. Она, конечно, подвержена экономическим рискам в части кризисов, санкций, запретов на пересечение границ фурами. Но внутри страны перевозки всё равно продолжаются, клиентская база как существовала, так и существует.
Да. Потерянное время. Очень серьёзно потерянное время. Плюс ещё одно из моих хобби — я ди-джей. У нас своя студия, проект по электронной музыке. Мы хотели это перевести в формат интернет-радиовещания узкой направленности… Да, очень жалко мне потерянного времени. Но всё можно наверстать, было бы желание.
— Ваши бизнес-партнёры, как думаете, будут вам доверять после случившегося?
— Да. Этих людей я знаю с самого детства. Они, конечно, сказали мне, что я, мягко говоря, идиот… Но от совместных планов не отказываются.
—Говорите, у вас есть семья. Как отреагировали они?
— Семья была в шоке. Но верят и ждут. У меня сын, ему уже двенадцать лет, школьник. От него сначала всё скрывалось, но одна из его одноклассниц услышала разговор между мамами и рассказала сыну. Конечно, он переживал. Приезжает на короткие свидания, я с ним общаюсь. Вырос так. Почти меня догнал по росту, они сейчас быстро растут.
— Если по-честному, сделали какие-то выводы для себя? Наверняка, проводили некий самоанализ.
— Вывод один. Лёгких денег не бывает. Всё зарабатывается определённым, а иногда и непосильным трудом. Конечно, сейчас очень стыдно. В октябре этого года у меня наступает срок УДО, и вроде как руководство это одобряет. То есть осталось меньше полугода. Я зачислен в школу подготовки к освобождению, слушаю лекции. Самое главное, что мои близкие от меня не отвернулись. Это самое главное.
Светлана ГИРЛИНА
Фото: Светлана ВОЛОДИНА