История
этого покинутого и обветшалого места берет свое начало в 1712 году, когда Петр I пожаловал эти территории Алексею Михайловичу Черкасскому. Но в силу своей занятости он не мог уделять должного внимания своим копорским владениям.
После смерти Черкасского в 1744 года усадьба становится частью приданного его дочери, Варвары Алексеевны, которая вышла замуж за графа Петра Борисовича Шереметева. Шереметев был одним из богатейших помещиков в России, он вкладывал большую часть средств в развитие своих подмосковных имений, но, несмотря на это, в Воронино все же были выстроены новые дома.
В 1831 году Шереметевы покинули усадьбу и на несколько лет она перешла во владение к Карлу Романовичу Липгардту, предводителю лифляндского дворянства, историку и коллекционеру. Именно при Липгарде произошли важные преобразования - был построен каменный господский дом, оранжерея, высажен сад.
Но самый расцвет имения начался в 1835 году, когда территорию выкупили представители татарского рода супруги Енгалычевы. Большая усадьба прекрасно подходила для семьи, в которой уже росло пятеро детей.
Енгалычевы продолжили обустраивать и облагораживать Воронинскую усадьбу, появлялись новые хозяйственные постройки, разбивались аллеи, высаживались деревья. Кроме того, был выкопан пруд с родниковой водой, которая стекала в мельницу. Перед усадебным домом посадили дуб-солитер, именно он стал своеобразным символом усадьбы.
Поместье процветало и разрасталось, вплоть до 1874 года, когда Енгалычевы продали территорию штурману Василию Андреевичу Волкову и купцу Ивану Алексеевичу Иконникову. Усадьба еще несколько раз меняла владельцев, прекрасное местоположение делало ее отличным местом для проживания.
Современность
Выяснить, чем служила усадьба после революции нам не удалось.
Сегодня на месте некогда процветающего имения можно увидеть еще не полностью разрушившийся господский дом, развалины великолепной оранжереи, конюшни и дома управляющего. Вы можете найти дорогу к роднику, к нему ведет металлическая лестница. Дуб-солитер вы тоже сможете увидеть, он по-прежнему там стоит, храня память о людях, которые много лет назад называли это место домом.