В предыдущей статье мы с вами рассмотрели события 20 февраля 1814 года, когда французский генерал Морис Этьен Жерар, не имея достаточно ни сил, ни времени, чтобы сдержать наступающий русский корпус Евгения Виртембергского на крупный, важный город Труа, решает прибегнуть к хитрости, и что из этого вышло.
А мы с вами, дорогие товарищи, продолжаем внимательно следить за развитием событий.
*
*
Итак, на дворе у нас 20 февраля 1814 года. Евгений Виртембергский, как мы с вами уже знаем, дал генералу Жерару полчаса, чтобы убраться из города, потом «будет хуже». Евгений Виртембергский, честно говоря, и сам не думал, что Жерар пойдёт на его условия. Скорее это был ультиматум, мол, безоговорочно покиньте город как можно скорее. Но каково же было удивление Евгения Виртембергского, когда разведка доложила ему, что французы покидают город «как угорелые», буквально бегут из города, бросая всё. Жерар воспринял ультиматум Евгения Виртембергского буквально и в течении получаса его войска уже находились в западных предместьях города, покидая его с невероятной поспешностью. Уходили все. Даже раненые в госпиталях были брошены на произвол судьбы. Не было оставлено даже арьергарда для прикрытия отступающих. Вероятно, Жерар посчитал неуместным оставлять арьергард, ведь он выполнил условия Евгения Виртембергского, покинул город в течении получаса, что является невероятным. В таких условиях, уверен Жерар, русские не будут его атаковать, но дадут спокойно уйти.
В то самое время, когда французы, находясь в западных предместьях города, покидают его, союзные войска входят в его восточные кварталы.
Австро-баварские войска, войдя в город, буквально очумев от столь лёгкой победы, шутка ли, взять такой огромный город без боя, бросились разбирать лучшие квартиры на постой. Таким «поведением» вызвали неимоверное столпотворение на узких улицах города. Всюду снуют солдаты, туда-сюда, туда-сюда, как муравьи. Ни пройти ни проехать.
Следом входят в город русские войска Палена и Евгения Виртембергского. Но улицы впереди забиты. Русские войска, в свою очередь, также встали, перекрыли улицы. О преследовании отступающего Жерара теперь не может быть и речи. Хотя Евгений Виртембергский изначально имел такое намерение.
Евгений Виртембергский отправляет связных к генералу Вреде, с просьбой очистить улицы. Вреде сам не понимает, кто дал команду разбредаться по квартирам. Сейчас виновных уже точно не найти, а что делать. Пусть солдаты лучше поскорее расходятся по квартирам и освободят улицы.
Вся эта суматоха продолжалась до самого вечера 20 февраля 1814 года. И лишь тогда русские войска, пробившись, наконец, в западные окраины города, продолжили преследование отступающих французов генерала Жерара. Но время, несомненно, потеряно.
Евгений Виртембергский приказывает не останавливаться ни на минуту, идти в полной темноте при свете факелов. Задача: настигнуть французов, хоть бы для этого пришлось маршировать всю ночь без сна и отдыха.
Потрясающее зрелище. В погрузившуюся в ночную темень деревню входит колонна под свет факелов, что несут солдаты. Собаки брешут, заливаются лаем, очумев от такого лютого для них действа.
Люди попрятались по домам, кое-где в тёмных проёмах окон двигаются занавески: местные жители опасливо наблюдают из своих жилищ за проходящей колонной чужеземцев. Им, конечно, нечего бояться, но люди боятся, так они устроены. Опасаются всего чужого, тем более идёт война. Мало ли, вдруг сейчас колонна остановится, солдаты разойдутся по избам на постой. Каждая изба набьётся как селёдка солдатами, кому же из хозяев этого хочется. Съедят всё, что можно, а люди бедны. Одним словом, боятся местные. А солдаты идут. Колонна всё идёт и идёт по деревне, и нет ей конца. Как говорится: собаки брешут, а батальон идёт.
Вот уже и эта деревня осталась позади, и следующую миновали.
Передовой эскадрон кавалерии ускакал далеко вперёд и вдруг, совершенно неожиданно, в темноте натыкается на группу солдат, идущих по дороге впереди них. Так как впереди не может быть русских, значит это замыкающие, а может быть даже больные и отставшие французы. Командир эскадрона крикнул что-то солдатам по-французски и те по-французски же ответили. Ну, точно. Догнали французов. Французы не особо впечатлились встречей. Они сейчас настолько уставшие, что им всё равно.
Эскадрон, однако, не поднимая лишнего шума до поры, разворачивается и уходит назад, к своим. Нужно доложить, что отступающие французы настигнуты, а там дальше пускай командование решает, что делать дальше.
*
Хорошо. А в это самое время союзная баварская кавалерия генерала Вреде двигается по другой дороге, также намереваясь настигнуть неприятеля; французы отступают по нескольким дорогам одновременно.
Вдруг, совершенно неожиданно как для баварцев, так и для французов, баварцы буквально сталкиваются лицом к лицу с отступающей французской кавалерией генерала Келлермана. Хоть баварцы и настойчиво преследовали неприятеля, но встреча получилась внезапной и неожиданной. Французы шли в полной темноте и появились на дороге, словно выросли из-под земли. Баварская кавалерия резко остановилась, кони встают на дыбы, ржут и мечутся. Французские кавалеристы настолько перепугались такой неожиданной встречей, что немедля, пришпорив своих конец, пустились наутёк. Баварцы остались на дороге, не преследуют французов. Задача догнать французов выполнена. Начинать бой команды не было. Баварцы разворачиваются и резво несутся назад. Нужно доложить об увиденном.
Преследование французов продолжается. Что же будет дальше? Атакуют ли союзники отступающих французов прямо в ночи или продолжат идти «по пятам»? Но как долго? Неужели до самого Парижа? Это мы узнаем с вами, дорогие мои товарищи, в следующих статьях, а на сегодня заканчиваем...
>Следующая статья<, дорогие товарищи.