С тех пор, как Ориби и Энзели оказались в ненавистной школе, Сарро ла Касс думал о них даже больше, чем о своей обожаемой «ведьме из будущего». Энзели, разумеется, интересовал его меньше, скорее беспокоил, а вот лиловоглазый требовал предельного внимания и сосредоточенности. Про него и вовсе следовало бы написать отдельную книгу, и Сарро в перспективе собирался заняться ей.
Он слишком много знал. Такого, о чём мальчишка сам не догадывался. Такого, чего нельзя было знать другим. Конечно, благодаря своим обострённым чувствам, тот начинал открывать это в себе. Но Сарро давно знал всё и наблюдал за ним.
Вы можете спросить, что и откуда. Ему невиданно помогли в помощи знания семейной вампирской библиотеки. Увы, она сгорела давно вместе с его семьёй, но уже полученные знания твёрдо засели в памяти. Старинные книги, которым не один век, а порой – тысячи лет, передаваемые из поколения в поколение, искусно охраняемые десятками заклинаниями задержки времени, исчезли без следа, не сумев справиться с натиском до бела разъярённой стихии, успели передать знания своему последнему читателю.
Он чудом выжил в тот день. И Сарро догадывался, что всех хотели убить именно из-за них… И был обязан хранить крупицы навсегда в памяти.
Из книг вампир знал примерно следующее: что всего несколько раз, начиная от основы времён, на Землю спускались невиданные существа, равные по возможностям самым могучим Силам. Они отправлялись сюда, как в ссылку, за неведомые ошибки или грехи, они были Ангелами или Богами, но непременно теряли память на время своего заточения.
Они становились слабы, как люди, в чьи тела случайно или намеренно переселились. Они оставляли прежним только иной взгляд на мир. Вернуть память из всех ранее смог только один, по его словам и написано это откровение; бедняга забыл всё прежде, чем успел рассказать до конца и до самой глубокой старости твердил, что не верит ни во что, и прослыл ворчливым брюзгой-реалистом.
Таких существ очень сложно определить в толпе, они могли выглядеть как угодно: в зависимости опять же от тела, которое занимали на время своего «наказания»; но они отличались от окружающих, и это отличие приходило именно в мыслях. Считалось, что знающие легенду могли с лёгкостью понять, кто есть кто, взглянув один раз в глаза. Другое дело, подобные «звёзды» падали с неба нечасто. Самые древние писцы терялись в догадках, когда это произошло в прошлый раз, ибо время для тех существ и в их мире текло иначе.
И Сарро понял, как только увидел Его. И почти с первого дня между ним и Ориби образовалась огромная и незримая связь. Знание лишь убеждало каждый раз в том, что всё правда. А ещё события сплетались с Легендой о Фениксе.
Вторая история повествовала уже о том, как некогда Дева Огня оставила в мире тысячи своих детей – птиц, но она сама также была не человек, и её Огонь олицетворял собой по сути Энергию. Она могла спать до определённой поры, хоть всю жизнь, но затем обязательно вырываться наружу. И такие птицы разлетелись по всей Вселенной и тоже, в людском понимании, были всесильными Ангелами или Богами.
В чём правда – в первой легенде, второй или обоих сразу? Или вампир принял желаемое за действительное исключительно от желания обогатить свою печальную и скучную жизнь? Но некоторые тайные хитрости всё-таки убеждали ла Касса в его правоте.
Это было нельзя знать во избежание шокирующих воспоминаний, опасаясь за ту часть сознания, что до сих пор ещё, возможно, принадлежала земному пареньку. Во избежание гордыни, непонимания, насмешек и даже расстроенной психики. Нельзя, потому что нельзя. Придёт время, и Он сам напомнит о себе, если правда.
Но вампиру было мало «иметь ввиду» такую информацию, его не устраивал также вариант ожидания, ведь оно могло затянуться слишком долго. А если Оно проживёт в чужом теле больше, чем может протянуть даже самый старый вампир? Исключительно поэтому он пошёл на свои хитрые и тайные способы.
Проживая ещё в Альфагессе, Сарро несколько раз ночевал в ветхом доме своих друзей. Там он увидел, как Энзели неистово тянулся к Свету, как буквально переходил грань допустимых между братьями отношений, и как успокаивался каждый раз, когда прикасался с Ориби.
Однажды Энзели ушёл гулять и вернулся только к утру, впервые напившись до потери самообладания. Какая-то девушка опоила его в таверне, а дальше он, начал целовать её, укусил и убил… Но история совсем не об этом.
Тогда они ждали блондина вдвоём, а время уже приближалось к двенадцати. Погода испортилась ещё давно, лил дождь, бесконечно сверкали молнии, но отправиться искать брата как-то не пришло в голову. Оба по молодости, по наивности думали, что он скоро вернётся, да так и пронеслась ночь.
Ориби что-то рассказывал, а Сарро внимательно слушал его и, желая проверить свою теорию, он дождался, когда лиловоглазый устанет и приляжет отдохнуть, а затем в шутку повторил любимый жест Энзели, только почти не касаясь сердца, аккуратно положив ладонь сверху Его ладони. Надо сказать, что Ориби уже тогда начинал жаловаться на свою боль, но это случалось нечасто.
И Вампир понял. Его концентрация уловила такой немыслимый выброс, что он почти ослеп, еле удержался на ногах и отдёрнул руку. Понимая, как смотреть в суть, он увидел внутри Него белый свет, большим сгустком сосредоточившийся как раз в районе груди.
И он понял, что всегда был прав. …А парень легко и загадочно улыбнулся от этого жеста и на пару мгновений прижал руку к себе, точно перепутав от привычки Вампира и брата.
Когда вернулся сплошь окровавленный Энзели, Сарро, шокированный дважды, уходил, нет, бежал домой, до сих пор чувствуя на своих ладонях сильнейший Свет. А Энзели переоделся, повторил ритуал и, как ни в чём не бывало, лёг спать.
Ориби долго смотрел в окно, провожая ла Касса взглядом. И будущему учителю грезилось, что за спиной у Него уже горели огромные белые крылья. А может быть, сплошь из Огня.
©Ориби Каммпирр. Одна жизнь Сарро ла Касса
Рисунок из Интернета
Продолжение следует...