Новости Беларуси. Как обострение отношений с нашими соседями может сказаться на региональной безопасности? Почему Беларусь провоцируют и как правильно на это реагировать? Какие военные реформы в наших силовых структурах? На площадке ток-шоу «По существу» нашли ответы на эти вопросы вместе с военными экспертами и кадровыми офицерами.
Кирилл Казаков, СТВ:
На самом деле у нас на границе война нервов. Смотрим, мы, например, латвийское направление. Там чуть ли не к нашему забору, к нашему шлагбауму подходит группа латвийского спецназа, выстраивается. И я понимаю, что это больше всего показуха на те камеры, которые висят с нашей стороны. С точки зрения поляков – вот, у нас белорусы, пролетели вертолеты, еще какая-то история. Украинцы вообще провоцируют, реагируют. Мы их шутки выставляем про борщ, сало – все нормально. Я понимаю, с точки зрения белорусского потребителя, это вообще отличная история. Но они же тоже воспринимают это с точки зрения нервов.
Вдруг произойдет такая история, что кто-то возьмет да выстрелит? Где та грань? Вы, пограничники, там стоите. Хороший вопрос нам прислали. Если все-таки Польша/Литва/Латвия решит напасть, какой сценарий развития событий наиболее вероятен? Не нужно ли собирать чемоданчик? Где этот шаг и что будет, если вдруг?
Максим Литвинский, заместитель начальника управления Госпогранкомитета Беларуси:
Тревожный чемоданчик собран всегда у пограничников. Граждане, будьте спокойны. Все задачи, которые будут поставлены, будут выполнены. И как говорил Командующий, белорусский народ может быть уверен, мы надежно охраняем государственную границу. И ряд мер не только технических, но организационных, практических принят. Если мы говорим про украинское направление, то с 2014 года мы плотно занимаемся вопросом и инженерного оборудования государственной границы, и развертывания новых подразделений. Более 40 подразделений за эти годы развернуто.
Все-таки что может произойти? Когда, с точки зрения человека, который не в погонах смотрит на эту ситуацию, а, может быть, через призму информационного мира, где та грань? Мы исторически можем очень много найти совпадений начала войн. Что же все-таки может быть? Может быть, захват какого-нибудь райцентра, о чем говорят?
Алексей Авдонин, аналитик Белорусского института стратегических исследований:
Первое для нас, для наших граждан, зрителей самое главное – это не поддаваться панике, не поддаваться этому информационному воздействию. Не исключено, что в ближайшее время польские центры психологических операций начнут активную массированную атаку на наше общество, в первую очередь для того, чтобы именно сформировать ощущение неопределенности.
Надо собирать чемоданчики. И завтра будут какие-нибудь блогеры говорить: да, собирайте чемоданчики, уезжайте отсюда быстрее. То есть это паника, формирование искусственно состояния паники. Ни при каких обстоятельствах мы не должны этому поддаваться, потому что мы в первую очередь должны понимать, почему оппоненты наши, коллективный Запад начнет в таком режиме действовать. Потому что сейчас идет электоральный период, электоральная кампания. Понятно, им надо взбудораживать общество. Что же касается реального факта, после которого можно считать, что мы вошли в какой-то вооруженный конфликт, так называемый casus belli.
Обратите внимание, что у НАТО есть четкая тактика и стратегия эскалации любого конфликта. Две страны жили спокойно, они начинают нагнетать ситуацию, провоцировать некие инциденты на границе и потом на каком-то этапе начинают обвинять ту или новую сторону, которая по их правилам воспринимается как жертва. И в последующем уже, когда уровень эскалации доходит до нужного состояния, притом эскалации не на границе, а в подготовке западного общества.
Читайте также:
Петровский: американцы хотят поменять власть в Польше на более сговорчивую
Что на самом деле было с белорусскими вертолетами на польской границе? Ответили в Госпогранкомитете