Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Селия

Тяжело быть любовницей женатого мужчины

Одна женщина, допустим, Марина ноет целую неделю. Ну как — женщина? Любовница! Любовница женатого мужчины! Представляете? Но не спешите осуждать: уводить его из семьи она не собирается. Хотя, мужчина видный: какой-то большой бывший полицейский чин. Или не очень большой, но со стажем. Со всем, что там ему положено. И эта Марина - его любовница уж десять лет. А у него есть семья: жена и двое детей. И дети уж большие, а он всё к посторонней женщине шастает. И с мамой Марины знаком и с её сыном от первого брака. Уроки даже с ним учит. Целую неделю уже. Вот Марина и ноет. Нет, не из-за уроков. А потому что, этот бывший полицейский чин сказал жене, что он в служебной командировке на две недели. А сам у Марины живёт. Типа, роман у них и всякое такое. Вот Марина и ждёт не дождётся: когда же у него уже закончится эта командировка? «То, говорит, я приду с работы домой и мне самой до себя. Мама там чего-нибудь приготовит — и нормально». Она после развода уж двенадцать лет живёт с мамой и сыном
Букет в шампанском
Букет в шампанском

Одна женщина, допустим, Марина ноет целую неделю. Ну как — женщина? Любовница! Любовница женатого мужчины! Представляете?

Но не спешите осуждать: уводить его из семьи она не собирается. Хотя, мужчина видный: какой-то большой бывший полицейский чин. Или не очень большой, но со стажем. Со всем, что там ему положено. И эта Марина - его любовница уж десять лет. А у него есть семья: жена и двое детей. И дети уж большие, а он всё к посторонней женщине шастает. И с мамой Марины знаком и с её сыном от первого брака. Уроки даже с ним учит. Целую неделю уже. Вот Марина и ноет. Нет, не из-за уроков. А потому что, этот бывший полицейский чин сказал жене, что он в служебной командировке на две недели. А сам у Марины живёт. Типа, роман у них и всякое такое.

Вот Марина и ждёт не дождётся: когда же у него уже закончится эта командировка? «То, говорит, я приду с работы домой и мне самой до себя. Мама там чего-нибудь приготовит — и нормально». Она после развода уж двенадцать лет живёт с мамой и сыном в маминой «трёшке». Мама её, конечно, всё только для дочки! Ну, и для внука. Весь дом на маме. А Марина следит за собой, чтоб своему любовнику нравиться. Он тоже помогает: то шубу купит, то смартфон, то путёвку ей и сыну.

А тут вот взял и припёрся с чемоданом в «командировку». И приготовь ему что-нибудь вкусненькое, и развлеки и постирай. А ей на работе такой внезапный отпуск не дали. И маму просить неудобно. Да и чего мама вкусненького приготовит? Рисовую кашу на молоке? Вот и приходится Марине изучать всякие рецепты или тратиться на готовую еду. Полицейскому-то чину и в голову не приходит, сколько стоят продукты: он двадцать пять лет за женой живёт, все бытовые заботы — её. Не хватало ему знать, сколько чего стоит — у него же работа! Ну, и разумеется, такого же, как от жены, ждёт от Марины: для того и приехал к ней, чтоб осчастливить её радостями семейной жизни. Жалеет он её. «Что же она, - говорит, - столько лет без настоящей семьи, без мужика-то в доме? Хоть на две недели, но порадую её, чтоб она почувствовала себя семейной женщиной. Больше не могу: жена, может быть, заругает!»

А Марина семейной жизни в ещё в замужестве хлебнула, и возвращаться к ней совсем не хочет.

Вон, как было удобно: проведёт с любимым вечерок в неделю, цветы, конфеты, шампанское — романтика и красота! И для здоровья полезно и подарок какой-нибудь приятный можно получить. Для того только она себе и женатого любовника завела, чтоб радостей семейной жизни избегать — видали, какая хитрая! Но, конечно, при нём-то она вида не подавала, наоборот, печалилась, что возлюбленный ей не принадлежит и приходится ей, несчастной, в статусе любовницы жить. И вздыхала. Давно заметила: от таких вздохов у него лучше чувство вины развивается и он больше подарков дарит. И дороже.

А тут — нате-здрасьте! Сам вместо подарка заявился! Корми, стирай, развлекай, обихаживай. Прям неожиданный поворот какой-то. Хорошо ещё, что днём он на работе в какой-то охранной конторе, но в шесть часов дома у Марины, как штык! "Что, говорит, у нас сегодня на ужин?" А Марина сама только с работы пришла. Хорошо, что успела в супермаркет забежать. «Курица, запечённая со специями» - отвечает. И достаёт из духовки разогретую курицу гриль, купленную в супермаркете. «Ах, ты моя хозяюшка!» - радуется командировочный и достаёт из портфеля бутылку коньяку.

«Нету больше моих сил так жить!» - ноет Марина. - «Я на такое не подписывалась! Коньяк этот ещё каждый день — я им уже провоняла, наверное! И носки! Фу! Рубашку ему каждый день гладь!».

Опять же — ему такое не скажешь, обидится ведь. Перестанет подарки дарить и вообще. А где ещё такого хорошего любовника найдёшь? Жаль только, взбрела ему эта дурацкая мысль с «сюрпризом». А это Марина сама виновата. Для того, чтоб он лучше её жалел, она как бы мечтала: «Жаль, что не можешь бросить жену, а то жили бы у меня, у меня квартира большая. И сын без мужской руки». Но она же не думала, что так получится!

Хорошо хоть, всего одна неделя осталась.

Но и дальше ведь неожиданные командировки могут быть!

Или того хуже: поступит сейчас дочка любовника в институт, уедет в столицу, как бы после этого полицейский чин жену не бросил и насовсем к Марине не переехал! Тут придумывать что-то надо. Смекалка нужна!

А Марине как назло ничего в голову не идёт. Только всякие банальности, типа: «Бедная, несчастная твоя жена, такой мужчина ей достался, а вот, обманывает! Её пожалеть надо!» А возлюбленный ей неожиданно отвечает: «А мне кажется, она давно знает про нас, десять лет ведь кружимся! И, думаю, её всё устраивает. Знаешь, как она обрадовалась, когда я ей про командировку сказал? Так что, любимая, не беспокойся за неё. Даже, если уйду насовсем к тебе, она, может, и не расстроится!»

Вот такие мысли у него в голове кружатся, и надо что-то придумать, чтоб ему больше такое на ум не приходило! Марина и ноет, что это прямо напасть какая-то. Хоть этого женатика бросай, а другого заводи! А это ведь не так уж просто в наше время, тем более молодых девчонок полно!

Вот и думай: как оставить всё, как было?