В январе 1948 года на даче у маршала Георгия Жукова в подмосковном посёлке Рублево прошёл обыск. Очевидно, что санкционировал его проведение сам Иосиф Сталин. Но для чего ему было нужно обыскивать дачу Жукова? Что искали чекисты?
Популярность Жукова после окончания Великой Отечественной войны сработала против него же самого. Вождь стал подозревать его в «бонапартизме», то есть в стремлении занять место главы государства.
И ведь понять мотивы Сталина можно. Стал же в итоге американский генерал Дуайт Эйзенхауэр политиком и президентом США. Почему его примеру не мог последовать Жуков?
Скорее всего, во время обыска искали что-то такое, что могло бы указать на участие Жукова в заговоре: списки соратников, запрещённые книги, проекты документов для публикации после переворота. Но ничего из вышеперечисленного на даче Жукова найдено не было.
Что удивило чекистов, так это огромное количество «заморских» дорогостоящих вещей. Меха, картины, аккордеоны, охотничьи ружья, немецкие ценные книги, вазы, статуэтки, драгоценности… Дача была обставлена дорогой мебелью, а маршал и его семья ели с трофейной посуды. В доме не удалось найти практически ни одной вещи, произведённой в Советском Союзе.
Протокол по итогам обыска у Жукова подписал министр госбезопасности СССР Виктор Абакумов. Результаты обыска всё равно при желании можно было использовать как компромат на маршала. Таким образом Жуков оказался «на крючке» — с помощью протокола «регулировалась» его политическая активность. Но так как подтверждений его неблагонадёжности найдено не было, то Сталин немного успокоился.
Примечательно, что о трофеях было хорошо известно многим. Советские полководцы вернулись после войны из Германии не с пустыми руками. Жуков же в этом отношении превзошёл всех.
Сталин знал о семи «жуковских» вагонах ещё с 1946 года, но хода этому делу не давал.
Спустя два дня после обыска Жукову пришлось объясниться перед ЦК ВКП (б). Маршал признал, что он — «алчный» и «стремился к присвоению трофейных ценностей». Ему пришлось признать «серьёзной ошибкой, что много купил для семьи...» и не сдал вовремя «барахло».