Его назвали по-разному. И закон «О пяти колосках», и указ «7-8», и «Дедушкин указ», и закон «О семи восьмых».
Официально этот документ именовался Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности». Постановление появилось в 7 августа 1932 года. Поэтом-то и «Семь-восемь».
В книге братьев Вайнеров «Эра милосердия», в фильме «Место встречи изменить нельзя», снятом по указанному литературному произведению, вор Ручечник в исполнении Евгения Евстигнеева говорит Глебу Жеглову (Владимир Высоцкий», что тот якобы «шьет 7-8». То есть, если переводить, то Жеглов пытается обвинить Ручечника в совершении преступления, предусмотренного тем самым Постановлением, о котором шла речь. А документ был призван привести в норму ситуацию, связанную с расхищением социалистической собственности. Поэтому – «О пяти колосках».
Сразу расскажу, почему «Дедушкин указ». Потому что подписывал документ Михаил Иванович Калинин – «всесоюзный староста».
Что же касается произведения Вайнеров, то герой Высоцкого объясняет герою Евстигнеева, что последний украл не просто шубу, а дорогую одежду жены дипломата. А это значит, что компенсировать ущерб будет Большой театр из государственного бюджета. То есть, Жеглов, действительно, намекал, что Ручечник совершил именно хищение социалистической собственности. И это было очень важно. Потому что указ «7-8» устанавливал за такое повышенную ответственность.
Законотворчество в раннем СССР
Еще в 20-х годах прошлого века большевики подумывали о том, что нужно усилить ответственность за хищение именно государственного имущества. Ведь тогда строили коммунизм и считали, что скоро ничего частного не будет.
Поэтому за, например, кражу личной вещи можно было получить совсем смешной срок, или даже избежать лишения свободы. А вот государственную собственность решили охранять серьезно, поэтому 7 августа 1932 года и было принято Постановление ЦИК СССР и СНК СССР.
Предпосылки для этого были.
Всё вокруг колхозное…
В первую очередь, государству нужны были сельскохозяйственные продукты. Хлеб – самое главное. Требовалось кормить городское население, которое совершало индустриализацию в стране.
А в селе о городе не очень задумывались. Более того, считали: «Всё вокруг колхозное – всё вокруг моё». Сельские жители спокойно похищали общее имущество, снижая производительность труда, урожайность и так далее.
Власти решили с этим бороться, установив серьезную ответственность: свыше 10 лет лишения свободы, конфискация имущества, расстрелы.
Меры и последствия
Советское население было мобилизовано на борьбу с расхитителями социалистической собственности. На поля даже школьников из города сгоняли – дежурить, охранять. Были конные разъезды, по периметру полей устанавливали вышки. Дежурили люди с винтовками.
Крестьянам даже близко запрещалось подходить к полям. С пристрастием на предмет совершения хищений проверяли даже тех, кто ходил в соседний с полями лес, собирал грибы и ягоды. Всё было очень серьезно. За три колоска могли лишить свободы лет на 10. Или расстрелять.
Крестьяне были недовольны такой практикой, но максимум, что они могли сделать – убежать в город. Многих ловили и возвращали обратно в сельскую местность. Стоит напомнить, что паспорта у советских крестьян появились только после 1974 года.
Имели место перегибы на местах, о чем писал, например, генпрокурор СССР Вышинский.
Суды карали людей за мелочи. И это было неправильно.
Регулярно проводили проверки того, как рассматриваются дела о хищении социалистической собственности, снимали судей и прокуроров, реабилитировали осужденных.
В период с 1932 по 1939 годы было осуждено по «Семь-восемь» около 128 тыс. человек – по всему СССР. Расстреляли около 3%. Или того меньше, потому что в 1932-м еще расстреливали, особо не разбираясь. А в более поздние года уже подходили к каждому делу более внимательно.