— О, Вась, привет! Свежим воздухом подышать вышел? А чего морда такая кислая, словно по ней ботинком прошлись?
— Привет, Серый, привет. Да вот, Юлька уезжает сегодня. Через три часа поезд, чемоданы собирает, — еле выдавил из себя Вася тяжёлые сердцу слова.
— Вот как… И что, насовсем?
— Да кто ж такое заранее знает? Оно ведь как бывает у человека: сегодня насовсем, а через пару дней уже обратно бежит.
— Это ты просто сам себя обманываешь, — сказал Серый и сделал несколько шумных шагов туда-сюда, словно размышляя. — А куда едет-то, сказала? — повернулся он к Васе.
— Матери сказала, а мне не хочет… Считает, наверное, что всё равно не пойму. А я ведь понимаю, понимаю я, Серый! Просто, может, слов не могу найти правильных… — Васька посмотрел куда-то вдаль, за заводские трубы, словно их дым скрывал от его взора то самое место, куда уезжает Юлька.
— Да не горюй ты! В гости же приезжать будет, а может, и ты к ней наведаешься как-нибудь, — подбадривал Серый, тоже глядя вдаль, но его больше интересовала стая птиц, копошащихся у машин. — Вот интересно, что они там такой оравой делают? — задумчиво произнёс он. — Неужели там может быть что-то интересное?
— Да какие гости, о чём ты? Я же из дома-то не выхожу почти, — отвлёк Вася друга от размышлений. — Так, с тобой разве что увидеться, поболтать, да в больничку раз в пару лет на осмотр или там ещё на какие процедуры. — Вася поморщился, как если бы нюхнул горчицы. — Наверное, по видеосвязи будем общаться, если меня пригласят, конечно… — Вася совсем помрачнел. — Обычно Ирина меня только фоткает или на видео снимает и отсылает дочери, словно я достопримечательность какая. Ещё ржёт при этом, тьфу ты.
— Я думаю, ты себя накручиваешь. Ну вырос ребёнок, ну что тут поделать. Знаешь, сколько раз я через это проходил?
— У тебя другое! Ты с самого начала знал, что они уйдут, а я даже не думал о том, что это возможно. И ещё эта дурацкая фраза, что я всё равно ничего не пойму. Обидно.
— Слушай, ты узнай, где она будет жить. Я же часто по делам летаю по всей стране, глядишь, весточку от тебя получится передать, так сказать, из первых лап.
— Ты для меня это сделаешь? Спасибо большое, друг! — просиял Вася. — Ладно, пойду в её вещах покопаюсь, пока не уехала. Проверю, чтобы все нормально было.
— Только шибко не увлекайся, не любят они этого.
— Да знаю, знаю… Я тихонько. А ты давай, лети, семечек сегодня не будет, не до голубей хозяевам сегодня, кыш. Увидимся завтра.
— Ага, — кивнул Серый и шумно взмыл в воздух.
Вася спрыгнул с подоконника и потрусил в комнату, где его хозяйка собирала вещи.
— Только вот не говори, что ты уже скучаешь, — посмотрела Юлька на любимого кота, еле сдерживая слезы. — Наука убеждена, что у вас нет никаких чувств, сплошь инстинкты, и ты меня забудешь через день. Так что не надо мне тут грустных рожиц.
— Я не забуду, — сказал Вася. Но вышло как обычно — дурацкое односложное «мяу».
Александр Райн.