Очередной удар Центробанка, который он нанес по российской экономике, поверг всю с рану в шок. Если раньше только диванные эксперты задавались вопросом, почему Путин держит на своем посту Набиуллину, то теперь такой же вопрос возник и у профессионального сообщества.
За день до повышения ставки было заявлено, что ослабление рубля никакой угрозы финансовой стабильности не несет. И вдруг проходит несколько часов, и ЦБ говорит о том, что он экстренно созывает совет директоров, для того чтобы рассмотреть вопрос о повышении ставки. И вот такие шараханья из стороны в сторону наблюдаются на протяжении всего августа. То Минфин что-то такое скажет, то ЦБ что-то такое скажет, и мы это наблюдаем практически каждый день, замечает доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский.
Он приходит к выводу, что финансовые власти охвачены паникой. Они действуют в рамках традиционных моделей, так, как их учили в МВФ, берут пример с американской Резервной системы, не понимания, что эти приемы не работают. Россия находится под санкциями, выброшена из долларовой системы, поэтому нужны принципиально иные подходы. Но руководители «финансовой отрасли» не понимают, что делать. Они не научены ничему другому и креативно мыслить не способны.
«Они вообще живут не в экономике. Они живут в системе власти. То есть это властная группировка, которая доминировала в мире на протяжении многих десятилетий и которая практически в каждой стране посадила свои клоны», - считает экономист Михаил Хазин.
Соответственно, они просто выполняют свою работу, получают за неё зарплату, ещё чего-то, но у них зона комфорта в идеальном мире. По этой причине они никак не могут смириться с тем, что из этой зоны комфорта им надо выйти. Они не понимают, что происходит, и в результате начинается подмена понятий.
МВФ приказал опустить курсы национальных валют, чтобы спасти доллар. Набиуллина и выполнила это предписание, рассуждает Хазин.
В ситуации, когда ставку надо было опускать, она ее уже подняла. А теперь она скажет: «Вы знаете, да, конечно, рубль тут укрепился, еще чего-то, но мы пока не будем ставку понижать, нам надо посмотреть». То есть фактически цель – не допустить, чтобы рубль стал инвестиционной валютой. В нашей стране острое требование к инвестициям, инвестиций в стране нет.
«Традиция «сдержек и противовесов» в госуправлении началась задолго до Ельцина или Путина. Мы сейчас в который раз воочию наблюдаем всю ее косность», - объясняет поведение Путина Никита Кричевский.
Иными словами, имея в правительстве блок «государственников», Путин не спешит увольнять их оппонентов. Потому что, избегает монополии во власти, пытается уравновесить и соблюсти баланс интересов.
Ветеран израильских спецслужб Яков Кедми придерживается другой точки зрения. Он считает, что Набиуллину и ее шайку Путину просто некем заменить.
«За долгие годы своей монополии в вопросе экономической и финансов политики они зачистили эту поляну и теперь здесь нет никаких других голосов и конкурирующих концепций — есть только и исключительно либеральная идея», - утверждает Кедми.
Да и замена одной лишь Набиуллиной ничего не даст. Новые подходы в управлении финансами должна предложить и реализовать новая команда — и в Минфине, и в руководстве системообразующих банков.
«Так что Путин просто не может уволить Набиуллину без того, чтобы заменить полностью весь аппарат ЦБ разом. У него нет под рукой нескольких десятков толковых специалистов, которые могли бы в один день заменить всех либералов», - объясняет Яков Кедми.
По его мнению, если раньше Путин сначала хотел очистить всю элиту от вредных элементов и только затем приступать к борьбе с Западом, то теперь его генеральный план изменился на 180 градусов — теперь Путин сначала одержит победу над англосаксами на внешнем контуре, а уже затем займётся чисткой оставшихся вассалов США и Европы. Оставшись без поддержки, все эти деятели побегут из страны сами. Президенту останется лишь помочь им это сделать как можно быстрее. Вот так Россия и очистится от засилья западных агентов влияния, которые в большом количестве заняли ключевые посты в госаппарате ещё в 90-е годы прошлого века.