Часть 5
Андрей
На Андрея было страшно смотреть. Целая гамма чувств промелькнула на его лице. Света настроилась на его волну.
«Кто ей сказал? Нет…никто ж не знает! О-о-о, какой же я…. Я не верил в ее способности! Она влезла в мои мозги!»
«Я и сейчас там!»— усмехнулась Света.
она ликовала. Впервые в жизни ей удалось смутить своего уверенного всегда в себе мужа.
«Что же ты мне скажешь?» — Света вопросительно и выжидательно смотрела на супруга.
— Света, с тобой все в порядке? — на лице Андрея появилась печать тревоги, — что за бред ты несешь? — муж погладил Свету по голове.
Так поглаживают детей, стариков или слабоумных. Света отстранила его руку:
— Думай, что хочешь, но больше не смей тыкать меня тем, что я не могу иметь детей. И вообще, убери из своих мозгов этот бзик. Женщине еще простительно… — Света хотела продолжить и оскорбить мужа, но подумала, что на сегодня хватит, и пусть только попробует теперь вякнуть.
После того разговора у Андрея долго не вязались ни с кем отношения. Он вдруг совсем отчаялся в своей мужской состоятельности. Когда-то давно отец сказал своему другу, а Андрей услышал:
— Мужик только тот, кто сына родил.
Эти слова накрепко засели в голове у парня, а когда у пацана обнаружилось варикоцеле, и вероятность остаться без потомства, отец презрительно глянул в сторону сына, махнул рукой и сказал:
— Без внуков нас оставит.
Но даже если бы было и не так, родитель все равно бы не увидел внучат. На следующий год его свалил инсульт, и отец превратился в овощ. Мать тщательно ухаживала за ним, но улучшений не наступало. Через четыре месяца отца не стало. Уставшая от ухода мать на поминках невпопад брякнула:
— А и хорошо, сынок, что у тебя детей не будет. Эх, и устала я. Ничем помочь не смогу.
Андрея же резанули эти слова как бритвой, и еще крепче засела идея доказать всем свою мужскую силу и состоятельность. И буквально через несколько дней он впервые переспал с девчонкой. Его неотступно преследовала мысль о будущем потомстве, и потому он сразу сказал девушке, с которой был секс:
— Если забеременеешь, не вздумай делать аборт! Мне сразу скажи, я женюсь.
— Да ты что, дурак что ли? — удивилась та, — обычно ребята детей как огня боятся! А ты какой-то малахольный!
— Никакой я не малахольный! — обиделся Андрей, — просто хочу детей! Вот и все.
С девчонкой отношения не сложились. Секс еще пару раз был, а потом она открыто заявила Андрею, что он ей неинтересен. Расстроенный Андрей пошел, что называется, по рукам. Девушек было много, но отношения не складывались. Встречаться дольше, чем пару месяцев у Андрея не получалось. Ни одной из них он больше не говорил о детях, да и сам прекратил думать об этом, но что-то все время мешало строить серьезную связь.
Тем временем учеба в университете была закончена, и Андрей пришел работать в школу. Он с упоением окунулся в работу. Общаться с ребятами, давать им знания, участвовать в общественной жизни ему очень нравилось. И вот когда появилась новенькая учительница английского языка, Андрей вновь почувствовал острую необходимость иметь семью и самое главное — детей. Вера тоже была не прочь выйти замуж. Все подруги давно имели семьи…
Но с Верой ничего не склеивалось. А потом Андрей встретил свою ученицу Светланку Балабанову в автобусе, и как-то после этого парень вдруг перестал быть хозяином своей головы. Время от времени в ней откуда ни возьмись появлялась его бывшая ученица, и Андрей не мог ни о чем думать, кроме нее. Потом Балабанова стала ему сниться, да не просто так, а без одежды. Она манила его, притягивала, звала за собой и тихо шептала: «Я тебя жду, я тебя люблю, я тебя хочу! Я сделаю все, что ты захочешь. Я — твоя навеки!»
Воспоминания прервал вопрос, который Андрей частенько себе задавал в минуты прозрения:
«Что меня держит рядом со Светой! Я не люблю ее. Иногда я ясно это чувствую! Неужели она с самого начала направила на меня свое колдовство?» — догадка пронизала Андрея насквозь.
«Надо бежать! Бежать от нее, сломя голову!»
Но убежать никак не получалось. Очень часто наваливалась какая-то тяжесть, и Андрей чувствовал себя как та героиня из известной сказки. «Что воля, что неволя — все равно!» И тогда он даже испытывал любовь к Свете. Потом вдруг кто-то стряхивал с него это оцепенение, и он снова не понимал, что он делает рядом с этой чужой ему женщиной.
Присмиревший Андрей больше не смел унижать и обижать Свету своими выпадами о том, что она его рабыня, и что она не может родить ему ребенка. Новых женщин на горизонте не возникало долго.
Как-то после зимних каникул Андрей приметил новенькую. Это была женщина примерно одного с ним возраста. Она устроилась лаборанткой в химкабинет. Чем-то она привлекала Андрея. И вот однажды он осмелел и зашел в препараторскую якобы за нужной ему колбой, своя «разбилась».
— Я — учитель физики Андрей Евгеньевич, — представился он просто, вопросительно глянув на женщину.
— А я Вероника, — мило улыбнувшись, ответила симпатичная лаборантка.
— А отчество? — поинтересовался Андрей.
— А отчество оставим для учеников, — то ли предложила, то ли спросила Вероника.
Андрей засмеялся. Ему вдруг стало так хорошо и уютно рядом с этой женщиной. Как не бывало даже рядом с мамой.
— Чайку? — предложила Вероника.
— С удовольствием, — ответил Андрей.
Молодые люди просидели до темноты. Они, внимательно слушая друг друга, рассказывали истории своей жизни по очереди. Андрею было интересно все также, как и Веронике, ему казалось, что в их судьбах очень много похожего кроме одного. У Вероники была десятилетняя дочь.
— Какое счастье! — воскликнул Андрей. — Ты счастливая.
Собеседники очень быстро перешли на ты. Такие встречи стали происходить ежедневно. Сначала Андрей воспринимал Веронику как друга. Он мог с ней всем поделиться, даже самым сокровенным. Она знала о нем все, в том числе о его странной жене. Вероника всегда очень заинтересованно слушала друга, и частенько помогала ему кстати сказанным словом. Андрей явно чувствовал в такие моменты, как жетончик провалился. Он так и говорил:
— Вероника, а жетончик-то провалился. Спасибо тебе.
Вероника счастливо смеялась и подливала другу чайку.
Однажды Вероника не пришла в школу, Андрей встревожился и позвонил подруге. Она сообщила, что ее дочка заболела ангиной: высокая температура, боль в горле. Вызвали врача, нужны лекарства, а оставить девочку одну и выйти она боится, а больше некому. Андрей предложил свою помощь, Вероника, помявшись, согласилась.
Сердце Андрея готово было выскочить из груди, когда он бежал в аптеку, а затем к дому Вероники. Он и сам не понимал, почему так волнуется. Ведь встречи с подругой стали обычным ритуалом. Так в чем же дело? Почему такие эмоции?
А когда Вероника открыла дверь, такая трогательная, в халатике и с пучком волос, затянутым на затылке, Андрей вдруг ощутил теплоту и нежность, чего тоже не бывало прежде. Женщина прильнула к Андрею и прошептала:
— Температура — сорок. Не падает. Я боюсь, Андрей. Аня никогда так сильно не болела. Спасибо тебе, что пришел.
Андрей бережно обнял Веронику, поцеловал в макушку и прошептал, словно боясь спугнуть свое счастье:
— Все дети болеют. Выздоровеет, вот посмотришь, уже завтра будет намного лучше.
В кровати лежало какое-то абсолютно сказочное существо. Девочка была необычайно красива. Личико ее пылало, волосики мокрыми полосками прилипли ко лбу. Андрей, впервые видя Аню, вдруг ощутил доселе неизвестные ему чувства. Он встал рядом с кроватью на колени:
— Привет, малыш, ну как ты? — спросил он.
— Все хорошо, — тихонько ответила девочка.
— А будет еще лучше! — ободряюще вторил ей Андрей. — А ну давай-ка разберемся, что я тебе принес!
И он стал выкладывать из пакета лекарства и игрушки. Серебристые облатки и бутылочки он отдал ошарашенной Веронике, а для девочки была куплена кукла и милый медвежонок с бантом на шее.
— Можно я назову его Абрикос? — тихо спросила Аня.
— Конечно! Это твой мишка. Называй его, как тебе нравится.
Вероника напоила девочку лекарством, и через некоторое время она уснула.
— Пойдем, я тебя накормлю, — предложила Вероника.
— С удовольствием. Я голоден. В школе сегодня была какая-то ужасная бурда.
Вечером Андрей тихо промолвил:
— Так хорошо, что и уходить не хочется.
— А и не надо никуда уходить, — проговорила Вероника, открыто глядя в глаза Андрею.
— Ты уверена? — тихо спросил Андрей.
— Да, — ответила женщина.
Так дружеские отношения переросли в любовь. А через пару месяцев молодые люди сидели в кафе, и Вероника, смущаясь, сообщила своему любимому мужчине:
— Андрей, не знаю, как сказать.
— Что случилось. Аня заболела? — встревожился Андрей.
— Нет, с ней все хорошо. Ты же вчера был у нас, — Вероника помедлила, — я беременна, — прошептала женщина.
Все оборвалось и ухнуло вниз внутри Андрея. Вот оно! Вот! Такое долгожданное счастье! В каждой клеточке его тела забилась любовь к этому еще не родившемуся ребенку. Никого не смущаясь, Андрей обнял Веронику и крепко поцеловал.
— Ты не против, если я сегодня же перееду к вам? — прошептал он.
— Я мечтаю об этом с первой минуты, как тебя увидела, — тоже шепотом ответила Вероника.
Как объясниться со Светой Андрей даже не задумывался. Зайдя в дом, он просто сказал:
— Света, я тебя никогда не любил, — Андрей чуть помедлил и добавил, — и вообще никогда никого не любил… раньше. А теперь люблю. Я ухожу, прости.
Света почувствовала, как комната качнулась, а пол ухнул вниз, все поплыло. Когда она очнулась, то поняла, что лежит на диване. Рядом сидел Андрей, его лицо было встревожено.
— Свет, не надо. Я не останусь. Вероника ждет моего ребенка. Прости, если можешь.
— Ты не можешь меня оставить, — вскрикнула Света, — я не могу без тебя жить.
Света не плакала, она хрипела, голоса не было совсем. Ком, образовавшийся вмиг в горле, не давал вылиться слезам, а лишь коверкал голос.
— Света, не надо, ты привыкнешь. У меня там семья, пойми. А нас с тобой ничего не связывает.
Андрей быстро покидал вещи в баул и ушел, тихонько притворив дверь. Выйдя из подъезда, он пошел очень быстро, ни разу не оглянувшись.
«Словно ничего и не было», — мелькнула последняя мысль, стерев прошлое и образовав огромную яму между прошлым и будущим.
Ответ, как Света проглядела очередную любовницу мужа, пришел быстро. Он влюбился. И любовь сберегла их от зла, которое Света обязательно бы причинила им. Только любовь спасает от магии и от любых бед. Нет в мире силы сильнее, чем любовь.
Татьяна Алимова