Она была удивительной женщиной.
В официальной биографии художницы Марианны Верёвкиной указано место рождение город Тула. Однако его семья с 1857 по 1863г проживали в уездном городе Венёве Тульской губернии , где отец Владимир Николаевич Верёвкин был начальником Екатеринбургского полка. Если бы её крестили, то скорее в местном Воскресенском соборе. К сожалению, метрические книги этого храма за 1860г не сохранились. Хотя, возможно она родилась и в Туле — в Туле жили её дед — губернатор Тульской губернии генерал Пётр Михайлович Дараган с бабкой — известной детской писательницей и общественной деятельницей Анной Михайловной и её тётками.
В мае 1863г Владимир Николаевич получил чин генерал- майора и новое назначение — губернатора Витебской губернии. Семья поехала с ним.
На посту губернатора Верёвкин пробыл четыре года и остался в местной истории как борец с преступностью и организатор приходских школ.
По видимому, мама Марианны, Елизавета Петровна, рисовала на любительском уровне , ведь ещё в Венёве, где жили Верёвкины, она писала, что муж подарил ей : «...рояль Вирта, к р а с о к, нот, книг, цветов запас огромный...». В Витебске, благодаря местной иконе, она избавилась от серьёзного недуга, после чего ещё и стала реставрировать иконы.
К рисованию стала приобщать и свою единственную дочь.
Ещё говорят, что, когда в четырнадцатилетнем возрасте девушка заболела скарлатиной, она занялась рисованием, стараясь запечатлеть свои лихорадочные видения.
В 1868г, в связи с новым назначением отца начальником Виленского военного округа, семья перебирается в Вильно (ныне Вильнюс)
Мать хотела, чтобы дочь получила хорошее классическое образование, и Марианна закончила Виленское Мариинское высшее женское училище.
В конце 1870-х отец получил от императора в знак признательности за его безупречный труд поместье в Ковенском уезде (ныне Латвия). Однако есть сведения, что это поместье ему подарил некто граф Чапскис, которого начальник Виленского военного округа Верёвкин даровал жизнь- тот был арестован за участие в местном крестьянском восстании и, по- видимому, Верёвкин заменил ему смертную казнь на каторгу. И семейство Чапскис отписало своё имение Вижуонелес ( две усадьбы, лес и озеро) Верёвкину. Собственностью Веревкиных стали 1982 десятины земли. Верёвкины переименовали Вижуонелес в Благодать и обустроили в старорусском стиле в духе подмосковного имения Абрамцево Саввы Мамонтова.
Из России перевезли мебель. Говорят, Марианна даже сама собирала отдельные стулья и кресло. Сюда же перебрались и дед с бабушкой — пожилые супруги Дараган, которые здесь впоследствии и были похоронены.
Именно в Благодати Марианна начала свой путь художницы. Для неё специально была построена студия (студия сохранилась до наших дней).
В 1880г двадцатилетняя Верёвкина начинает брать частные уроки у И.Е.Репина. Творчество Марианны Репину очень нравилось, он даже называл её «русским Рембрантом.»
Как художница, Верёвкина много научилась у Мастера. Именно он посоветовал ей поступить в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Здесь с 1883 по 1885г Марианна училась в классе И.М.Прянишникова. Он помог ей усовершенствовать своё мастерство, особенно в портретной живописи. Пейзажу училась у В.Поленова.
В 1885г умирает мама. «О! Мама, мама, ты моя истинная звезда...ты моя истинная молодость… синоним всего, что очаровывало, восхищало меня в этой жизни. Не будь тебя рядом, что стало бы со мной…» , «Она говорила, что самое прекрасное её наследие- это моё искусство.» Похоронив маму рядом с её родителями в Благодати, Марианна перебирается в Сенкт-Петербург, где отец вместе со званием генерала от инфантерии получил должность коменданта Петропавловской крепости.
В Петропавловской крепости для Марианны организовывают студию.
Здесь собираются шумные, весёлые компании художников и артистов. Верёвкина источала необычайную способность притяжения творческих людей.
Обладая огромными знаниями в истории живописи и оригинальным взглядом на искусство, Марианна привлекала окружающих остротой ума и живостью характера. Красотой она не блистала, но это с лихвой окупалось отменной эрудицией и смелостью высказываний, а также несомненным художественным талантом. Приезжают сюда Константин Сомов и Николай Рерих, Филипп Малявин и Осип Бриз.
На охоте в 1888г 28-летняя Марианна случайно прострелила себе кисть правой руки (возможно, во время одного из развлечений компании). Несколько лет она училась обращаться с кистью, держа её между средним и безымянным пальцами, научилась рисовать левой рукой. Но, конечно, это не правая рука. Пришлось задуматься о судьбе художницы.
Репин её всячески поддерживает. Верёвкина участвует в выставках передвижников, в других выставках. Но в то же время, она начинает задумываться о каком -то своём, не реалистическом мире в творчестве.
В 1891г благодаря Репину, 31-летняя Марианна знакомится с Алексеем Явленским- молодым офицером, репинским учеником. Этот импозантный и привлекательный юноша так же стал бывать в студии Петропавловской крепости. « Талант его признавали, но особых успехов он не делал. Я полюбила его искусство и захотела помочь ему. Он мне понравился, хотя я знала, что он легкомысленный человек и ловелас...».
За несколько лет Явленский стал своим в семействе Верёвкиных, сопровождал свою Марианну в поездках. Несколько раз признавался её в любви. Высоко ценя талант друга, делясь с ним житейским и художественным опытом, она же уверяла его «только» в своей безмерной дружбе: "Как человек к человеку, я чувствую к нему большую совершенную симпатию; как женщина к мужчине самоотверженную преданность с полным отсутствием уважения; как художник к художнику я испытываю в отношении его веру, стоящую мне жизни."
К тому же Явленский был на четыре года её моложе, поэтому на него перенеслось её нереализованное материнство.
Генерал- отец не мог не заметить повышенный интерес молодых друг к другу.. Но на все тревожные вопросы заботливого отца, дочь отвечала легко и шутливо- мол, волноваться не о чём, и за муж она не собирается.
Явленский и Верёвкина много общались, вместе работали в её студии, отправлялись на пленэр в Благодать. И вот однажды во время пленэра, Явленский решил овладеть ею телесно. «Явленский осквернил меня, хотя смелости взять меня у него не хватило. Что мне оставалось делать со своей жизнью? Всё рассказать отцу, и тем самым убить его? Вынудить моих братьев к дуэли? Прогнать Явлинского? Я была обесчещена в собственных глазах и решила молчать, потому что с такой тайной на совести для меня не мог существовать никакой другой мужчина.» Марианна решила «покрыть свой позор» славой и любовью и поставила перед собой цель- сделать из Явленского великого художника.
Явленский был вынужден согласиться на её условия и отказаться от физической близости, которая так претила Марианне. Она уговорила отца благословить их гражданский брак и старый генерал взял с Явленского слово мужчины и офицера, что тот никогда не оставит его дочь.
Марианна глубоко почитала своего учителя Репина, но всё же «реалистический мир, как и романтический, казался мне чуждым. Мои же собственные идеи всё ещё неясно витали передо мной в воздухе.»
Немалую роль в отходе от репинского реализма сыграло и то, что одобренную учителем картину Верёвкиной «Жиды на молитве» цензура не пропустила на академическую выставку. Узнав об этом из письма Марианны, Репин, находившийся тогда в Италии, возмутился и писал, что когда-то общество всё-таки выздоровеет. А дальше подчёркивал, что не следует отказываться от правильного пути, приспосабливаться к господствующим тенденциям, «не надо менять лагеря»- видимо интуитивно чувствовал зреющую готовность ученицы пойти в искусстве собственным путём.
На что Верёвкина отвечает: «Сказать то, что никогда прежде не было сказано- вот смысл любой работы художника… Художнику, опускающемуся на колени перед великими, не стоит следовать их школе в тщетном желании...перенять их приёмы и ухищрения….Глупо стремиться возродить их,создавая аналогичные произведения, надо проникнуться их духом...Их должно изучать вовсе не для того,… чтобы делать как они. А для того, чтобы мыслить как они, чтобы видеть подобное...»
После кончины отца ( а умер он на посту в Петропавловской крепости, где и был похоронен), Марианна получила его пенсию и стала состоятельной и независимой женщиной. Мечта Явлеского о европейском художественном образовании осуществилась.
Но ему, военному, сначала нужно было уйти в отставку. Имея большие связи среди друзей отца, Марианна справилась с этой задачей и Явленский был освобождён от военной службы «по состоянию здоровья» в чине старшего лейтенанта.
После обсуждения маршрута была выбрана школа Антона Ажбе в Мюнхене, куда Алексей, Марианна и её горничная Елена Незнакомова прибыли 27 октября 1896 года. Они поселились в доме на Гизельштрассе 23 и стали обживать новое место. И сразу же оказались среди людей, гораздо лучше понимающих устремления молодой художницы, нежели публика и критики в России — в школе Ажбе учились Игорь Грабарь, Василий Кандинский, Дмитрий Кардовский.
Марианна неожиданно оставила живопись, положив всё на алтарь творческого роста своего гражданского ( в случае женитьбы она лишалась бы пенсии отца) мужа. Она открыла в их квартире «Розовый» салон, где рассказывала своим гостям всё, что успевала узнать о новых течениях и тенденциях в искусстве. Грабарь писал: « Блестяще владея иностранными языками и не стесняясь в средствах, она выписывала все новейшие издания по искусству и просвещала нас, мало по этой части искушённых… Здесь я впервые услышал имена Эдуарда Мане, Клода Моне, Ренуара, Дега, Уитслера.»
В Мюнхене художники осваивают самые вызывающие и острые течения мысли, обсуждают проблемы подсознания и «мировой души», возрождают интерес к христианскому мистицизму и восточным течениям. Перед ними открываются врата новых истин…
Историк Паули вспоминал: « Я никогда не чувствовал такого напряжения. Центром, источником этого энергетического поля, которое ощущалось почти физически, была баронесса — грациозная женщина с чёрными глазами, полными яркими губами, с повреждённой во время охоты рукой. Она не только вела беседу, она доминировала над всеми остальными.
Шло время, и вот уже Явленский оставил школу Ажбе — учитель всё чаще погружался в алкогольное забвение, и смысл обучения пропал. «Ажбе, орден в петлице, брюки, испачканные на коленях, и вино в голове… личность в высшей степени комичная...»
Марианна была по прежнему весела и обаятельна на людях, а наедине с Явленским интересовалась только искусством. Он хотел нежности и близости — она давала только то, чтобы его талант расцветал. Он метался в творческих поисках — она фонтанировала идеями и смыслами. Несовпадение интересов и темпераментов приводило к постоянным конфликтам. В конце- концов Явленский обратил внимание на юную горничную Марианны- скромную и милую Елену. А Марианна стала вести дневники, в которых пыталась разобраться в себе, в сложившейся нелёгкой ситуации. Эти дневники обращаются к идеальному мужчине, придуманному её самой.
«Мне казалось, что видела Вас в глазах мужчин умных и добрых. Но Вы неизменно ускользали, и мне так никогда не суждено было увидеть Вас воочию..»
«Вы для меня всегда любовь без сближения, поэтому Вы — только мечта… Вы — любовь — набросок, любовь- произведение искусства...»
«Нет мужчины, который говорил бы, что любит меня и которого бы я не пожелала короновать принцем. Каждому из них я протягивала руку, чтобы он смог подняться. Перед каждым из них я представлялась совершенством, в которое он должен был поверить, к которому должен был стремиться . И сама я всякий раз делала усилие, чтобы подняться… Я ожидала от них тёплых флюидов, которые заставляли бы расцвести во мне цветы красоты, которые вознесли бы меня на вершину большого искусства. Я хотела открыть перед ними новые горизонты, новых богов, новую и молодую веру, творческую силу. Они же хотели любить меня, не зная любви, они хотели, чтобы я любила их любовью, которая мне неведома. Никогда мы не понимали друг друга…
...Однажды мне случилось присутствовать при ультрозвуковом гинекологическом исследовании...это была роженица, она только что истекала кровью, чтобы дать жизнь...едва даровав его, она почувствовала себя плохо от внезапного осложнения… В той же комнате на полу ползали трое малышей, муж по дурацки стоял у окна…. На третий день эта женщина вскричала мне, визжа от боли, что муж её прямо этой ночью овладел ею. С тех пор физическая любовь представляется для меня ч у д о в и щ е м….
...Никакая религия, никакой поэтический обман не способны заставить меня поверить, будто это и есть любовь..
«Я люблю только душу. Я равнодушна к телам…
А тем временем Елена Незнакомова ждала ребёнка и назревал огромный скандал.
После выяснения отношений было принято решение отправиться в Россию, где несовершеннолетняя по немецким законам Елена могла бы родить ребёнка. В квартире на Гизелештрассе временно переселились друзья — Кандинский с гражданской женой Габриель Мюнтер. Елена Незнакомова поселилась в Витебской губернии в поместье друга Верёвкиной
Н.Столыпина Анспаки. Здесь 5 января 1902г родился Андрей Незнакомов.
Явлинский тем временем заболел тифом. Пара съездила лечиться сначала в Крым, затем на Кавказ. Алексей выздоравливал, а Марина лихорадочно улаживала дела и исправляла документы. Дату рождения Елены поменяла с датой рождения её старшей сестры Марии. Проблемы с законом были решены и в октябре 1902г семья вернулась в Мюнхен уже впятером. Андрея представляли как племянника Явленского, а Мария Незнакомова взяла на себя обязанности горничной.
Жизнь уже не была прежней. Явленский много времени проводил с сыном и обеими сёстрами, а Марианна регулярно скандалила. Через год она решилась на демарш и укатила от Явленского во Францию с одним из друзей, Александром фон Зальцманом. Разлука продлилась недолго- Верёвкина прислала «дорогому Лулу» сначала открытку, затем письмо, и и вскоре на пороге стоял сам Алексей. Пара едет в Париж, окунается в водоворот выставок и вечеринок, отношения потихонечку налаживаются…
И вот Марианна взяла кисть в руки — пора перенести на холст все те теории, за которые она так горячо ратовала долгие годы. Её новое творчество очень отличалось от реализма, впитанного на уроках Репина. Её работы максимально экспрессивные и полны метафорического смысла. Она больше не использует масляные краски, картины пишет темперой в сочетании с пастелью, тушью и грифельным карандашом.
В Мюнхене переписка с Репиным прервалась. Явленский реагировал на его советы и замечания очень болезненно, поэтому Верёвкина не посылала учителю фотографий его картин. Не видел Илья Ефимович и снимки с её работ. Их работы он увидел несколько позже.
«Меня очень интересовали работы А.Г.Явленского и М.В.Верёвкиной. Здесь ожидал нас целый ад цинизма западных бездарностей, хулиганов, саврасов без езды, на полной свободе выкидывающих курбеты красками на холстах.» и далее «Марианна Верёвкина до 1894г в Петербурге произвела несколько замечательных полотен… В Мюнхен после таких работ Марианна Владимировна уезжала с большими планами...Ах, как грустно...Почему же при всех удобствах приспособлений в среде...такие отрицательные результаты?»
Просто, пройдя через увлечения творчеством многих знаменитых европейских художников,от Ван Гога до Гогена, от Тулуз-Лотрека до Мунка, в своих поисках она нередко шла впереди времени, вдохновляя и увлекая за собой друзей- так под её влиянием написал свою первую абстрактную акварель Василий Кандинский. Верёвкин и Явленский поселяются в небольшом городке Мурнау, в пятидесяти километрах от Мюнхена. Вскоре к ним присоединяются Кандинский со своей гражданской женой Габриэль Мюнтер (бывшей ученицей школы живописи Верёвкиной ).
Горные пейзажи, яркие домики, пёстрые одежды — здесь было, что можно перенести на полотно.
В компании единомышленников у Верёвкиной рождаются новые, смелые по композиции и колориту картины. «Чудесное, радостное время труда с постоянными разговорами об искусстве.»
Весной 1909г друзья организовывают «Новое объединение художников Мюнхена», главной целью которого является развитие прорывных, революционных идей в живописи и с помощью выставок делать их доступными широкой публике. Возглавил это содружество В. Кандинский.
Один из его членов Франц Марк писал: «Марианна фон Верёвкин- душа всего этого предприятия...Что касается вопросов искусства, именно она бьёт не в бровь а в глаз.»
В 1911г прошла первая персональная выставка Алексея Явленского, после которой приобрели 16 его картин. Это был настоящий успех, признание, которого так желала для него и себя Верёвкина..
Однако во время третьей выставки объединения из неё выходят В.Кандинский, Г.Мюнтер, А. Макке. 8 декабря 1911г в Мюнхенской галерее «Тангаузер» под одной крышей открылось сразу две выставки: третья и последняя «Нового объединения художников» и первая нового объединения «Синий всадник». Чуть позже к ним примкнули и Явленский с Верёвкиной.
В. Кандинский — голова «Синего всадника», М. Верёвкина — его сердце, некоронованная королева русских художников Мюнхена.
Выставочное турне: Мюнхен- Кёльн- Берлин- Бремен- Хаген- Цюрих- Франкфурт- на- Майне.
Растёт и творческий уровень художницы и в1912г проходит её персональная выставка. «Красное дерево»,
«Город в Литве»,
« Близнецы»,
«Автопортрет».
Салон М.В.Верёвкиной посещают С.Дягилев и знаменитые танцоры В.Нижинский, Т.Карсавина и А.Павлова.
Началась Первая мировая война. У Верёвкиной по разные стороны воюют её родственники и её друзья и соратники — немецкие художники. На войне погибают А.Макке и Ф.Марк.
После объявления войны, Германия выдворяет из страны всех нежелательных лиц русского происхождения. И вот уже вся семья в вагоне поезда, едущего в Швейцарию. Остановились на берегу женевского озера близ Лозанны в местечке Сен- Пре. Радует сын Явленского. Андрей- его несомненные успехи в живописи, взявшего всё самое лучшее и у отца и у приёмной матери.
Верёвкина участвует в совместной с И.Грабарём и А.Явленским выставке Мальмё (Швеция)
Затем выступает с лекцией на Весенней выставке родного Виленского художественного общества, где рассказывает о своих творческих поисках: «Сквозь все извилины принятого ложного художественного воспитания, сквозь реализм моего учителя Репина и шик моих заграничных учителей, сквозь мою личную талантливость, столь враждебную исканию чистых идеалов искусства, добралась я наконец до сознания, что в душе моей, рядом с моей любовью и верой, живут совершенно тождественные им линии и краски и что движения и сочетания их ближе всего могут передать суть моего действительного Я.», « Я люблю всё, чего не существует на самом деле. Именно в этом девиз моей жизни- вещи воображаемые, желанные, идеальные, придуманные.»
В 1917г семейство перебралось в Цюрих. Не смотря на войну, в нейтральном Цюрихе всё ещё бурлила художественная жизнь. Кафе «Одеон», в котором каждый вечер собираются художники, актёры и философы- дадаисты. Выставки Ренуара и Сезанна. Явленский в своей любимой среде, н начинает писать свои знаменитые серии «Мистические головы» и «Лики Спасителя».
Но занимался только творчеством. Денег не хватало и материальным благосостоянием занималась Марианна.
Когда Явленский слёг надолго с тяжёлой формой гриппа и врачи настоятельно советовали ему сменить климат, Марианна в очередной раз подставила ему своё плечо. Они перебераются на юг Швейцарии в небольшой курортный посёлок Аскону. Явленский поправился и вернулся к мольберту. Верёвкиной же это удавалось лишь урывками — занималась чем угодно кроме живописи, зарабатывали деньги. Устроилась на работу в фармацевтический концерн и часто бывала в разъездах.
Именно в Асконе и разыгралась финальная драма непростых взаимоотношений между Верёвкиной и Явленским.
Взрослый сын (17-18 лет) требует, чтобы отец наконец- то узаконил отношение с матерью.
Но Явленский долго сопротивлялся- слово офицера, данное отцу Марианны беречь её как зеницу ока, не давало принять окончательное решение.
Он писал своему агенту и другу Эмме Шайер: «Елена (мать сына) выросла и больше не желает быть рабыней. Хочет быть как все. Этого она может добиться через венчание со мной. Андрей должен носить мою фамилию, и если я его усыновлю, то заберу у Елены всё, даже сына, а это совершенно невозможно. Марина не понимает этого, она думает только о себе...»
Э.Шайдер в 1921г Алексею Явленскому устроила в Висбадене (запад Германии) персональную выставку. Выставка прошла с успехом. И Явленский наконец решил оставить Верёвкину и остаться там навсегда. Явленский сбежал. Избегая взаимоотношений с любящей женщиной , с которой прожил более 30 лет, он в марте 1922г прислал письмо, в котором сообщает об их расставании . Больше они не встречались.
Верёвкина была потрясена, погрузилась в тоску полного и, как ей казалось, окончательного одиночества. « Мужчина воспринимает любовь как эпизод, женщина же превращает её в вопрос существования. Женщина начинает с любви и заканчивает ею, именно любовь создаёт её. Без любви она ничто.»
Но. не смотря на личную драму, Марианна Верёвкина не пала духом. Разрыв с Явленским положил начало очередного этапа в её творчестве — она обрела независимость, внутреннее равновесие, возродилась как самобытная художница. Именно в Асконе в свои 60-70 лет создала свои лучшие полотна- таинственные, мистические, пронизанные сокровенным символизмом, указывающие метафизические пути к неведомому, к сумрачным небесам, к Богу.
Оставшись одна, без средств, Марианна залезала в долги, рисовала почтовые открытки и продавала их заезжим туристам, а, бывало, расплачивалась ими в лавке вместо денег.
И, тем не менее основала в Асконе небольшой музей, которому подарила свои картины и попросила друзей сделать то же самое. «Аскона научила меня уважать всё человеческое, любить счастье созидания и нищету бытия, носить всё это в себе как большое духовное богатство.», « ...У меня нет денег, нет семьи, никакого положения...Тем не менее, не смотря ни на что, жизнь моя прекрасна, если она богата мечтами….И если бы мне пришлось начать её сначала, наверное, я снова бы выбрала то же самое...»
В Асконе Верёвкину любили за весёлый нрав и доброжелательную манеру общения с людьми, считали её своей. И она полюбила этот город.
Последний год Марианна уже ничего не писала. Она ослабла и почти всё время проводила в инвалидном кресле. Умерла в воскресенье 6 февраля 1938г.
Незадолго перед этим к ней приезжал из Милана православный священник, который причастил и соборовал её.
Почти все жители Асконы вышли проводить Марианну Владимировну Верёвкину в последний путь.
К похоронной процессии присоединились служители католической и протестантской церквей, колокола звонили в знак уважения к покойной, по православному обычаю.
В 2002г одна из улиц Мюнхена названа в её честь.
Творчество художницы мало известно на её родине. Лишь в 2010г в Государственной Третьяковской галерее прошла первая персональная выставка. В том же году произведения М.Верёвкиной были показаны в Туле.
Так и не научившись жить в этом мире, Марианна однажды написала:«Храните воспоминание о принцессе, весёлой принцессе из страны химер».
«Жизнь очень красива, но она бесчеловечна, а ведь что не говори, я всего лишь женщина, более того, дитя. Капельку нежности!»