Сопоставив явное охлаждение к ней мужа и его желание, чтобы она сидела за городом, Майя сделала однозначный вывод. Просмотром телефона она не стала себя унижать. Просто задала вопрос.
- Мы с Катей снова вместе, - услышала в ответ. - И я от нее не откажусь. Все устроилось, как нельзя лучше. У меня есть сын. Так что единственная проблема, которая отравляла мне жизнь с Катей, решилась. Я, возможно, виноват перед тобой. Но ничего не могу с собой поделать. Дай мне развод. Я все равно буду с ней. А с сыном буду проводить все свободное время. И, конечно, помогать материально.
Майя хватала ртом воздух.
- Лучше для кого? Ты мне говорил, что любишь, предложил родить ребенка. А теперь?
- Ты не имеешь права меня упрекать. Ты влезла в чужую семью. Ты знала, что я женат, но требовала, чтобы я разводился, - у Майи было впечатление, что Игорь говорил, как под гипнозом.
Хотя это и был гипноз – Катя постепенно, раз за разом, очень умело внушала не очень умному, но безумно влюбленному в нее Игорю «свою» правду. Именно ту, которую сейчас он вывалил Майе – что она влезла в его семью, обманом женила на себе.
Игорь и сам уже верил, что, если бы не Майя, то он помирился с Катей, не было бы развода, который ее очень обидел.
Игорь верил, что Майя все просчитала и должна радоваться тому, что получила. Уехала из небольшого городка, побывала замужем, нашла хорошую работу, будет жить в его хорошей квартире, воспитывать ребенка, который не будет брошен отцом.
Как раз единственное, что беспокоило Игоря и было причиной его плохого настроения – это сын.
Он пытался несколько раз рассказать Кате о том совершенно непередаваемом восторге, когда ты берешь на руки своего ребенка, когда целуешь крохотные пальчики или когда его головешка лежит у тебя на плече.
Но Катя ничего слушать не хотела. Наоборот, она обижалась, заявляла, что он ее разлюбил, что теперь между ними стоит его ребенок. Сколько Игорь не пытался объяснить, что любовь к сыну - это совершенно особенное чувство и, любя сына, ее он любит ничуть не меньше, чем раньше, Катя только плакала.
А Катя, действительно, не понимала Игоря. Она искренне считала, что желание иметь детей – это простые инстинкты: мужчина должен построить дом, посадить дерево и родить сына. Что как только ребенок у него появится, он успокоится – галка поставлена. То, что мужчина может любить ребенка, хотеть его постоянно видеть и заботиться о нем, Кате в голову не приходило. Она была уверена, что это исключительно удел клуш, которые больше ничем занять себя не могут.
Но, смотря на горящие глаза Игоря, когда он говорил о сыне, Катя решила подождать. Пока он наиграется в отца. А то, если запретить видеться с ребенком, Игорь может вернуться к этой Майе.
Этого Катя допустить не могла – за те почти два года, что они не виделись, она к своему глубокому сожалению поняла, что такого мужчину как Игорь, который готов сделать для нее все что угодно, ничего не требуя взамен, найти не так то легко. За два года не получилось.
Поэтому Катя заявила Игорю, что все понимает, что любит, готова делить его с сыном. Что те вечера и выходные, которые она будет проводить с подружками, он как раз может проводить с сыном.
Игоря это устраивало. Осталось только получить развод…
Майя хотела возразить Игорю, но потом перехватила его взгляд. Такой бывал у некоторых ее клиентов. Эти люди настолько были уверены в своей правоте, что слушать другое мнение не хотели и не могли. Так что Майя решила ничего не говорить.
- Хорошо. Я дам развод.
- Отлично. Вы останетесь жить в этой квартире. Я уйду к Кате, буду платить алименты и помогать тебе, чтобы ты занималась сыном, а не носилась по клиентам.
В день развода Майя увидела соперницу, которая торжествующе поглядывала на нее. Таких женщина она знала – наглые, уверенные в собственной неотразимости.
Продолжение следует...
