Мои ноги притягивались к дверям особняка, словно магнитом, и вновь я оказалась в его обители. Помещение было погружено в мрак, словно проклятое убежище, где правили безнравственность, грехи и порочность.
Моя задача заключалась в том, чтобы не потерять свет, который всегда должен был быть со мной. Этот свет был чем-то живым, невидимым, но ярким и живительным. Казалось, кто-то охотился за ним, и мой учитель неустанно повторял: "Берегите свет, берегите его". Я была частью этой картины, где молодой мужчина, одетый в рваное серое одеяние и хромая на трости, еле-еле передвигался. Все вокруг его осуждали, и этот осуждающий взгляд ломал его душу. Он испытывал страх и самоуничижение за то, что потерял свет, который был его источником вдохновения и надежды.
Великое испытание ожидало его, где он должен был отвечать за свои поступки. Всю свою жизнь он был под угрозой наказания, и в одно мрачное время, в темной комнате, разговор состоялся при свете пылающих свечей. Я, приложив руку к своему сердцу, словно к алтарю, слушала, как он высказывал свои искренние признания перед своей предполагаемой матерью. Он признавался, что его поступки были чистым распутством, но не в прямом смысле, а из самой чистой и светлой любви... И в ответ на его искренность, прощение было послано этому мужчине за его предательство, если оно было распутством, основанным на духовно чистой и светлой любви. И в тот момент блеск сияния вновь обратился к его рукам, сердцу, глазам и душе. Он был прощен и освобожден от греха, который терзал его.