Евгения потуже затянула шарф, чтобы снежное марево не коснулось шеи, и выпорхнула на улицу. Снежок в ноябре был очень кстати, оживлял серые улицы итак погрустневшего за последний месяц города. Дворники убрали давно остатки листьев и город впал в печаль. В руках Женя держала красивый букет: сегодня был день ее рождения.
- Дорогая Евгения Петровна, мы в лице нашего небольшого коллектива рады поздравить Вас с днём Вашего Рождения.
В памяти возникли лица коллег и руководителя. Как же она любила свою работу. И свой небольшой коллектив в четыре человека.
Отдел занимался реставрацией предметов искусства, порой заказы приходили из самых неожиданных мест и могла возникнуть заявка по реставрации иконы из отдаленного деревенского храма.
Смежный отдел занимался росписью и инкрустацией и другими работами, связанными с живописью.
Приятно было получить столько хороших слов от людей, которые давно стали ее семьёй.
Павел Дмитриевич всегда относился к Жене по-особенному, и ей всегда это нравилось.
- Женечка, у вас очень хорошо получилась эта работа, клиенты выразили благодарность.
Немного стушевавшись, Женя скромно подняла взгляд сначала на коллег потом на Павла Дмитриевича, будто желая проверить, не шутят ли они.
Особенностью ее характера было полное отсутствие распознавания шуток и юмора в свой адрес: Женя все воспринимала со строгостью Снежной королевы и всерьез.
Эту особенность она старалась прятать, но безуспешно: когда коллеги начинали смеяться, Женя понимала юмор не сразу, а по истечении времени, строгий взгляд превращался в потеплевший, уголки глаз ползли вверх и Женя смеялась от души, не обижаясь на коллег.
Далёкие звездочки-огни автомобильных фар маячками горели на далёком шоссе, которое Евгения видела из окошка офиса.
Снежинки хотели забраться за шиворот, ветер разметал их хаотично в воздухе, и Женя остановилась в своем белоснежном пальто с огромным букетом белых гвоздик, чтобы насладиться пляской снежинок в свете фонарей.
На улицах было пустынно и свежо.
Немного грустно было покидать офис, но Женя знала, что завтра она сможет туда вернуться и вновь увидит коллег.
Дома ее ждала кошка Муся и несколько котят.
Женя побрела по дорожке к дому, оставляя на едва выпавшем снежном покрове следы своих каблучков.
- Женя, Женя, - послышался голос. И она не сразу поняла кто к ней обращается.
- Я провожу вас, если не возражаете.
Станислав Игоревич давно проявлял знаки внимания. А она не внимала им. Сегодня не хотелось расстраивать коллегу. Женя кивнула и рассмеялась.
- Ну конечно, Стас. Но недолго, я спешу, - соврала она, мне нужно зайти к давней знакомой на ужин.
Врать Женя не умела, поэтому покраснела как рак, но Стас, казалось, этого не заметил.
И радостно улыбнулся своей широкой улыбкой.
Дома было пусто и одиноко. Женя включила жёлтую лампу, поставила чайник и, накинув на плечи плед, села в кресло.
Мысли метались хаотично, но нужно было сконцентрироваться. Ей предстояло написать письмо.
"Дорогой мой человек, мне без тебя грустно и одиноко, но я стараюсь жить и помнить о тебе.
К сожалению, единственное, чего я не могу остановить, - это время. Оно движется просто с поразительной, молниеносной быстротой, и я не успеваю за мятущимися листками в календаре. Они быстрее меня.
Надеюсь, у тебя сейчас все хорошо. Твоя Элис."
Письмо предназначалось тому, о ком болело не первый день ее сердце. Заклеив конверт, она бросила его в первый ящик стола, выключила чайник и заварила себе крепкий кофе.
- Кофе на ночь?
- А почему бы и нет, - ответила своему внутреннему критику.
Долго не получалось заснуть. Завывание ветра и хлопанье форточек оповестили о том, что к ночи погода вконец испортилась и ветер уже швырял мокрый снег в дома, деревья и лица прохожих.
Сон одновременно вырвал из реальности и связал тесно с нею.
Все та же пустынная улица рядом с заснеженным кафе, все те же хаотично пляшущие снежинки в свете фонарей и свет далёких фар машин, мятущихся по шоссе подобно снежинкам. И люди, бредущие из и в метро.
Вот она снова вся в белом с букетом белых гвоздик, а напротив - Он с букетом красных. И зовут ее не Евгения Снегина, а Элис.