Рано утром Таня спустилась на первый этаж: замучила жажда, и голова немного болела от выпитого вина — спать не могла. На кухне застала Дениса, чему очень даже обрадовалась. Он сидел за столом, застыв взглядом на кружке с кофе.
— Доброе утро.
— Утро красит нежным светом стены древнего Кремля…— проворчал он и поднес кружку с кофе к губам.
— Прости меня, — обняла брата сзади за плечи, склонившись, прижалась к щеке, — простишь?
— Прощу, — хмуро сказал он, и Таня улыбнулась.
— Хоть пообниматься с тобой, пока Юльки нет.
— У тебя вон свой теперь есть. Сто килограммов живого веса – обнимайся сколько хочешь, — усмехнулся он.
Таня не стала поддаваться на эту провокацию. Чмокнула Дениса в щеку.
— Хочешь, я тебе куриный супчик сварю? Голова-то болит, наверное?
— Хочу, — приободрился Шаурин.
— До чего вы договорились? — все-таки спросила Таня. Никак не смогла заглушить в себе любопытство. Не зря же Денис с Лёнькой весь вечер и почти всю ночь где-то пропадали.
— Не ваше дело.
Таня со вздохом расслабила руки и оторвалась от брата. Включила чайник.
— А что жена с тобой кофе в этот раз пить отказалась?
— Она сказала, что с алкоголиками кофе не пьет.
— Это я в шесть утра не пью, а в семь уже можно, — недовольно сказала Юля, кутаясь в теплый халат.
— Сестра, убери от меня эту женщину. У меня от нее голова болит.
— У тебя голова болит оттого, что вы с Лёней пили всю ночь, — проворчала жена.
— Кто пили? Мы пили?
— Ага… Кто по-фински? Я по-фински? — съязвила Юля. — Танюха, ты прям бодрая сегодня, я смотрю, — оценила старания сестры мужа. Та достала овощи, поставила вариться куриное филе.
— Вот так меня сестра любит, — довольно сказал Денис. — Такая у нее необъятная крепкая любовь. Только она способна в шесть утра мне супчик варить. И без всяких претензий.
Юлька облокотилась на стол и вдохнула аромат кофе.
— А что ж ты, милый, мне тоже кофе не сделал в знак своей необъятной и крепкой любви? Чашечку такого же крепкого, как твоя любовь, кофе?
— Хочешь такого же крепкого – возьми баночку, пожуй всухомятку.
Таня прыснула от смеха.
— Вот хам! — мягко возмутилась Юля. — Мало того, что всю ночь мне спать не давал, так еще и грубит с утра.
— Так это ж, наверное, хорошо, что спать не давал… — Танюха иронично вздернула бровь. — Чай будешь?
— Буду, — согласилась на чай и продолжила возмущаться. — Если б хорошо… Таня, да он просто спал. Спал на мне как на подушке. У меня теперь все кости болят. Все тело, блин, ноет.
— А на ком мне еще спать? Романыч! — крикнул, заметив мелькнувшего Вуича.
— Я покурить! — донеслось со стороны входной двери.
— Потом покуришь, иди сюда.
Лениво шаркая ногами, Вуич прошел на кухню. Выглядел он довольно бодро. На щеках играл здоровый румянец. Оттого что на нем была надета зеленая футболка, глаза казались еще зеленее, ярче.
— Какое добренькое утро, — широко улыбнулся Лёня, сунул руки в карманы камуфлированных шорт и кивком указал на Шаура. — Живьем брать будете?
Юлька и Таня разом посмотрели на Дениса и рассмеялись.
— Ага, спеленали паука… — хмыкнул Шаур. — Стоп, — остановил друга, когда тот отодвинул стул и собрался усесться за стол, — прямо по курсу, — указал пальцем на крайний кухонный шкафчик. — Вот, оно самое, — одобрительно кивнул, стоило Вуичу открыть нужную дверцу и достать бутылку коньяка.
Услышав про «курс» Таня начала давиться от смеха: вспомнила вчерашний разговор за вином.
Юлька, в свою очередь, тоже не смогла долго сохранять невозмутимость. Сначала захихикала, посматривая на Вуича, потом встала и принялась шарить по шкафчикам.
— Нам же нужно что-то к чаю, — поставила на стол зефир в шоколаде.
Таня прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться, придвинула к себе чашку и начала размешивать сахар. Лица мужчин тут же украсили ироничные ухмылки.
— Здравы будем, бояре, — сказал Лёня.
— Угу, — кивнул Денис и поднес рюмку ко рту. Но глотнуть коньяка не смог. Они с Лёней грохнулись со смеху, расхохотались в голос. Юлька, задыхаясь, сползла со стула.
Таня сначала намного растерялась потом рассмеялась вместе со всеми. Выдохнула, потерла раскрасневшиеся щеки, словно румянец пытаясь согнать.
— Ну, что вы ржете, — певуче сказала она, — не смогла я придумать ничего романтичнее, а мне нужно было, чтобы он железно согласился.
Лёня посмотрел на нее, собираясь что-то сказать, но передумал, усмехнулся, качнул головой и отпил коньяк.
— Так был зефир или нет? Утром был? — смеясь, спросил Денис.
— Был, — сдерживая улыбку, кивнул Вуич. — Зефир был. И утром тоже.