В начало книги: https://dzen.ru/media/id/6246af1994462b74a401eca7/seriia-krasnoarmeec-kniga-chetvertaia-popadanec-v-riav-64c5336e8c5f3c18988268f1
Дальше задать новый вопрос генерал Кондратенко не успел, подкатили коляски генерала Стессля со свитой, и казаки верхом, так что комдив к ним направился докладывать. Казаки быстро оба тела обыскали, даже швы прощупали. Под рубахой пожилого нашли бумаги, точные планы строящегося форта. Итак сомнений не было, что это японцы, а теперь уж чего говорить. Меня позвали, и я повторил свой доклад, под конец добавив:
- Мы для местных на одно лицо, и местные для нас тоже. Вот только местные легко различают, кто тут рас ходит. Так что все эти рабочие прекрасно знали что эти двое японцы, но никто ничего не сообщил.
- Разберёмся, - буркнул Стессель, изучая бумаги, что нашли на теле старшего из японцев.
Я же вернулся коню, и мы снова следом за процессий колясок генерала Стеселя направились к городу. Но чуть позже свернули, в сторону штаба дивизии, там началась работа, я сдал пока коня, обиходить, напоить и накормить, а меня посыльный вызвал к генералу. Тот как раз на обед собирался, поздновато, но дома семья ждала, однако решил пообщаться со мной.
- А всё ли ты мне голубчик сообщил? – спросил тот.
- Так точно, ваше превосходительство, не всё.
- Докладывайте.
- Старший из японцев сказал, что коменданта трогать нельзя, англичане сильно недовольны будут. Почему не знаю, ответа того что младше, не слышал.
- Ясно. Напишите рапорт о происшествии. О коменданте ничего не писать, и не рассказывать никому. Всё ясно?
- Так точно.
- Свободны.
Генерал укатил на обед, я тоже на кухню сбегал, меня там покормили наваристыми щами, дальше вернулся в здание штаба, где помдежурного помогал писать рапорт о стрельбе сегодня и уничтожении вражеских шпионов. Вроде неплохо получилось, но через три дня я узнал, что меня представили к чину старшего унтера, решили зажать честно мой чин прапорщика. А орден вообще зажали. Вот гады. Это Стессель всё. Всё, буду валить адмирала Старка, подставив британцев. Якобы британец застрелит адмирала, а я британца, случайно застав его на месте преступления. Всё, решено, постараюсь завтра провернуть акцию, не получиться, то послезавтра, подберу нужный день, там несколько ключевых дел должно было сойтись, такое не каждый день бывает. Это по случаю с теми японцами, по сути пшик, но я пока не унывал. В остальном, японцы на море вели себя тихо, только наблюдали за эскадрой от горизонта, в городе облавы шли, шпионов искали, все затаились, мелочь взяли, да и всё. В корейском порту Чемульпо продолжается высадка японских войск. Вот теперь точно всё. А так служба продолжалась, ничего не изменилось, я забирал готовые блюда у тех женщин, что работали на меня, один раз Анну навестил тёмной ночкой, повезло, коптер показал, что муж задержался в ресторации. Там отмечали какому-то полковнику, именины. Там и женщины были, жёны, Анна просто раньше уехали, а торжество продолжалось.
Суббота была, когда я узнал эту не самую приятную информацию, банный день. Писарь этот со мной в одном вагоне прибыл в Артур, считай одного призыва, по секрету и шепнул. В принципе я и так каждый день моюсь, у китайцев, в доме женщины, что на меня работала, привык чистым быть, вот те корыто горячей воды ко времени моего вечернего прихода готовили, минут двадцать на всё про всё, и чистенький возвращался в казарму. Я мог себе такую блажь позволить. Но баня это баня. Поэтому после бани и стал готовиться. Не хотят прапорщика давать, буду валить Старка и геройствовать. И знаете, видимо звёзды сошлись, следующим днём, а было воскресенье, всё сошлось в цвет, и британец был, и адмирал, и мне поручение в город, передать посылку одному из офицеров. Тяжёлая, кил пять весила. Так вот, я выкрал британца, благо тот один был, отсыпался от гулянки что ночью шла. Адмирал прибыл к зданию комендатуры. Как раз генерал Стессель вышел его встретить, и неожиданно подъехал генерал Кондратенко, мой комдив, но я ничего не изменил. Хрустнул неожиданно для всех выстрел и ноги адмирала подломились, тот упал как кукла, которой подрезали веревочки, наповал, тут метров двести всего. Сам я быстро спустился вниз по внутренней лестнице, этот склад я давно присмотрел, и дальше вышел на улицу. Меня уже видели, с двух сторон бежали солдаты и офицеры, ну и патруль матросов, я как бы что-то увидел, присел, потянув незаметно леску, и раздался выстрел. В ответ я сам трижды выстрелил, в кого не было видно, после этого метнулся к открытой двери склада, убрав «Браунинг», к кому тянулась леска, пуля рядом со мной свистнула, и попала в стену здания рядом, я пистолет к косяку привязал, а в ногах застреленный британец. Он даже и не проснулся с того момента, как я его взял. Боле того переодел его в китайского рабочего и измазал угольной пылью лицо.
«Браунинг» убрал с леской в хранилище, это да, но достал другой, как раз принадлежал британцу только что убитому мной, кровь ещё текла. От пистолета тоже тянуло свежим сгоревшим порохом и в магазине не хватало одного патрона. Я подготовился, а стрелял из пистолета в подвале дома, где взял британца. Первый пистолет взял с их предшественников, коим тот и прибыл на замену. Он и тут работал как аккредитованный журналист известной газеты. Пистолет уже в руке убитого британца был. Ту и набежали свидетели. Каждый офицер первым делом опрашивал меня. Изучили чердак склада, там нашли винтовку, от которой тоже пахло свежим сгоревшим порохом. Причём, винтовка новая, и японская. Британца не сразу, но к шоку многих офицеров, опознали, некоторые офицеры гуляли с ним в ресторации. Сразу же был отряжен отряд к нему на место жительства, Кондратенко распорядился, я там уже оставил доказательство, легко найти можно будет, а меня в здание комендатуры, где в который раз уже допросили, но уже генералы. Тело адмирала Старка уже увезли, я был прав, наповал его поразил. Дальше писать рапорты сел, а потом в казарму. А через два дня при торжественном строе у штаба нашей дивизии, было сообщено генерал-лейтенантом Стесселем, тот лично прибыл, что я возведён в чин прапорщика от пехоты, тем более вольноопределяющимся являюсь, а также награждаюсь орденом Святой Анны четвёртой степени с правом ношения знака на эфесе сабли.
Я же поблагодарил, и сообщил, что сегодня вечером арендую ресторацию, где и отметим это дело, пригласив генералов. Меня попросили отложить торжество на неделю, пока не будут закончены траурные мероприятия с адмиралом Старком, иначе некрасиво получиться. Пообещал. Ну вот и всё, я офицер, путь, и самый младший, прапорщики служат только во время войны, их призывают, после окончания войны сразу отправляют в отставку, надеюсь и у меня этим закончиться. А пока нужно снаряжаться, сдав на склад что имею. Кроме формы, она списана. Это солдатом я был на довольствии. Офицеры на самообеспечении, это правило. Приказ оформлен, на руках, так что занялся делом. Я даже погоны старшего унтер-офицера получить не успел, ещё всё оформлялось, как изменили приказ, и за общие дела дали, как я и рассчитывал, то что хотел. А генерал Кондратенко, как раз Стессель отбыл, подозвав, и поздравив, пояснил моё недоумение. Орден дали вторым по решению генерала, сначала звание, потом награду. Обратно никак, нижние чины такими орденами не награждаются. Я искренне поблагодарил его, и генерал поспешил отбыть следом за Стесселем, там скоро на железнодорожный вокзал должен прибыть поезд наместника, адмирала Алексеева, вот все чин туда и съезжались. Я же получал поздравления от других офицеров, трое прапорщики, как и я, недавно призвали на службу, как война началась. Некоторые офицеры поздравляли сквозь зубы, запомнил их, другие вполне благожелательно. И ещё, меня назначили на должность штатного переводчика при штабе дивизии. Ну что, пока всё в цвет.
Офицерское удостоверение уже было готово, патент, сабля с орденом на нём тоже, мне их выдали, я сдал учётную книжицу солдат, и всё что выдали ранее, обе единицы оружия тоже, после чего направился в сторону города, к лавкам. Пешком, попутного транспорта не было. Кстати, подсохло, я ночами вполне на элетросамокате гонял, по тропинкам самое то, и почти бесшумно, и быстро. Максимальная скорость самоката пятьдесят пять километров в час, но я больше сорока не ездил, да и то торопился всего пару раз, разгоняясь до сорока. За час и добрался до нужных давок торговой улицы. Артур он вообще маленький, большим казался из-за китайских и корейских кварталов. В лавке показал патент офицера, приказчик искренне поздравил с чином и наградой, ну и здорово помог со снаряжением, сообразив, что я не нуждаюсь. Дефицит доставал.
Я был без погона, снял сразу после награждения, носить уже не имел право, поэтому снаряжался полностью, что по форме, где пошить, у какого портного, тоже известно, бывал у него пару раз по личным просьбам господ офицеров, забирал готовые заказы. Приказчик работал только со мной, его помощник обслуживал других посетителей, что приходили и уходили, получая что им нужно, или нет, если нет в наличии. Вот так с двумя баулами уже к портному, кстати, он японец, хотя говорит всем что кореец, и документы на корейца имеется. Не важно, тот уже знал о награждении, почти всё готово было, у него была офицерская форма в наличии, осталось по фигуре подогнать, шинель, сапоги и фуражку я в лавке купил, как и остальное. За два часа под меня всё подогнали и ушили, так что тут же и оделся и вышел от портного в полной своей форме военного прапорщика, но также с двумя баулами, и занялся поисками жилья. Я мог жить в офицерском общежитии для одиночек, это бесплатно, но и комната с двумя или четырьмя койками для обер-офицеров, или найти жильё в городе, но за свои. Главное сообщить, где нахожусь, чтобы посыльный нашёл при нужде. Впрочем, я уже нашёл и договорился, с одной корейской семьёй, там целая комната мне уходила, корейцы в качестве прислуги. Бедно тут, хоть заработают. Да те аз счёт меня жить будут.
Спасибо за ваши лайки и подписку. Очень благодарен.
Следующая прода. https://dzen.ru/media/id/6246af1994462b74a401eca7/seriia-krasnoarmeec-kniga-chetvertaia-popadanec-v-riav-proda-11-64cb3389b8297878df4452bc