Моих губ коснулась улыбка, когда я вспомнила школьное фойе и милые, хоть и несколько потрёпанные временем скамейки. Именно там, под ветками раскидистых фикусов, Максим взял меня за руку, долго смотрел в глаза, а затем тихо сказал “Я люблю тебя, Агния”.
По щекам вновь полились слёзы. Да сколько же можно-то уже? Сколько ещё я могу плакать? Хватит! Нельзя! Ну нельзя так убиваться. Ведь самое главное, что все живы и здоровы. А Максим… Максим должен быть счастлив. Он хороший человек и никому никогда не делал зла. Разве он мне сделал зло? Нет. Я благодарна ему за честность и за то, что ему хватило смелости сказать мне всё в глаза. Он пытался меня успокоить и помочь это пережить. Я знаю его, Макс всегда был таким. Я точно знаю, что ему самому больно от того, что всё так вышло. От того, что я страдаю.
Значит я не буду больше страдать! Я сотру эту боль из своего сердца. Не сломлюсь, нет. Распахну свои крылья и откроюсь новой жизни.
Моих губ вновь коснулась улыбка. Она была грустной, но искренней. Мне было плохо, но я чувствовала, что готова идти дальше. Идти к своему счастью.
Распахнув глаза, я новым взглядом посмотрела на замёрзший пруд, окутанный белым одеялом. Он был прекрасен. Вновь на этом месте я обретала спокойствие. Подставив лицо падающему с неба снегу, я насладилась морозной свежестью. Всё будет хорошо!
Мне надо позвонить маме. Она, наверное, волнуется, ведь я так и не набрала ей. Достав телефон из кармана и увидев уродливые трещины на экране, вспомнила, что он, бедненький, пережил. Но… быть может, есть шанс его реанимировать?
Мои дрожащие от холода пальцы скользили по экрану и раз за разом зажимали кнопку включения, но попытки были тщетны. Гаджет оставался равнодушным к любым моим действиям. Грустненько. Но это чувство быстро стёрлось под натиском новых.
По непонятным причинам я ощутила тревогу, страх, и в голове набатом бились слова “Беги! Быстрее! Беги!”.
Я заозиралась по сторонам в страхе увидеть что-то, на что так среагировала моя интуиция. Спящие деревья, одинокие высотки вдали, извилистые тропинки, разрезающие снежную гладь… и больше ничего. Совершенно ничего подозрительного. Но чувство надвигающейся опасности набирало свои обороты. Сердце участило ритм, отдаваясь в висках, и я более не могла усидеть на месте. Меня начало трясти. Бежать, нужно бежать отсюда.
Закинув телефон обратно в карман куртки и схватив сумку, я попыталась подняться со своего места, но ноги оказались словно ватными. Первая попытка обрести вертикальное положение потерпела крах, но вторая оказалась намного удачнее. Бревно жалобно скрипнуло, освободившись от тяжести моего веса. Это показалось мне знакомым, но… мысль ускользнула от меня, когда я поняла, что с воздухом вокруг что-то не так. Он словно стал… более вязким, тяжелым.
Секунда…
Другая…
В тишине парка на грани слышимости начали раздаваться непонятные жутковатые звуки. Они были больше похожи на искряще-шуршащие отголоски бенгальских огней. Затем резкая, как молния вспышка, застилающая взор, от яркости которой глаза сами собой закрылись и наполнились влагой. Спустя ещё миг, я смогла их открыть, но картина, что предстала предо мной, заставила зажмуриться, отгоняя видение. Это не помогло. Когда я распахнула глаза, в воздухе также продолжала расти большая, светящаяся перламутром трещина. Она безжалостно разрезала воздух, завоёвывая больше территории.
Я не могла поверить в то, что сейчас видела. Этого просто не могло быть! Пребывая в шоковом состоянии, я не могла сдвинуться с места, продолжая завороженно смотреть на это нечто. Возможно именно это и сыграло со мной злую шутку.
Когда трещина стала втрое больше изначального размера, что-то изменилось, словно она набралась сил для дальнейшего. Снег, который находился ближе всего к этому явлению, зашевелился. Я даже не успела понять, что именно с ним начало происходить, как всё, что находилось в радиусе нескольких метров, начало засасывать в эту самую трещину. Массы пушистого снега, сухие ветки, мою сумку, а затем… и меня саму.
– Не-е-е-е-т, – истеричный крик вырвался из уст, и я попыталась убежать. Но силы, что тянули в это нечто, оказались намного мощнее. – Чёрт! Не-е-е-т.
Я упала на колени и попыталась ползти по скользящему снегу. Мне даже удалось дотянуться до бревна, на котором сидела. Голые замёрзшие руки скользнули по шершавой коре и упали в ледяной снег. Моё тело поволокло по земле. Не знаю каким образом, но в самый последний момент, перед краем искрящейся трещины, я смогла привстать на колени и отползти немного вперёд. На миг я даже успела поверить, что смогу спастись… но то самое ветхое бревно, на котором я провела столько прекрасных вечеров у пруда, дернулось и полетело, засасываемое необъяснимым и страшным явлением, прямо на меня.
Страх затопил сознание перед самым ударом. Из груди вышибло воздух и последнее, что я услышала - собственный сдавленный хрип.
Тьма поглотила меня.