Часть 4.
Красный свет практически полностью заполнял небольшое помещение, большую часть одной из стен которого занимало широкое окно с двойным закаленным стеклом. Напротив окна располагались два массивных закрытых со всех сторон стола на расстоянии метра друг от друга, таким образом, что между ними образовался проход. Верхняя часть столов представляла из себя возвышающиеся над плоскостью аналоговые пульты управления со множеством кнопок и переключателей, в недрах которых постоянно что-то крутилось и щелкало. За пультами сидели два человека в белых халатах, нарукавниках и медицинских перчатках, которые время от времени что-то регулировали, вглядываясь в экраны и циферблаты датчиков. Из тыльной части столов исходил пучок черных кабелей, уходящих под потолок и далее прямо через стену в соседнее помещение. Некоторые из этих кабелей вели к ряду телевизионных экранов, подвешенных к стене под потолком. На один из экранов были выведены какие-то буквенно-цифровые показатели в виде таблицы, на другом были изображены динамические графики биоэлектрической активности мозга и ритма сердцебиения. Еще один монитор был разделен на четыре части, каждая из которых транслировала изображение с камер. На последнем мониторе можно было увидеть лицо человека крупным планом и руки в перчатках, которые пытались одеть на голову специальную шапочку с датчиками. От каждого из датчиков на резиновой шапочке торчали тонкие провода, скрывающие свое начало за пределами экрана. Завершался подготовительный этап перед второй попыткой запуска специальной программы по изучению внепространственного энерго-информационного взаимодействия, под кодовым обозначением "два нуля двенадцать" или просто "Смещение". Главный научный сотрудник и куратор специальной программы Виктор Тихонов, сцепив руки за спиной беспокойно вышагивал туда-сюда по проходу между столами. Тихонов являлся автором новой концепции единого многомерного пространства и принимал участие в разработке новой методики исследования сознания человека на ее основе. Нельзя было сказать, что эта концепция получила всеобщее одобрение, так как некоторые теоретические выкладки требовали проверки на предмет своей состоятельности путем практических экспериментов. Но все же, она наибольшим образом соответствовала тому, что могло лежать в основе аналогичных исследований человеческого сознания на территории США. Этот факт повлиял на принятие решения о внедрении новой методики в закрытую программу исследований, которая по ряду обстоятельств закончилась неудачей. Как часто бывает, подвела спешка и допущенные недочеты, основной причиной которых стал человеческий фактор. Наконец судьба и руководство подарили Тихонову второй шанс на реализацию проекта, за который боролась его научная группа. Вроде бы все ошибки были учтены, выводы сделаны, но Тихонов все равно не находил себе места. Ему казалось, что не хватает чего-то важного, ускользающего от его разума.
- Мы готовы Виктор Сергеевич, - донесшийся со стороны голос вернул Тихонова в реальность. - Все показатели в норме, адаптация почти завершена.
Тихонов остановился перед окном и взглянул на человека в соседнем помещении, вокруг которого были установлены несколько кинокамер. Там точно так же все было освещено красным светом для того, чтобы стержневые клетки глаз человека не получали сильного раздражения. Противоположная сторона стекла была металлизирована и потому Тихонов знал, что его сейчас не видно и не слышно. Человек за стеклом находился в специальном устройстве, которое обеспечивало сенсорную депривацию таким способом, который не предполагает непосредственное погружение человека в жидкость или полную изоляцию в камере. Устройство представляло из себя открытую металлическую ванну с помещенным в нее гелеобразным спецраствором. Тихонов не знал его состава и на самом деле это его совершенно не интересовало. Достаточно было того, что этот гель обладал превосходной теплопроводностью и позволял за короткое время изменять свою температуру до нужных значений. При этом гель был заключен в тонкую оболочку из сверхмягкой резины. Такой резиной обычно покрывались элементы военных радиостанций, чувствительные к повреждениям в виде порезов. А затем ее состав немного изменили по спецзаказу военного ведомства и сделали более эластичной, стойкой на разрыв, но с сохранением минимально возможной толщины. Получился эдакий высокий матрас, наполненный спецраствором, в который человек проваливался почти целиком, оставляя снаружи лишь часть лица с дыхательной маской. Поэтому сотрудники его называли между собой коконом, так как официального названия он не имел. Кокон старались беречь потому, что второго такого не было и заполучить еще один вряд ли было возможно. Сейчас в коконе находился человек, на подготовку которого к предстоящему событию группа Тихонова целиком посвятила шесть месяцев. Его звали Александр Гусев и это был человек, обладавший сложной личностью с непростой историей. Было множество проблем, связанных с индивидуальными особенностями его психики, но специалистам удалось нивелировать часть беспокоящих факторов, которые мешали работать. Виктор смотрел на Гусева и понимал, что от него сейчас зависит многое, если не абсолютно все. Третьей попытки не будет, повторить все еще раз ему не позволят. Прошло достаточно времени для того, чтобы Виктор Тихонов узнал об этом человеке практически все и достаточно сблизился с ним. Полное доверие между участниками было необходимо для достижения успешного результата. И все равно Виктор не смог раскрыть личность Александра до конца, что теперь подсознательно вызывало беспокойство.
Клацнув по кнопке переключателя активации микрофона, Тихонов подождал пока исчезнет фоновый писк, а затем немного пригнувшись произнес, - Ты в порядке Саша? Как себя чувствуешь? Лицо на мониторе немного повернулось в сторону камеры и из динамиков послышался ответ. - Да Витя, все нормально. Нормально чувствую, только костюмчик кажется немного маловат. Но ничего, растянется. В целом я готов. Тихонов вздохнул и спросил, - Послушай Саша, у меня к тебе есть один вопрос, который я все никак не находил время задать. Можно я спрошу тебя прямо сейчас? Казалось лицо Александра на мониторе немного кивнуло, - Конечно Док, валяй. Задумавшись на секунду Виктор продолжил, - Скажи мне Александр, зачем ты здесь? Возникла небольшая пауза, после которой динамики хрипнули и произнесли, - Да не знаю, хочу быть полезным наверно. Служить хочу. - Себе или другим? - уточнил Виктор. - И себе и другим. - улыбнувшись как то непосредственно ответил Александр, - А что так нельзя? Хмыкнув про себя Тихонов поправил микрофон, который явно в этом не нуждался, - Ну почему, можно. Наверно можно. Затем бодро хлопнув ладонями воскликнул, - Ну хорошо, тогда пожалуй начинаем. - Тихонов развернулся лицом к помощникам и продолжил. - Всем внимание на аппаратуру товарищи, проверьте показатели еще раз перед началом первого этапа. А я пока напомню всем, основные моменты плана, к которому мы готовились. Виктор остановился и посмотрел на лицо Александра в висящем на стене мониторе, - В основном это нужно тебе Саша. Итак, тебе сейчас оденут кислородную маску, наушники и последними специальные очки. Пока ты не заснул, ты сможешь продолжать ныс слышать и твоя маска позволит нам слышать тебя. Как только почувствуешь сладкий привкус во рту, это значит поступление на кислородную маску общего анестетика. Ты уже знаешь, что должен дышать ровно и спокойно. Кроме этого есть специальный "коктейль", который мы используем для увеличения степени чувственного восприятия и снижения тревоги. Это тоже для тебя не секрет, так нам проще контролировать твое состояние. Как только услышишь голос в наушниках, сосредоточь свое внимание на нем. Последовательность определенных понятий будет связана с конкретными значениями и подсознательно это поможет тебе сохранить самоидентификацию в момент погружения. Так ты не забудешь о том, кто ты и о своей задаче. На первом этапе ты должен уравновесить степень концентрации внимания и расслабления. Это можно сравнить с работой сцепления автомобиля. Недожмешь или пережмешь, машина не поедет. Мы поможем удержать тебя в пограничном состоянии так называемой дремы, а ты просто должен помнить кто ты есть на самом деле и для чего там находишься. Это трудно, но вполне возможно. В самом начале ты должен пройти через состояние так называемого "сонного паралича". Это состояние тебе знакомо, так как мы уже тренировались это делать в обычном режиме. Главное здесь не сопротивляться погружению и не реагировать на окружающие явления. Мы не сможем видеть то, что будешь видеть ты. Здесь ты должен сохранять спокойствие вне зависимости от того, что происходит. Основное чувство, которое обычно возникает в этот момент, это страх. Страх - это сильное чувство. Но ты должен помнить, что твоей жизни ничего не угрожает, а твое тело находится под нашим пристальным вниманием. Мы позаботимся о нем, а ты займись контролем эмоций как тебя учили.
Тихонов сделал паузу, как будто пытаясь что-то вспомнить, а затем оперевшись на один из столов продолжил, -
Но главное тут вот что. Процесс погружения и процесс всплытия, должны быть постепенными. Нельзя проваливаться в сон, как нельзя и резко просыпаться. То есть нас интересует только процесс постепенного контролируемого всплытия без потери осознания, а не резкого пробуждения. При обычном пробуждении велик риск того, что ты не сможешь сохранить всю нужную информацию, а запомнишь только часть. И то, воспринятую в последнюю очередь. Нас это совершенно не устраивает. Ты меня понимаешь Саша?
Лицо Александра на экране монитора кивнуло, а динамики его голосом произнесли, - Я все помню Док, сделаю все возможное.
Тихонов верил, что так и будет. Но все же, считал необходимым повторить лишний раз пройденный материал, чтобы минимизировать возможные риски.
- Хорошо. Но я все же тебе напомню, что самоидентификация сохраняется только при постепенном погружении и всплытии. Мы конечно сможем тебя быстро вывести если возникнет такая необходимость, но это является не желательным. Потому, что тогда ты ничего не сможешь вспомнить. Ведь что такое процесс вспоминания информации? Какое именно усилие предпринимает человек для того, чтобы что-то вспомнить? - задал явно риторический вопрос Виктор. - Многие не знают конкретного ответа на этот вопрос и от своего незнания делают вид, что это совершенно не важно. Поэтому они не могут помнить свои сновидения и тогда начинают считать, что их нет. Потому как, вспомнить то, чего в действительной реальности с тобой не происходило, гораздо сложнее, чем просто вспомнить чем ты завтракал позавчера. Но этому ты Саша уже научился при помощи простых техник запоминания информации. Теперь черед за вспоминанием пережитого опыта, который не существует по отношению к твоей текущей действительности и относится к иной пространственной реальности. Думаю и здесь ты справишься. Надеюсь я хоть что-то понятное сейчас рассказал. - как бы приходя в себя произнес Виктор Тихонов. - С теоретическим обоснованием ты знаком достаточно, главное теперь об этом не забыть. Хорошо, поехали дальше по технической части. В эти самые очки, которые на тебя в конце концов нацепят, встроены лампочки двух цветов, красного и белого. Белые лампочки будут моргать на нужной нам частоте с самого начала для того, чтобы упростить погружение. Красные будут зажигаться по нашему желанию и в нужном месте вокруг каждого твоего глаза. Задействоваться будет только твое периферическое зрение, так как именно там наибольшая чувствительность к воздействию светом. В центральной части очков находятся датчики, которые отслеживают движение зрачков. Это экспериментальная технология, поэтому иногда может сбоить. Но зато мы рассчитываем, что это поможет определять твое состояние во время сна. И не только. Как тебе уже известно, нами разработана специальная схема коммуникации, которая предполагает твою ответную реакцию на стимулы извне. Такими стимулами будут периодические вспышки красного цвета, которые ты сможешь уловить в зоне твоего внимания. Если мы поймем, что степень твоей осознанности начинает снижаться, то постараемся вернуть ее таким образом. Ты будешь находиться в измененном состоянии сознания, когда твой мозг будет маскировать каждый сигнал подходящим образом. То есть, скорее всего ты увидишь тот образ, который больше всего подходит под конкретный сигнал. Под красные вспышки это может быть светофор на дороге или вывеска магазина, ну и так далее. Обращай на них внимание и тогда сможешь вспомнить их значение, а вместе с ними вспомнишь кто-ты и свое предназначение там. Но помни, что твои чувства способны разрушить иллюзорный мир вокруг. Слишком большая степень осознания может вызвать такие сомнения в окружающей тебя реальности, что либо этот мир остановится сам, либо выбросит то, что ему мешает.
Тихонов устало присел на стоявший рядом стул, закрыл лицо руками и громко выдохнул. - Обычно человек при этом просыпается, но это если не находится под медикаментозным воздействием. А ты сам проснуться не сможешь Александр, до тех пор, пока мы не нейтрализуем препарат седативного действия. Ты знаешь, что такие риски есть. Для этого и нужен непрерывный анализ движения твоих зрачков. Так мы сможем вовремя тебе оказать помощь. Голос Александра, раздавшийся из динамиков привел Тихонова в чувство и напомнил о том, что инструктаж затянулся.
- Я все понимаю Виктор Сергеевич, это мой выбор. Если замечу тройные вспышки красного цвета, то отреагирую единственно доступным мне способом, а именно при помощи контролируемого движения глаз. Два раза от центра в сторону замеченного сигнала. Это значит, что я в порядке. Все верно?
- Да Саша, ты молодец. - подтвердил Тихонов. - Если нет больше вопросов по технической части, то давай я напомню еще раз о твоей задаче. Там куда ты попадешь не будет пространства. Вернее оно конечно будет потому, что так мы привыкли его воспринимать. Но там пространство является частью времени и потому привязано к конкретным моментам. Как ориентироваться и перемещаться в континууме времени-пространства ты уже знаешь. Мы предполагаем, что некоторые события предопределены потому, что являются следствиями уже реализованных причин, которые отследить в обычном состоянии сознания людям не под силу. Но мы считаем, что в измененном состоянии сознания это вполне возможно. Другие события не предопределены и являются лишь возможностью с различной степенью вероятности к своей реализации. Возможность определяется лишь наличием благоприятных условий для реализации конкретного события, которые можно обеспечить, если знать все энерго-информационные взаимосвязи. Однако, как я уже сказал, знать их все не получится, так как каждое следствие будет одновременно являться и причиной для дальнейших следствий. Все связано со всем и так до бесконечности. Происходит постоянный обмен информацией, устанавливаются и разрушаются взаимосвязи, которые в конечном итоге являются энергетической формой взаимодействия. Ведь мы обмениваемся информацией не только благодаря восприятию звуковых волн. Все есть энергия и связанная с ней информация, которая неуничтожима безвозвратно, а лишь трансформирует одно свое выражение в другое. В общем, ты должен найти во времени-пространстве маркеры, связанные с определенными людьми. Мы показывали тебе их фотографии и тебе известны их имена, должности, интересы, индивидуальные особенности и предпочтения. Каждая характеристика, каждое название места и каждое имя - это маркер, который приведет тебя к объекту. Тебе нужно воспринять те же сигналы, которые воспринимают они, запомнить их и передать нам. По этому моменту есть вопросы?
- Нет, мне все ясно. Похоже мы сейчас пытаемся работать на контрразведку Док, что скажете? Тихонов хмыкнул и добавил, - Похоже на то Саша. Все они являются действующими сотрудниками посольства США в Москве. Наши пытаются реализовать подозрения в шпионской деятельности некоторых из них. Твоя задача дать им зацепку. Надеюсь у нас получится.
- И еще один вопрос можно? - прозвучал голос Александра. - Что там насчет восприятия цифр и букв? Вы говорите, что обычно цифры и текст во сне искажаются и получается какая-то белиберда.
- Все верно Александр. Для не подготовленного человека все так и есть. Чем глубже погружение во времени-пространстве, тем больше расхождение с нашим континуумом пространства-времени. Но все же способ непосредственного восприятия зафиксированной в символах информации существует. Специально для этого мы тренировали тебя воспринимать и расшифровывать образы. Прогрессивное образное мышление является альтернативой формально-логическому способу обработки информации. Ведь скорость восприятия информации и ее обработки до степени освоения, это и есть индивидуальное время. Никто из людей не способен видеть настоящий момент времени. Из-за особенностей своего восприятия мы можем фиксировать лишь уже прошлые моменты, хотя продолжаем считать их действительным настоящим. Одного общего времени для всей Вселенной не существует. Это иллюзия, которую творит мозг осознающего существа. Не заморачивайся пока с этим, мы уверены, что у тебя все получится само собой. Стоит лишь оказаться в нужное время и нужном месте. Если больше вопросов нет, то пожалуй можно начинать?
Получив подтверждение Тихонов дал знак помощнику и тот щелкнул переключателем на пульте управления. Тут же в маску Александра Гусева начал поступать газ из смеси кислорода и оксида азота. На экранах мониторов, подвешенных над коконом Александра появились изображения людей, представляющие из себя фотографии, сделанные крупным планом. Изображения менялись, одно лицо сменялось другим с все более увеличивающейся скоростью. Голос Тихонова в наушниках произнес, - Взгляни еще раз на этих людей Саша, пока ты не закрыл глаза. Кто-то из них работает во вред нашей стране. Они постоянно думают об этом. Они боятся быть раскрытыми. Они засыпают и им снятся сны об этом. Ты должен почувствовать этот страх и найти его. Найди их слабое место Саша, ибо мы здесь хозяева. И наше дело правое.
Глаза Александра постепенно закрылись, но он успел почувствовать как чьи то руки сверху одели на него очки и сразу мельтешение фотографий на экранах сменилось мерцанием света, который кружился и сливался в причудливые узоры. Александр совсем уже перестал чувствовать свое тело, как вдруг в наушниках зазвучал голос, который с паузами произносил одни и те же не понятные слова: "двенадцать, сорок два, красный, спокойствие, квадрат, латы, долг, родина, пятнадцать, секунда, круг, бороться, три, дом, зеленый, братство...".
Виктор Тихонов смотрел через стекло, как помощники покидают комнату с коконом. Оставшийся наедине Александр лежал в центре красного света не шевелясь. Камеры работали, медицинская телеметрия поступала на мониторы. Виктор наблюдал как на экране изменяются параметры его мозговой активности. На третьей минуте тело Александра дернулось и динамики в помещении для наблюдения донесли всхрап. Тихонов обернулся на одного из ассистентов за пультом, но тот махнул, мол все в порядке. - Мозг расценивает мышечную гипотонию как угрозу и потому посылает стимулирующие импульсы мышцам. Всхрапывание на определенной стадии засыпания также является нормальным. Сейчас должно пройти. - автоматически ответил на молчаливый взгляд Тихонова ассистент и сразу смутился потому, что Тихонов это конечно знал и сам. Просто видимо желал лишний раз убедиться, что все идет по плану. Один из мониторов отражал показатели датчиков движения глаз, которые были вмонтированы в очки. Тихонову не без труда удалось заполучить одну из передовых разработок для космической отрасли. Предполагалось, что такие очки должны существенно облегчить процесс будущей стыковки строившегося новейшего космического корабля Буран с другими орбитальными станциями. Но к сожалению пока они были слишком громоздкими, а технология до конца не отработана для такой важной миссии. Отчасти благодаря этому группе Тихонова было выделено такое экспериментальное оборудование для того, чтобы протестировать его работу на предмет возможного использования в других сферах. Обратной стороной такой поблажки для Тихонова стала необходимость заполнения еще одного лишнего отчета.
Спустя пять минут, монитор зафиксировал хаотичное движение зрачков Александра, что свидетельствовало о нахождении его в стадии быстрого движения глаз. Что конкретно в этот момент происходило с Александром, никто знать не мог. Оставалось только ждать. Еще через пять минут сна, энцефалограф зарегистрировал повышенную активность дельта ритмов, которые затем постепенно начали смещаться ближе к альфа диапазону. Это означало, что степень осознания Гусева увеличивается и возможен выход на прямой контакт. Прошло уже около двадцати минут и Виктор дал команду на запуск проверочных сигналов. Внутри очков Александра появились вспышки красного света, то в одном месте вокруг каждого глаза, то в другом. Минута прошла без реакции, зрачки Александра двигались хаотично и аппаратура в этих движениях не видела условного сигнала, который можно было интерпретировать за ответ. Прошли несколько повторений из тройных вспышек красных лампочек в очках Александра, прежде чем в помещении разделся предупреждающий сигнал, который заставил всех присутствующих обратить на себя внимание. Одновременно с ним из небольшой щели встроенного электрокардиографа начала выползать лента термобумаги с рисунком диаграммы электрических полей, отражающих работу сердца. Запищал автомат, следящий за общим состоянием оператора. - Внимание медицинскому персоналу, - объявил один из ответственных помощников, - сердечный ритм превысил пределы допустимого, артериальное давление растет, дыхание учащается и становится поверхностным, зрачки сужаются, повышенный риск возникновения индуцированного коматозного состояния. Возможно реакция на действующее вещество. Виктор Сергеевич, какие будут указания? Тихонов не мог поверить своим глазам. "Опять? - думал он, - опять как в прошлый раз? Но этого не может быть, мы же проверили чистоту каждого компонента и его переносимость в составе сыворотки крови. В чем опять просчет?". Тихонов не понимал причины происходящего и впервые не понимал, что делать. "Срочно вытаскивать? Придется что нибудь наврать в отчете про технические проблемы, а потом повторим еще раз" - думал он, но понимал, что делать так очень рискованно. Никто не давал ему гарантии того, что после такого позволят продолжить работу. С другой стороны, вдруг это состояние станет необратимым. Тогда уже нескем будет работать, а этого Виктор допустить не мог. Все эти мысли пролетели в его голове всего за несколько секунд. - Реанимационной команде приготовиться, - твердо скомандовал Тихонов, - Будем возвращать, только не резко, а постепенно повышаем стимулирующие... Посмотрим как отреагирует его организм на это в динамике. В помещении с коконом уже собрались пять человек, которые суетились вокруг Александра, убирая стоявшие слишком близко к кокону камеры и расчищая место для каталки. В случае чего нужно было быстро вытащить его из кокона и переложить на каталку, чтобы транспортировать в более подходящее место. Рядом находился реанимационный кабинет со всем необходимым оборудованием в котором возможно было экстренно сделать Александру гемодиализ крови или подключить к системе искусственной вентиляции легких. Проводить эти действия пока тело Александра находится в коконе, не представлялось возможным. Кое как с тела александра было снято все оборудование и его переместили на стоявшие рядом носилки.
- Наблюдается выраженное угнетение центральной нервной системы, частота сердечных сокращений падает, температура тела снижается, - сообщал голос помощника, который услышал Виктор пока бежал к кокону с телом Гусева. Помочь он конечно Александру в этот момент ничем не мог, но и оставаться в стороне не желал. Уже подбегая к носилкам Тихонов услышал протяжный звук медблока, который знаменовал о самом плохом, что вообще могло случиться.
- Дыхание прекратилось, пульса нет, - отметил кто-то из реанимационной бригады, разрезая ножницами костюм на груди Александра - дефибриллятор! Тихонов с ужасом смотрел на то, как к телу Александра подносят электроды и надеялся, что это поможет сократить сердечный миокард, чтобы восстановить биение. Он даже думать не хотел о том, что будет, если Гусев погибнет. Но дальше память Тихонова, которая никогда его прежде не подводила, вдруг начала давать сбои. Впоследствии он готов был поклясться, что в последний момент, когда утюжки электродов были еще в сантиметре от груди Александра, тот резко приподнялся на полкорпуса и уставился открытыми глазами куда-то в пространство. Все как по команде отскочили от носилок, кто-то зацепил треногу камеры и упал на пол вместе с ней.
- Что за...- непроизвольно вырвалось у Тихонова от удивления и неожиданности происходящего, но ему удалось быстрее всех взять себя в руки. Минуты как будто сжались в секунды. Виктор взглянул на лицо Александра и отметил его неестественность. Губы Александра дрожали, а рот медленно приоткрывался, потом снова закрывался. Экран медблока показывал нитевидные значения, а его тревожный писк не прекращался все это время. Тихонов подумал, что датчик скорее всего отошел и поэтому не может корректно отражать состояние Александра. Быстро схватив со стола фонарик Виктор подскочил к Гусеву и посветил фонариком прямо в глаза. Срачки никак не среагировали, оставаясь в суженном состоянии. Непонятно почему Виктор начал рукой трясти Александра за плечо, как будто надеясь его разбудить. - Саша! Это я, очнись! Виктору показалось, что Александр что-то неразборчиво произнес, а может быть это был просто выдох. Его тело вздрогнуло в последний раз и упало обратно на носилки. Нитевидный показатель на мониторе медблока сменился синусовым, отражая наличие сердцебиения. Кто-то из медицинской группы сделал укол в руку Александра и его быстро покатили на носилках к выходу. Тихонов остался сидеть на стуле в помещении, пытаясь для себя понять, что здесь вообще произошло. А подумать над чем было.
Продолжение здесь.
Начало здесь.
Часть 2 - здесь.
Часть 3 - здесь.