Часть 4. ГХПТУ №42.

С чего начинается Родина?

После 8го класса у меня с папой были конфликты, я решил не напрягать родителей, подал заявление в ремеслуху, чтобы сэкономить семейный бюджет. Конечно форма, хуже чем в армии. Порядки такие же, но зато бесплатный обед. Подал заявление на камнереза. Начитался у своего дедушки Бажова.

Первая встреча с мастерами производственного обучения. Владимир Юрьевич Рысин. Понятно, какой контингент приходит в ремесленное училище (не все), один парень начинает вести себя не совсем так как нужно. Рысин так его одёрнул, что я подумал - А стоит ли быть таким камнерезом? Взял документы и сказал: - “Переложите их в папку ювелиров”. Пытались уговорить меня, но бесполезно. Кстати, много лет спустя, когда я представил свою серию “Эстетика самоцвета” на Губернаторскую премию, самая тёплая, мудрая и профессиональная запись в книге отзывов была от Владимира Юрьевича. Спасибо Вам. Я - ювелир.

Владимир Фёдорович Ветров.

Без него я бы не состоялся как ювелир, художник, личность.

Его фраза: “Володя, бей в одну точку. Я мог бы стать хорошим артистом, боксером, а стал ювелиром. Будь первым в одном деле”. Можно сейчас представить, что Владимир Фёдорович отпустил меня (прикрыл) поступать в КУХОМ, когда я формально ещё учился в ГХПТУ №42? Он просто знал, что я немного другой, чем остальные.

На втором году в ГХПТУ дали задание нарисовать брошь. Я увлёкся работой Бешенцевой из журнала “Работница”, аккуратно её срисовал. Поставили 5. Я Ветрову говорю: “Это не моё”. “Забудь”.

Мощнейшая привика для меня. Не надо воровать чужие мысли. Сделай своё.

Преподаватели.

Почему-то мне кажется, что они были немного другими, чем сегодняшние. И я в том числе. Рисунок. Шубин Анатолий Андреевич. Ставил задачу и почти не вмешивался в процесс творческого познания формы. В крайнем случае, что-то поправлял, но он был такой блестящий рассказчик, что все мы оказывались под его гипнозом и раскрепощались, словно это был сеанс психотерапии. Спецтехнология - Николай Иванович Басманов. Лишь спустя много лет я понял смысл его гениальной фразы: “Драгоценный металл обезличен”.

Если я скажу, что вспоминаю только хорошее об училище, то это будет нечестно. Эти армейско-лагерный построения, тонюсенькие чёрные шинели для нашего уральского климата. Пока доберёшься на трамвае с пересадкой от Уралмаша, это около часа, зимой зуб на зуб не попадает, а тёплую обувь в училище носить было нельзя, только чешки, т.е. ходили практически босиком.

В то время в училище были только специальные дисциплины. Почему-то только наша группа ЮМ-5 почти вся пошла в вечернюю школу при Третьем шарикоподшипниковом заводе. Классной у нас была, конечно, преподаватель русского языка и литературы Нина Фердинандовна Петровская. Не знаю как другие, но скажу про себя: если бы не её чудесная фигурка с выразительной грудью - я вряд ли согласился тратить время на учёбу.

Случай с В.Ф. Ветровым.

Проходил практику на заводе. Заканчивается смена. Парни потрясли портфель В.Ф. - звенит и булькает. Открыли - 3 бутылки водки. Решили подшутить, положили в портфель кирпич (не знаю где нашли). Быстро собираемся. Ветров берёт портфель. Мы смотрим на него “Ого!”. Ни слова не говорит, но чувствует какую-то подлянку. Садится на мотоцикл и уезжает. Группа стояла на остановке трамвая и не просто смеялась, а ржала.

Ремесленники блин.

Постоянно ходили всей группой в походы по Уралу, то на Азов-Гору, то на Гумёшки, то на Песчаное озеро. Училищу выдавали бесплатные билеты в Оперный театр, театр Музкомедии. Благодаря Владимиру Фёдоровичу и поддержке государства мы получили макисмум из той программы обучения, которая была принята.

Как-то на занятиях в мастерской, ещё на первом курсе, было задание - выполнить квадратный фигурный каст с подпайкой, а так как мой верстак был далеко от мастера - то я по-видимому что-то не расслышал, недопонял и решил сделать его цельным, без пайки.

В результате - отмечен. Смотрите, Устюжанин пошёл по более сложному пути. Я не стал убеждать его в обратном.

Кроме стандартной программы, мы выполняли сложные авторские работы Владимира Фёдоровича. Помню свою первую реакцию на предложенный эскиз. “Да мне никогда этого не сделать”. “Ничего, сделаешь”. Брошь “Лето” 1970 г. получила Бронзовую медаль ВДНХ.

Сейчас моё родное училище преобразовалось в Уральский техникум “Рифей”.

В 2016 г. я вынужден был по состоянию здоровья закончить практическую деятельность (проблемы с глазами). Поэтому решил отказаться от творческой мастерской, а всё оборудование, в том числе уникальные инструменты подарить училищу.