Участившиеся атаки украинских беспилотников на московский регион оживили интерес к этому виду оружия, которое активно используется в зоне специальной военной операции. Беспилотные летательные аппараты, снабженные системами разведки или несущие взрывчатку, доставляют огромное количество проблем сражающимся по обе стороны фронта. О том, каким парком БПЛА располагает сегодня противник, о самоделках, солдатской хитрости в борьбе с летающей смертью и о том, почему, несмотря ни на что, специальную военную операцию нельзя называть «войной беспилотников», «Парламентской газете» рассказал депутат Государственной Думы и глава «Союза добровольцев Донбасса» Александр Бородай.
БПЛА всех форм и размеров
- Александр Юрьевич, насколько активно беспилотная авиация сейчас используется в зоне СВО?
- Многого я рассказать, конечно, не могу по понятным причинам. По поводу того, как борются — в основном средствами РЭБ, радиоэлектронной борьбы. Их существует много разных, эффективность у них тоже разная. Да и противник не сидит сложа руки, а учится их обходить — меняет частоты, например, на которых работают беспилотники.
Что касается самих беспилотников, то их у противника тоже много. И они тоже все разные, заточенные под выполнение конкретных задач. Есть, например, большие «крылья», которые обычно подолгу висят над нашими позициями, в том числе в тылу. Есть маленькие типа DJI Mavic, которых просто тучи и которые могут оснащаться тепловизорами и использоваться для разведки и корректировки огня. Вот это последнее часто, к сожалению, оказывается эффективным.
- Мы сейчас говорим о БПЛА самолетного типа или о квадрокоптерах тоже?
- Есть много квадрокоптеров со сбросом. У противника, например, есть самодельные квадрокоптеры «Баба Яга» — большие и тяжелые, способные нести на себе одновременно по восемь минометных мин. Плюс появилось большое количество дронов-камикадзе, которые способны точно прицеливаться, и используются они в первую очередь для уничтожения не живой силы, а техники. На них — как правило, на лобовое стекло, фаркоп, специально для этого усиленный — вешается дополнительная взрывчатка, и совокупной мощности таким образом оказывается достаточно для того, чтобы разнести машину вдребезги.
- В начале СВО очень много писали о самодельных дронах, изготовленных чуть ли не из игрушечных квадрокоптеров. Они и сейчас есть или процесс окончательно вышел на заводские рельсы?
- Нет, самоделки никуда не делись. Та же «Баба Яга», как я уже говорил, самодельная. Просто установить на обычный квадрокоптер устройство сбора несложно и недолго, поэтому производство этих самоделок уже вышло на промышленный уровень. Но и у нас все то же самое происходит. И все те же самые системы и конструкции мы точно так же имеем на вооружении. И операторы профессиональные у нас есть. Поэтому ситуация получается двусторонняя — их беспилотная авиация доставляет много проблем нам, а наша авиация — им. Причем не только на самой линии боевого соприкосновения, но и на подходах к ней, куда очень затруднена доставка вооружения и боеприпасов и ротация личного состава.
Не двигаться, в большие группы не собираться
- Реально ли сбить дрон из стрелкового оружия, автомата например?
- Реально, но нечасто получается. Во-первых, нужно, чтобы дрон низко завис — сам или при «помощи» антидронового ружья. Во-вторых, важна кучность и плотность огня. Автомат в этом плане как раз одна из наименее эффективных вещей — обычно используются пулеметы или дробовые ружья. Ну и, наконец, надо помнить, что оператор дрона все видит. Так что, когда солдат отстрелялся, ему нужно как можно быстрее с позиции уходить, потому что ее может тут же накрыть артиллерией.
- А что касается средств ПВО? Есть ли они и если есть, насколько эффективно себя показывают?
- Эффективность их, как и эффективность средств радиоэлектронной борьбы, постоянно меняется, потому что появляются какие-то новые методы, хитрости, приемы и так далее, сами БПЛА технически совершенствуются. И у нас, и у них.
- Есть ли какие-то солдатские хитрости в борьбе с беспилотниками?
- Хитрость очень простая. Если ты слышишь дрон, то самое эффективное поначалу — просто замереть. Потому что если ты находишься, например, в посадке, то он тебя может просто не заметить. Ну и самое важное — не скапливаться на линии боевого соприкосновения большими группами. А у нас до сих пор с этим большие проблемы. Я мог бы даже привести конкретные примеры, но делать этого не буду.
- Корректно ли называть СВО «войной дронов», как это делают некоторые эксперты и аналитики?
- Нет, главной силой БПЛА не стали — стали вспомогательной. Главной силой остается ствольная артиллерия. И большую часть потерь и наши войска, и войска противника несут именно от нее.