Сотрудничество в интересах обеих стран, поскольку каждая может предоставить другой то, чего ей не хватает, убеждены в Carnegie Foundation.
Неожиданный для врагов визит министра обороны РФ Сергея Шойгу в Пхеньян заставил аналитиков Фонда Карнеги проанализировать, какие неприятные Западу последствия эта поездка может дать.
Нельзя сказать, что у них это получилось. Например, статья корееведа Федора Тертицкого сводится к выводу, что ничего не понятно. Но есть большая вероятность серьезных изменений в динамике отношений России и КНДР.
Сейчас, подчеркивают в Carnegie Foundation, Россия фактически не является союзником Северной Кореи, в отличие от Советского Союза в прошлом. Несмотря на все усилия Пхеньяна по диверсификации своих торговых отношений с Китаем, экономических связей между Россией и Северной Кореей практически не существует.
Внешнеполитические заявления КНДР по российскому направлению как правило являются комплиментарными, причем нет ничего, что указывало бы на то, что Пхеньян получил что-либо от Москвы в обмен на ее поддерживающую риторику. В 2014 году Северная Корея стала одной из немногих стран, признавших Крым российской территорией — по мнению Carnegie Foundation, за этим стоит желание получить какой-то экономический стимул. Но ничего подобного не последовало, добавляет Carnegie Foundation со ссылкой на интервью посла РФ в Северной Корее Александра Мацегору.
Правда, интервью посла было в целом посвящено другим вещам. В нем, например, подчеркивалось, что КНДР одна из немногих стран, которая может позволить себе проводить абсолютно независимую внешнюю политику.
«Пусть это звучит в наши сверхпрагматичные времена неправдоподобно, но Пхеньян на международной арене всегда поступает по совести, так, как он считает было бы правильно», — сообщил посол РФ.
Относительно признания КНДР Крыма российским, посол отметил, что «северокорейцы не выставляют нам счета после каждого голосования в нашу пользу в ООН или на любой другой международной площадке».
Из того же интервью следует, что есть большие перспективы сотрудничества КНДР и республик Донбасса. КНДР может предоставить способных работать в самых сложных условиях строителей, получая взамен продукцию Донецкой и Луганской областей РФ.
Практически на всех предприятиях черной и цветной металлургии, транспортного машиностроения и электроэнергетики, построенных в КНДР при советском техническом содействии, до сих пор остается в эксплуатации оборудование, выпущенное Славянским и Краматорским заводами тяжелого машиностроения. Корейские партнеры весьма заинтересованы в изготавливаемых там запасных частях и агрегатах, в обновлении своей производственной базы.
Имеется очень широкая номенклатура товаров, которыми регионы России и КНДР могут обмениваться между собой. Так, во времена СССР одним из основных массовых грузов, поступавших в порт Мелитополя был корейский магнезитовый клинкер, использовавшийся в качестве огнеупорного материала в доменных печах всех металлургических комбинатов региона. В свою очередь в КНДР отправлялись донецкий коксующийся уголь и пшеница.
Все эти ресурсы и группы товаров актуальны, и могут поставляться в промышленных объемах.
Carnegie Foundation пишет об отсутствии убедительных доказательств того, что Северная Корея отправляет в Россию боеприпасы — хотя это вполне возможно: военная индустрия Северной Кореи высокоразвита, артиллерия играет ключевую роль в оборонной доктрине страны.
Не исключено, полагают в Фонде, что визит Сергея Шойгу в Пхеньян был «по крайней мере, частично» реакцией на визит президента Южной Кореи Юн Сук Еля в Киев в июле.
Но, считает Carnegie Foundation, какими бы разнообразными ни были изменения, происходящие в стране, они почти всегда заканчиваются возвращением к статус-кво. Поэтому вполне возможно, что визит Шойгу в Пхеньян окажется простой формальностью. При этом нельзя полностью исключать, что «на этот раз все будет по-другому, потому что упомянутое предполагаемое сотрудничество, похоже, отвечает интересам обеих сторон». На данный момент трудно что-либо предсказывать с уверенностью.
Несмотря на полное отсутствие конкретных выводов, Carnegie Foundation правы в том, что динамика развития российско-северокорейских отношений не вполне соответствует геополитической ситуации. Сотрудничество могло бы не только помочь скорейшему восстановлению Донбасса, но и решить проблему локального затоваривания российских агропроизводителей из-за санкций и блокад. Северная Корея нуждается в зерне ненамного меньше голодающей Африки, а в текущих, в основном позиционных, боях, возможность не считать снаряды и правда будет не лишней.
Не стоит недооценивать cтратегический эффект от партнерства с КНДР. Как минимум, США придется тратить больше внимания и денег на свой контингент в Южной Корее и Японии, если у Пхеньяна появятся передовые военные технологии, которыми Москва вполне может с ним поделиться.
Подписывайтесь на Телеграм-каналы Института РУССТРАТ и его директора Елены Паниной!