До двадцати шести лет у меня не было домашних животных. Если не считать болотную черепашку, размером с олимпийский рубль, которую папа нашел на дороге, и которую благополучно выпустили мой брат и прабабушка, пока я пребывала в пионерском лагере. Не принято было у нас в семье держать живность на десятом этаже многоэтажки. Возможно, причина была еще в том, что мама не сильно доверяла нашим с братом клятвам, что только мы будем гулять и ухаживать за питомцем. Соответственно, дожив до почти конца второго тысячелетия, не буду углубляться, как она у нас появилась и вследствие чего, но в феврале 1999 года в нашей семье прибавился член семьи. Для моего мужа это была уже энная кошка, так как его мама была кошатницей, для меня первой и, как выяснилось, это стало любовью навсегда.
Кошка была не обычная, порода называлась «тайский» или «меконгский бобтейл». По виду это была сиамская кошка, традиционного окраса, но хвостик у нее был, как будто бы купирован, но это только на первый взгляд. На самом деле хвостик у нее был коротким от рождения, но еще он был слегка закручен в крючок. Из-за того, что у кошки не было длинного хвоста, задние лапы казались или действительно были длиннее передних, от чего зверюга была похожа на зайца. Купили мы ее на «птичке», еще на старом месте, на Таганке, у каких-то забулдыг за сто пятьдесят рублей. По меркам того года — это было 25 литров бензина. Киса была маленькая, немногим больше месяца, ей бы еще с мамкой побыть, но обстоятельства диктовали другие жизненные правила. Несмотря на все жизненные трудности, Симона, как мы ее назвали, все-таки вытащила счастливый лотерейный билет, попав жить к нам, потому что она автоматом стала нашим ребенком, и, надо вам сказать, прожила долгую и интересную жизнь, почив в бозе на двадцать первом году жизни.
Теперь наша жизнь была неразрывно связана с этим пушистым комком, хотя поначалу особой пушистостью Симка не отличалась. Она была очень гладкая и тощая, мяса в ней было совсем немного, весила она граммов пятьсот, не больше. Нам еще предлагали взять ее брата, до сих пор жалею о том, что разлучили их и не рискнули взять двоих. Мне было вообще страшно, как же я буду, в принципе, с кошкой одной, а тут две. Хотя все познается в сравнении, где одна кошка, там и две, а то и четыре. Но для этого должно было пройти двадцать лет, чтобы я наконец поумнела.
Сиамские кошки — существа уникальные, по виду они напоминают кошек, а на самом деле в них совмещена и кошка, и собака, и даже человек. Они настолько привязываются к своим хозяевам, что даже короткая разлука приводит их в полное уныние. Вроде бы, говорят, кошке там дом, где ее кормят. Ничего подобного, если речь идет о сиамцах-тайцах, только роль личности в истории движет этими пушистыми созданиями, они, порой, не откажутся принять лакомство из рук чужого человека, но пойдут следом только за своими.
Когда не стало Симы, мир опустел в одночасье. Это было невероятно, я хоронила родных, друзей, но я никогда не хоронила кошку. Кошка была ребенком и членом семьи, она тихо остывала на подушке на стуле. Мы втроем стояли и рыдали навзрыд, ребенок принес валторну и сыграл прощальную отходную для любимицы, которая была старше его на три с половиной года. Есть такое понятие, ты еще маленький, когда кот старше тебя. Так вот 14 июля 2019 года наш сын, Игорь, стал старшим ребенком в семье. Сима нянчила его, когда он был совсем малышом. Когда он ворочался в кроватке, она прибегала к нам на кухню в нашей «гигантской» однушке, чтобы сообщить о том, что ребенок требует содействия. Да что тут говорить, она начала бдеть за Игоряшей, когда он был еще у меня внутри, два последних трудных месяца мы провели с Симкой вдвоем. Я не знаю, что она чувствовала, осязала ли она малыша во мне, но я точно знала, что она охраняла меня. Она ложилась вдоль моего огромного живота и урчала.
Через неделю мы поехали смотреть новых котов. Я как-то быстро нашла их на Авито, вероятно, они должны было найтись, и они ждали нас. В этот раз их должно быть двое, чтобы им было не скучно. Мы нашли их, это оказались две очаровашки, тайцы с короткими хвостиками, брат и сестра. Они, в отличие от Симочки, выросли в хорошей семье с мамой и папой, до трех месяцев. Это было так трогательно, когда папа вылизывал и оберегал дочку. Маму звали Ассоль, а папу Грей. Симочка переселилась в них. Они совсем другие, но они коты, которые любят нас и живут с нами, потому что им с нами хорошо, наши Симочка и Рикс.
Теперь я постоянно просматриваю объявления о продаже, отдаче котов, поиске пропавших, рыдаю, хочу всех забрать к себе, готова прибить каждого, кто выбросил или обидел кота, в общем, эта любовь теперь навечно со мной в моем сердце.
А сегодня я собиралась утром уезжать по делам, стою и глажу утюгом блузку, прибегает моя манявка Сима, в зубах что-то серо-коричневое. Два варианта: либо мышь, либо воробей, кладет мне под ноги, и это взлетает, как Першинг-2, извините, у меня было сложное детство. Выясняю, что моя красотка очень деликатно зацепила воробушка, буквально мягким прикусом, видимо, хотела похвастаться. Спасенная душа сначала взмыла на карниз со шторами, затем на шкаф, потом я, взяв швабру, препроводила пернатого счастливчика на выход через окно. Коты слегка прифигели, были заперты до вечера. Сказала, что они наказаны за невосторженный образ мыслей, Что они там крутили в своим умишках, сказать трудно, думаю, легли спать...