ПостУкраина и «черная дыра» общества

В основе теории КВойн лежит культурно-медийная трансграничность современного мира. В нашем случае кризис усугубляется глубокой втянутостью обществ в конфликт. Если бы СВО проходила в Сирии, а еще лучше в Африке, - вам был бы малоинтересен этот текст.

На уровне политэкономии - это обычный колониальный империалистический конфликт, а на уровне культуры и популяции - глубокая трагедия и взаимное истребление практически неотличимых людей.

Стихия и личность

Конфликт, который проходит внутри одной культуры, становится гражданской войной, когда непонятно, где проходит граница даже внутри одного человека.

Гражданская война - это переход общества в состояние стихии. Но стихии особой - той, которая может затягивать отдельно взятого человека, после чего с ним происходят малобъяснимые вещи.

Самый яркий пример - Дарья Трепова - питерская убийца Владлена Татарского, которая никакого географического отношения к Украине не имеет.

Трансграничность медиасреды затягивает политизированного гражданина. Это напоминает известный эффект "черной дыры", понимаемый нами как сложное явление в космосе, которое затягивает в себя различные объекты. После чего объекты либо разрушаются, либо живут какой-то парадоксальной жизнью, которая практически не изучена.

Война (особенно гражданская) внутри одной культуры порождает схожий эффект в обществе.

Большинство горожан политизируется, и часть общества начинает источать энергию ненависти. Такие горожане попадают в "черную дыру" - их затягивает к себе подобным.

Тогда вчерашний обыватель уже не может остановить самополитизацию - острые эмоции начинают воспроизводиться и ненависть требует постоянно выплеска. Личность становится частью "черной дыры".

Многоликая постУкраина

В теории это кажется довольно понятным, но на практике жизнь города меняется после гибели первых гражданских от "прилетов с неба". Осознание, что теперь твоя жизнь может закончиться в одну секунду, и ты на это не можешь никак повлиять - сильно меняет человека. Ладно твоя жизнь, а если родных и близких? Ладно жизнь, а если на всю жизнь инвалид и обуза?

С моей точки зрения ПостУкраина - двоякое понятие.

1. ПостУкраина как государство - это головоломка, которую предстоит разобрать и собрать заново. Что именно получится - не знает сейчас никто. Сначала надо демонтировать управленческую надстройку и вооруженную массу, а это задача для государства России не на один год.

2. ПостУкраина как общество - это дезорганизованные, отчаявшиеся и озлобленные коллективы и сограждане. Общество находится в состоянии постоянного распада и возникновения небольших общин. Поэтому расцветают банды, ОПГ, секты, благотворительные фонды, активисты, гадалки, блогеры и вера в чудеса.

Состояние постУкраины - это внутреннее состояние каждого человека в зоне СВО и окрестностях.

Также в состоянии постУкраины могут находиться родственики и друзья тех, кого призвали или ушедших добровольно.

--

Исхожу из того, что постУкраина как общество будет только расширяться. Тенденций к сужению не наблюдается.

Следовательно, в городах, которые попадают в зону дистанционного поражения, будет происходить особая политизация общества. Если эта реакция будет неуправляемой, то может быть крайне деструктивной. Также при неправильной политизации неизбежна нацификация: будут появляться "свинорезы" и зигуны, но типа "свои".

Как провести политизацию общества в условиях расширения постУкраины? Вот действительно нетривиальная задача.

Если же политизацию пустить на самотёк, то еще неизвестно, кто эффективнее умопомрачит общество: оппоненты с его ЦИПСО или отечественные пропагандисты и ЛОМы с эмоциональной хуцпой, замаскированной под патриотические чувства. Особенно, когда наступит этап внутривидовой борьбы против тех, кто "раскачивает лодку".