Было это давно. В году…, страшно сказать, в каком году! Я тогда только-только 1-й курс на журфаке окончил. И был у меня в приятелях одногруппник с Урала. Звали его Павликом. Вот мы сессию сдали. Павлик говорит мне:
- Поехали на каникулы ко мне на Урал! У нас там природа! Во! Грибы всякие, ягоды, и трава по пояс! Пойдем с тобой на речку хариусов лучить.
- А что это такое - хариусы? И почему их лучить надо? – спрашиваю.
- Ну, хариус – это рыба. А ловят её не на удочку, а острогой, то есть, гарпуном, ночью, и на лодке. Поскольку ночью ловят, то подсвечивают фонариком. Рыба на свет сплывается – тут её острогой и хряпают. Очень интересное дело!
Ну, я и согласился поехать на Урал. Стипуху получили, матушка мне еще на дорогу подбросила. И поехали.
Как мы добирались до Павликова дома, это особая история. Как-нибудь потом расскажу. Сейчас я про баню рассказываю.
В общем, живет Павлик с матерью и отцом в каком-то Задрипанске, который состоит из железнодорожной станции и поселка. Станция на горе находится, а поселок с горы спускается прямо к речке. Станция и поселок – это как два разных государства. На станции живут, в основном, приезжие работяги, а в поселке – местные рыбаки да охотники. Опять же, на станции находится контора леспромхоза, а в поселке - контора лесхоза. Павлик сразу меня просветил насчет разницы между лесхозом и леспромхозом. Это две конкурирующие и враждующие фирмы. Лесхоз занимается охраной и разведением леса, а леспромхоз, наоборот, этот лес вырубает и отправляет либо по железке, либо сплавом весной по речке, когда большая вода. Павликов отец работал начальником участка в лесхозе. Поэтому семья жила в поселке. То есть, за тридевять земель от станции.
Ну, мы на стации вышли из поезда и пошлепали в поселок. Пешком, разумеется. Автобусы и всякий общественный транспорт в поселке этом отродясь не водился. Там, кстати, и личного транспорта в виде легковых машин не встретишь. Ну, разве только у очень крутых пацанов. А так - все больше мотоциклы, трактора да лошадки. И вовсе не потому, что дорог там нет хороших. Их там и впрямь нет. И вовсе не потому, что людям неохота строить, или средств на эти дороги нет. Просто дороги (в нашем с вами понимании) там вовсе не нужны. Зачем? Там же на полгода все пути-дороги замерзают. Расчищаются зимники, и, пожалуйста – лучше всякого шоссе.
Нет, ну, между крупными городами, естественно, имеются нормальные дороги: бетонки или гравийки. А мелким поселкам они к чему? Все поселки на Урале изначально лепились либо возле реки, либо возле железнодорожной магистрали. В крайнем случае, к какому-либо отдаленному поселению протягивалась узкоколейка.
А вот что в обязательном порядке должно быть у всякого хозяина на Урале, так это ружье, бензопила и моторка. Или, в крайнем случае, весельная лодка.
Ну, это я вам так, для общего представления об Урале рассказал.
Короче, приползли мы с Павликом к нему в дом. Мать нас встретила, накормила, напоила. Отдохнули малость, пошли окрестности осматривать. Природа действительно хороша.
На другой день опять пошли в лес и на речку. Ночью Павлик показал мне, как надо хариусов лучить. Хариусов мы не налучили, а гарпун в речке утопили и сами чуть было вслед за ним не нырнули. Впрочем, вряд ли мы в этой речке утонули бы. Летом речка здесь, как и все остальные мелкие притоки Чусовой, весьма мелководны. По весне, когда только-только лед сойдет, речки эти – страшное дело! Глубокие, быстрые, по-настоящему опасные. Но мы-то с Павликом уже в июле приехали. На мелководье и на перекатах речку эту и курица вброд перейдет. А на заводях – ничего, и купаться можно, и рыбу ловить. Ну, мы пару дней с Павликом покрутились по лесу и на речке, по поселку побродили, а потом Павлик говорит:
- Пойдем на станцию. Там я тебе такое чудо покажу. Ты сроду такого не видал.
- И что же это за чудо?
- Баня. Это, брат, наша местная достопримечательность. Поставили её ещё в шестидесятых годах, когда строили от нашей станции узкоколейку к горно-обогатительному комбинату. Потом уж и станцию новую построили, и новое депо, и нормальную колею к комбинату сделали, а баню эту оставили в первозданном виде как памятник.
- Чем же эта баня прославилась?
- А вот посмотришь сам и поймешь.
Пошли на станцию.
Деревянный сарай, который станцией называется, прошли, потом то прошли, что принимают за депо. Идем по шпалам вдоль полотна к тупику. И уже в самом тупике предстает перед нами нечто невообразимое. Представьте себе паровоз. Старый-престарый паровоз на рельсах стоит. Специально Степану рассказываю: паровоз – это такое средство передвижения по железной дороге, движущееся с помощью пара.
- Знаю, знаю! – замахал Степка руками. Видел я на картинках и в кино.
- Вот и прекрасно! Как известно, паровоз состоит из огромного котла, который впереди, словно огромное пузо, выпячивается. А над этим пузом возвышается в виде головы большая труба. Внизу тоненькие изящные ноги-колеса упираются в рельсы, по которым паровоз бегает. За котлом располагается топка, которая греет воду в котле, а за топкой – кабина машиниста и его помощника. Тут же и кочегар, который кормит топку углем. За кабиной идет тендер, в котором хранится запас угля, воды и всего, что нужно паровозу.
И вот стоит перед нами этот старик: пузо выставил, трубу гордо поднял: ни дать не взять – заносчивый франт красуется перед публикой. А рядом с ним, прямо к паровозу притулившись, уселась приземистая черная изба, точно клуша, крылья, лапы и хвост прижала – и сидит. И сделана эта избушка вся исключительно из одних шпал. Стены – шпалы, крыша и пол – тоже шпалы. Двери, правда, настоящие. Но Павлик объяснил, что двери эти уже потом приделали. А поначалу вход в избушку куском брезента прикрывался.
- Что это такое?! - изумился я.
- Это и есть баня!
- А почему рядом с паровозом?
- Да потому, что из паровозного котла в баню кипяток с паром доставляется. Там от котла через стену трубу провели. Топку в паровозе затопили, вода в котле закипела, кран повернули, и вода прямо в баню потекла. Закончится в котле вода, паровоз по рельсам к водокачке подгонят, водой котел наполнят и опять к бане доставят. Купайся и парься хоть целые сутки за милую душу!
- Здорово! – говорю. – Кто же всю эту прелесть соорудил?
- Да рабочие, которые дорогу делали. Понимаешь, когда начали строить узкоколейку, станции здесь еще не было. И депо уже потом здесь построили. Здесь вообще еще ничего не было. Поселок от железной дороги далеко, местность гористая. А на этом самом месте и вовсе скалы были. Лес со всем его стройматериалом отсюда за тридевять земель.
Ну, рабочих на стройку пригнали, поселили кого в бараке, кого в палатках. О бане, конечно, никто и не подумал. А рабочему человеку без бани как? Решили мужики сами себе баньку сварганить. За бревнами далеко тащиться. Да и доставить не на чем. А шпал сюда навезли столько, что и на три таких дороги хватило бы. Вот рабочие и решили из этих шпал баню поставить. Баню смастерили. А из чего печку делать? Где котел со всякими причиндалами доставать?
А тут вместо старого паровоза новенький мотовозик из Чусовой пригнали. Он на дизеле работает. Ну, а паровоз куда? Не на металлолом же сдавать! Тут кто-то и сообразил, что можно паровоз для банно-прачечного дела приспособить. Вот так и приспособили.
- А сейчас эта баня функционирует?
- Вполне! Только в этом году кочегар по пьяному делу в бане задохнулся, а нового пока еще не нашли. Ну, баня временно не работает.
- Что, слишком уж кочегарское дело сложное, что не могут найти специалиста?
- Да какое там сложное? Просто прежнему кочегару не оплачивали его работу. Теперь задарма кто пойдет работать?
Продолжение следует…