– Вы согласны с тем, что Илье надо продолжать катать его космический контент? После чемпионата миры начались разговоры об отказе от того же четверного акселя.
– Да. Понимаете, он же сам так хочет, сам на это идет – хотя его все вокруг и отговаривают. Родители против, руководители федерации против, даже судьи в частных разговорах ему советуют упростить контент. А я, получается, единственный человек, который за.
– Потому что нельзя сдавать назад?
– Потому что все зависит от калькуляции. У него еще есть время все привести в порядок, а сейчас самый подходящий момент пробовать. Другой вопрос, что тут надо очень четко посчитать, когда надо заканчивать эксперименты. И в этом ему и может быть нужна помощь. Потому что это очень сложно, он пионер в том, что хочет исполнить.
– Стратегию вы с ним уже обсуждали?
– Ее мало обсудить, ее надо придерживаться. А тут, конечно, есть определенные сложности. Он парень очень амбициозный и увлекающийся. Это, кстати, здорово, но было бы спокойнее, если бы он экспериментировал в непосредственной близости от меня, хаха. Мне очень хочется, чтоб он свой шанс не упустил, он же уникум.
– Когда вы его увидели, сразу этот уникальный потенциал рассмотрели?
– Нет. У меня есть знакомый, который как раз умеет видеть что-то в детях. И он мне Илью и притащил на каток. Говорит: посмотри, интересный парень. А я, видимо, тогда был полностью погружен в Нэтана, мне не до этого было.
– Сколько Илье тогда было лет?
– 9 или 10, совсем маленький, мало что умел. А вот потом, когда мы начали работать вместе, я все про него понял, в работе он раскрылся, – рассказал Арутюнян.
