Предыдущая сцена (сцена 11/18), 1 серия 2 сезона (сцена 1/18), 2 серия 2 сезона (сцена 1/18). 3 серия 2 сезона (сцена 1/18). 4 серия 2 сезона (сцена 1/17). 5 серия 2 сезона (сцена 1/18). 6 серия 2 сезона (сцена 1/17).
Высокое Сердце.
На закате остатки войска погибших лордов Розовой Девы - Петира Пайпера, и Приюта Странника - Тристана Венса, сплочённое межевым рыцарем Гарри Пенни и сиром Пейтом Убийцей Львов, поднялось на высокий холм.
- Высокое Сердце, сиры и не сиры, - говорит Пейт отряду позади себя, поднимающемуся на холм следом за лучником.
Солдаты в отряде измождены. Едва поднявшись на высокий холм, многие из них валятся на землю, кто где стоял.
- А где же призраки, Джо? - с искреннем разочарованием спрашивает Гарри Пенни высокого рыцаря по имени Джоакин. За собой межевой рыцарь выводит на холм своего коня за уздцы. - Ты все уши мне о них пожужжал, а здесь, кроме десятков старых пней, ничего и нет.
- Они показываются после темноты, - говорит Джо, настороженно оглядывая неровный холм.
Рыцари разбредаются по холму.
- Найдите хворост, - велит Пейт. Многие его слушаются и отправляются на поиски сушника для костра.
- Только смотрите, чтобы это были обычные ветки, а не от чардрев, - кричит вслед уходящим воинам Джоакин. - Иначе призраки детей леса отомстят нам.
- Глупые суеверия, - говорит один из воинов, располагаясь на земле.
- Не сказал бы, - говорит Гарри, стоящий поблизости и разглядывающий один из пней. - Кто-нибудь видел, чтобы старые срубленные деревья всё ещё давали сок?
В свете заходящего солнца солдаты разглядывают ближайшие пни.
- Этот кровоточит, - доносится с одной стороны.
- Эти - тоже, - доносится с другой.
- Тут все пни текут, - говорит третий.
Повисает гробовое молчание. Все разглядывают красные потёки, сочащиеся из сруба дерева и стекающие по широким обрубленным останкам стволов. Гарри Пенни озвучивает общую мысль:
- Жуть.
- Они всё ещё живые? - испуганно спрашивает кто-то.
- Колдовство.
- Это знак, - говорит Джоакин. - Пни говорят, что прольётся кровь, и она будет нашей.
- Это просто деревья, - говорит кто-то неуверенно. - Не нагоняй жути.
- Это древние чардрева, - говорит Джоакин с трепетом. - Может быть, даже древнее самого мира.
- Не может такого быть...
- Когда-то здесь было святилище Детей Леса, - продолжает Джо, - но андалы вырубили его вместе с ними.
- Это заколдованное место, - взволнованно говорит один из солдат.
- Нужно уходить отсюда, - говорит другой.
- Куда уходить-то? Ночь скоро.
- Это самая большая возвышенность в округе, - говорит Пейт солдатам. - Здесь мы можем не опасаться, что враг подкрадётся незамеченным.
- Верно, - кивает Гарри. - Отсюда вся плоская местность вокруг как на ладони. Здесь и заночуем.
Возвращаются сборщики хвороста. Пейт велит им разводить костёр в большой яме под торчащими во все стороны корнями огромного пня, наполовину вывороченного из земли.
- Не стоило бы нам жечь здесь костров, - предостерегающе говорит Джоакин Пейту.
- Мы только приготовим пищу и тут же его потушим, - обещает Пейт.
Джо лишь неодобрительно покачивает головой и уходит к остальным солдатам, помогать им разбивать лагерь.
Гарри тем временем сбрасывает на землю тушки мелких животных, привязанных к луке седла.
Подписывайтесь на канал и ставьте лайки, если вам понравилось. Ваши лайки и подписка очень помогают развитию канала.
Ночь.
- Я думаю, нужно дать последний бой, - говорит Гарри, окружающим его воинам.
Солдаты сидят вокруг пылающего костра в большой яме под корнями белого пня. Те, кому не нашлось места внизу сидят наверху на краю ямы. Все с удовольствием поедают приготовленную дичь.
- Здесь отличное место, - продолжает уговаривать воинов Гарри. - Отсюда лучники могут вести обстрел врага, а мечники смогут рубить их с высоты. Мы сможем продержаться достаточно долго.
- И зачем нам тут продерживаться? - спрашивает кто-то. - Никто не придёт нам на помощь. Мы здесь просто погибнем.
Некоторые согласно кивают.
- Зато мы погибнем с честью, - говорит Гарри.
Согласно кивающих становится в разы меньше.
- Здесь мы найдём только сою смерть, - говорит Джоакин.
Согласны с ним почти все. Только Пейт, с задумчивым видом стругающий стрелы, воздерживается от кивка.
- Гарри прав, - вдруг говорит Убийца Львов. - Отсюда мы могли бы вести прицельный обстрел.
Все взгляды направлены на него. Многие из них хмурые.
- Они бросят конницу вперёд и растопчут нас, - говорит кто-то.
- Они остерегутся нападать конницей, опасаясь новых кольев и ям, не считая десятков стрел, которые могут убить животное ещё на подъёме.
- Всех мы их не перестреляем, - говорит кто-то из лучников.
Пейт кивает.
- Но зато продадим свои жизни подороже, - вставляет Гарри бравым тоном, но никто не разделяет его воодушевления.
- Я бы предпочёл придержать свою жизнь и не продавать её, - говорит кто-то.
Остальные согласно кивают.
- Я устал бежать, - говорит Гарри. - Лучше я умру с мечом в руках, чем заколотый копьём конника в спину.
- Если мы все разбежимся кто куда, за нами не погоняться по одиночке. Мы можем пойти на север или юг. Главное не в сторону Харренхолла и не большим отрядом.
Окружающие поддерживают говорившего и начинают решать, кто куда пойдёт.
- Я останусь здесь и буду сражаться, - говорит Гарри, и подбородок его упрямо выпячивается вперёд. - Мы должны защитить нашу землю от захватчиков.
- Я, пожалуй, тоже останусь, - вдруг говорит Пейт. - Ланнистеры никакие не захватчики. Не одичалые из-за Стены и не иные из сказок. Они такие же люди, как и мы. У них полно своих земель и не нужны им новые. Войны всегда разбивают королевство на части и всегда гибнут люди. Молодые раньше стариков. А я прожил хорошую жизнь. Пора заработать и хорошую смерть.
Гарри благодарно кивает другу.
Некоторые из солдат говорят, что с рассветом уйдут. Другие пока воздерживаются от каких-либо решений. Но есть и те, кто как и Гарри с Пейтом соглашаются остаться и участвовать в безнадёжной битве. Среди таких оказывается и Джоакин.
- Моя примете всегда спасала меня в безнадёжных битвах, - говорит он. - Может быть, выручит и в этот раз.
Раздаются несколько хохотков солдат вспомнивших, как они мочились в свои доспехи перед последней битвой.
Поздняя ночь на Высоком Сердце.
Поздней ночью, когда большинство воинов расходятся спать по округе или укладываются прямо у догорающего костра, а дозорные отправляются в дозор, в большой яме бодрствующими остаются Гарри, Пейт и Джоакин.
- А ещё я слыхал, - говорит Джоакин, - что Дети Леса умели творить страшное колдовство. С его помощью они творили страшные казни. Андалам, которые попадались им в руки, они рубили головы и с помощью тёмной магии не давали им умиреть. Потом они сажали головы вот на такие срубленные пни, - Джо кивает на выкорчеванные пень, - и кровь дерева соединялись с человеческой. Живая голова прирастала к пню. Она продолжала жить, пока сам пень жил, и его корни питали его.
Джоакин сам и трясётся в страхе от своих же слов.
- Ты себя пугаешь сильней чем нас, друг, - усмехнувшись, говорит Пейт.
Видно, что ни старик, ни межевой рыцарь не верят словам Джо.
- Как тут не испугаешься, зная, что такие ужасы возможны, да видя те "кровоточащие" пни наверху? - говорит Джоакин.
- А нас как раз слихвой наберётся тридцать человек, - с наигранно задумчивым видом говорит Гарри. Джоакин не замечает неловкой актёрской игры рыцаря и во все глаза таращится на Пенни.
- Точно, - поддакивает Пейт, решив тоже поучаствовать спектакле. - А с конём тридцать один выходит. Напомни, Джо, там ведь тридцать один пень нас ждёт?
- Д...д...да, - заикаясь, отвечает испуганный большой рыцарь, который почти на голову выше Гарри и на полторы Пейта.
- Ну, хоть будет с кем поговорить, - хмыкает Гарри, - если призраки отрубят нам головы и приживят их к пням.
- Лошадь будет плохой собеседницей, - качает головой Пейт. - Не хотел бы я вечность слушать лошадиного ржания. Испуганная животина будет постоянно нас перебивать и слова не позволит вставить. Вот это самое настоящее наказание будет.
- Чего вы мне голову морочите? - встрепенувшись, спрашивает Джоакин. - Нас больше двух сотен.
- Точно! Как я не подумал? - Гарри шутливо хлопает себя по лбу. - Пней же на всех не хватит.
Гарри Пенни и Пейт Убийца Львов начинают хохотать. Вскоре к ним присоединяется и Джо. Они счастливо смеются до тех пор, пока спящие поблизости солдаты не начинают на них прикрикивать.
Троица сидит у огня в молчании, каждый погружённый в свои мысли. Джоакин начинает клевать носом.
- Никто не лёг у корней, - замечает Пейт, глянув на торчащие во все стороны корни огромного пня, часть которых прячется под землю.
- Да жутко там как-то, - говорит Гарри, глянув на темноту среди переплетения корней.
- А я, пожалуй, лягу именно там, - говорит Пейт и поднимается с места. - Оттуда веет тёплым ветерком. Когда угли прогорят и яма остынет, там будет теплее всего.
Едва Пейт подходит к корням и начинает высматривать на земле подходящее ровное место для сна, как вдруг, сквозь белые жилы проходит маленькая сгорбленная старушка. Своей узловатой чёрной тростью она отодвигает в сторону корни с такой лёгкостью, будто те сами расступались перед ней.
Длинные белые тонкие волосы незнакомки, кажется, волочатся за ней по земле. Кожа её мертвенно бледная, а глаза устрашающе красные.
Старушка ковыляет мимо Пейта, подходит к огню и садится перед ним на землю. Ошеломлённый джо с открытым ртом таращится на старушку. Пейт тоже не отрывает от неё взволнованного взгляда. Незнакомка, в свою очередь смотрит на них. Пейт возвращается к догорающему костру и медленно садится на землю.
Гробовую тишину, повисшую в большой яме под не до конца выкорчеванном "кровоточащем" пнём чардрева и в её округе нарушает лишь треск хвороста в костре. Кажется, даже сверчки умолкли.
Призрак Высокого Сердца.
- Давно я не ощущала тепло огня и живого человека да вкуса вина, - вдруг подаёт голос старушка. - Дайте мне вина, а я вам в замен прорицание.
- Джо, сгоняй-ка к моим сумкам, - просит Гарри обмершего рыцаря. - Там должен найтись бурдюк с вином.
Гарри нисколько не испуган появлением старухи и относится ко всему происходящему словно к чему-то достаточно обыденному. Джоакин же сидит ни жив ни мёртв. Он не может отвести взгляда от старушки, а та смотрит на него и лукаво улыбается. Пейт имеет вид, который можно охарактеризовать как нечто среднее между реакцией Гарри и Джо.
Только эти трое видят старушку. Те солдаты, что спят в яме, продолжают безмятежно спать.
- Я уже и забыла, каково это ловить на себе заинтересованные мужские взгляды, - говорит женщина, усмехаясь почти беззубым ртом, в котором белеет один единственный зуб. - Когда-то я была молода и красива. Когда-то на меня смотрели так же пристально. Только с обожанием, а не страхом. Как давно это было. Кажется, тысячу лет назад.
- Джо, - вновь зовёт Гарри приятеля, но тот по-прежнему не откликается.
Блики огня играют на изборождённом морщинами лице старухи, придавая ей впечатляющий и устрашающий вид. Джоакин сидит с видом впечатлённым и устрашённым. Рот его приоткрыт, глаза широко распахнуты. Кажется, он боится и говорить, и моргать.
- Ты видишь зелёные сны? - спрашивает Пейт благоговейно.
- Верно, - кивает старушка. - Я вижу будущее и настоящее во всём мире.
- Я заплачу тебе за твои пророчества и за сведения, - Пейт начинает шариться по карманам.
- Тепло человека и вкус вина лучше холодна мёртвой монеты. За пророчество я возьму вином, а за сведения - поцелуем. Не побрезгуешь ли ты, милый юноша, старческих губ с привкусом праха?
Старуха лукаво смотрит на Джо. Джоакин же не может вымолвить ни слова.
- Значит решено, - говорит старушка, поднимаясь. - Не вставай, милок. Я сама подойду к тебе.
Гарри, Пейт и Джо во все глаза смотрят на то, как древняя старуха неторопясь подходит к Джоакину. Она оказывается вровень с сидящим здоровым рыцарем, но всё же приподнимается на цыпочки, словно девчонка и целует Джо долгим поцелуем.
Джо так и не моргает. Кажется, что и в без того испуганных глазах Джоакина не может появиться ещё больше ужаса, но когда старушка целует рыцаря, его взгляд становится остекленевшим, словно у мертвеца, умершего от страха.
Наконец призрак Высокого Сердца отстраняется от Джоакина.
- Нектар молодости, - говорит старушка, облизывая свои губы. - Как давно я его не пробовала. Ты счастливчик, - говорит он, глядя на Джоакина.
Когда старушка возвращается на своё место у огня, она говорит, обращаясь к Пейту:
- Спрашивай, старик, что хотел.
- Где Деймон Таргариен? Он в Харренхолле? Он придёт к нам на помощь?
- Много вопросов. Но цена была славная, и поэтому я отвечу на них. Деймона Таргариена нет в обители мертвецов. Он отправился на юг туда, где тысячи крабов пожирают утопленников. Он не придёт к вам на помощь.
- Что сейчас происходит в Харренхолле?
- Обитель мертвецов пуста. Но скоро в бесплодном чреве зародится жизнь, и спаситель мира вновь отсрочит его гибель.
- Чем закончится война? - спрашивает Гарри, когда у Пейта заканчиваются вопросы. - Кто займёт трон? Он будет чёрным или зелёным?
- Цвет трона всегда был красным а жизни грошовыми, и это никогда не изменится. Бессмысленная война возьмёт свою дань.
- Бессмысленный ответ, - говорит Гарри.
- Бессмысленный ответ, на бессмысленный вопрос, - равнодушно пожимает плечами старушка. - Каким ещё может быть ответ на вопрос о бессмысленной войне?
Гарри не знает, что ответить.
- Когда закончится война? - спрашивает Пейт.
- Мои пророчества стоят отдельной платы. Вина, - требует прорицательница.
Пейт поднимается с места и торопливо уходит. Гарри, Джо и призрак сидят в молчании. Пенни пару раз встревоженно глядит на Джо, но, убедившись, что тот дышит, вновь переводит взгляд на старушку.
- Стоит ли мне дать бой Ланнистерам здесь? - спрашивает он прорицательницу.
- Твой вопрос стоит нового поцелуя. Готов ли ты уплатить? Или за ваши вопросы вновь будет платить он? - старушка смотрит на Джо.
Гарри косится на полумёртвого приятеля, потом качает головой и задумчиво смотрит в огонь.
Вскоре возвращается Пейт с бурдюком в руках. Он протягивает его прорицательнице, и та, стремительно выхватив ёмкость из рук Убийцы Львов, жадно прикладывается к ней и делает большие глотки.
Напившись и утерев губы, старушка говорит:
- Год только начался. Он должен пройти, и когда следующий начнёт видеть свой конец, тогда закончится и война.
- Чем она закончится?
- Ничем, - просто отвечает прорицательница. - Обе стороны обретут, чего желают, но и ничего не получат. Бессмысленная война, - с горечью повторяет старушка. - Бессмысленные смерти.
- Что ждёт Вестерос после войны?
- Белый Хлад и враг, перед которым бессильно любое оружие, известное человеку. Лишь тепло спасёт от него. - Старушка вновь пьёт, почти осушив бурдюк до дна. - Горькие прорицания, за горькое вино.
- Благодарите Адриана Тарбека, миледи, что пьёте хоть такое, - говорит Гарри Пенни. - Если бы этот благородный рыцарь не дал мне тех лошадей и вина в придачу, не скоро бы вам ещё довелось промочить горло.
- Я ещё увижу Тарбека. Жаль только не смогу сказать ему, какой он болван. Твоим спасением он приговорил себя к смерти. Считай, это за прорицание, рыцарь.
Карлица допивает остатки вина несколькими глотками и, отбросив в сторону бурдюк, поднимается с земли.
- Пни живут здесь, как и я, хилые и сморщенные, но всё ещё живые, - говорит она, направляясь к корням, через которые пришла. - Они не любят огонь. Дуб помнит, как был желудем, желудю снятся сны, о том, как он станет дубом, а пень существует в обоих них. Они помнят Первых Людей и принесённый ими огонь. Пни не сулят никому смерти, и ни о чем не плачут. Они просто живут и помнят. - Призрак Высокого Сердца раздвигает своей клюкой корни и исчезает в темноте за ними.
На долгое время опускается мертвая тишина. Последние маленькие язычки пламени уже давно догорели и в пепле мерцают красные угли.
Вдруг тишину нарушает Джоакин.
- Знаете, почему она нас не тронула и ничего с нами не сделала? - спрашивает он приятелей. - Потому, что я обоссался.
Следующая сцена (сцена 13/18) будет доступна по этой ссылке.
Что это за сценарий такой, откуда он взялся и что из себя представляет, читайте в пояснительной статье.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые сцены и серии. Лайки и подписка очень помогают развитию канала. Новые сцены стараюсь публиковать каждый день после 18 часов, но не всегда это получается)